КИМ (Том I) - Prophet

После этого нам оставалось лишь устроиться поудобнее и наблюдать, как сознательная часть населения Армении и Грузии самостоятельно делает за нас всю работу. Ну, мне еще пришлось мобилизовать управления НКВД по Грузинской и Армянской республикам, чтобы не допустить превращения собраний и митингов в массовые беспорядки.

Самым сложным для меня, наверное, было помирить Берию с Нестором Лакобой. Хотя товарищ Лакоба и способствовал выдвижению Лаврентия Павловича на пост сперва Второго, а потом и Первого секретаря ЦК коммунистической партии Грузии, в дальнейшем их отношения разладились. Лакоба был сторонником отделения своей родной Абхазии от Грузии и вхождения ее в состав РСФСР, а Берия активно против этого возражал. Пришлось пообещать устроить плебисцит, чтобы абхазский народ сам определил свою дальнейшую судьбу.

После того, как Киров замолчал, Иосиф Виссарионович взял со стола трубку и принялся неторопливо ее набивать. Это занятие всегда позволяло ему сосредоточиться и хорошо подумать.

- Пусть так, - раскуривая трубку, произнес Сталин. - И в самом деле, пусть абхазский народ сам решит, где ему будет лучше. Скажи, Сергей, а что ты думаешь о товарище Берии? Товарищ Белов, кажется, довольно лестно о нем отзывался?

- Товарищ Берия довольно жесткий человек, - помолчав, произнес Киров. - Жесткий и крайне требовательный как себе, так и к окружающим. Я вполне понимаю, почему в истории Максима его назначили наркомом внутренних дел. В наркомате нужно было срочно навести порядок, и товарищ Берия вполне для этого подходил.

- Значит, товарища Берию нужно использовать там, где срочно требуется навести порядок? - переспросил Сталин. - Хорошо, мы будем иметь это ввиду.

- Товарищ Сталин, а для чего, вообще, нужна была эта возня с Закавказской федерацией? - спросил Буденный. - Ну были бы в составе СССР отдельные Грузия, Армения и Азербайджан, кому бы от этого стало хуже?

- Понимаешь, Семен, - сделав глубокую затяжку, произнес Сталин. - Мне, как уроженцу Грузии, неприятно об этом говорить, но на Кавказе весьма распространены кумовство и землячество, а многие товарищи, заняв высокие должности, быстро впадают в барство. И хуже всего то, что местными это воспринимается как должное.

Федеративное Закавказье - это отличный инструмент для борьбы с этими пороками, и мы просто обязаны были попытаться его сохранить. Со временем границы республик размоются, а лет через пятьдесят мы воспитаем там единый закавказский народ, сохраняющий национальную идентичность, но не делящий друг друга на своих и чужих по территориальному признаку.

- Значит, ты поэтому отложил принятие новой конституции? - спросил Ворошилов.

- И поэтому тоже, - кивнул Сталин. - Но это была не единственная причина. В конце ноября мне из Осинформбюро прислали статью некого профессора Попова из будущего. Я бы даже сказал - товарища Попова. В этой статье товарищ Попов высказывает мнение, что переход от производственного формирования советов к территориальным был большой ошибкой, лишившей советы инструмента досрочного отзыва депутатов, и создавший для отдельных граждан возможность реализовывать личные карьерные амбиции в ущерб общественным интересам.

Мы не могли оставить данное замечание без внимания. Но этот вопрос сперва нужно тщательно рассмотреть, затем вынести на обсуждение, затем внести правки в текст новой конституции и только потом вынести его на голосование. Поэтому мы и отложили принятие новой конституции до мая следующего года.

- Все понятно, товарищ Сталин, - кивнул Ворошилов.

- Ну, раз понятно, тогда перейдем к другим делам, - произнес Сталин. - Наш ограниченный воинский контингент находится в Испании уже месяц, и мне кажется, что можно подвести первые итоги. Клим, что скажешь?

- На испанском фронте без перемен, - усмехнулся Ворошилов. - Сразу после высадки добровольческая бригада под командованием комдива Штерна разгромила войска генерала Варелы и ликвидировала угрозу Мадриду с юга и юго-востока. Сам Варела при этом оказался в плену.

Больше Штерн не предпринимал активных боевых действий, сосредоточив все усилия на возведении вокруг Мадрида эшелонированной обороны и преобразовании отрядов ополченцев в нормальные армейские части. Вооружаются новые части советским оружием, регулярно доставляемым в Картахену.

После завершения формирования новых армейских частей комдив Штерн и генерал Миаха планируют выбить националистов из университетского городка и окончательно замкнуть кольцо обороны вокруг Мадрида.

- Не спешит, значит, товарищ Штерн, - задумчиво произнес Сталин. - Это, пожалуй, правильно. Наша задача - помочь испанским товарищам и самим набраться опыта, а не гробить наших красноармейцев в бессмысленных атаках.

- В деле получения опыта уже есть первые результаты, - заметил Ворошилов. - Несколько дней назад по диппочте пришел подробный доклад комдива Штерна с выводами и рекомендациями, сделанными им по итогам его прорыва в Мадрид.

- И что же нам советует товарищ Штерн? - заинтересовался Сталин.

- Например, товарищ Штерн отмечает, что очень удачным решением было посадить на броню танков автоматчиков с пулеметчиками и использовать их в качестве мобильного десанта, - ответил Ворошилов. - На основании этого опыта Григорий Михайлович рекомендует создать отдельные штурмовые части уровнем не менее рот, а также рассмотреть возможность создания специального бронированного транспорта для них.

- Скажи, Климент Ефремович, а товарищ Штерн, случайно, не был ознакомлен с результатами совещания по вопросам развития бронетехники? - уточнил Киров.

- Ты тоже заметил, что выводы товарища Штерна совпадают с предложениями Максима о создании бронетранспортеров и боевых машин пехоты? - понимающе усмехнулся Ворошилов. - Нет, товарищ Штерн о результатах совещания не знает, и до идеи бронетранспортера он дошел сам.

- А какой состав этих штурмовых рот предлагает товарищ Штерн? - поинтересовался Сталин.

- На уровне отделения - два бойца с