Чинди - Джек Макдевит

* * *

Вообще-то Клеймор любил героев. Они всегда давали хороший материал для репортажей и обычно весьма скромно держались во время интервью — в отличие, скажем, от политиков, которые упорно старались перехватить инициативу в беседе. Но с героями всегда возникали сложности: они стремились вовлечь в свои подвиги других, и чаще всего тех, кто никак не был к этому склонен. Следовательно, если какое-то бросающее вызов смерти деяние и должно было иметь место, то лучшей мыслью неизменно оказывалась следующая: появление журналиста на месте событий должно состояться после того, как все — успешно или неуспешно — завершилось.

Поняв, что именно задумала Хатчинс, Клеймор попытался уговорить Бронштейна отменить «прыжок». Но он вмешался слишком поздно, слишком долго колебался. Корабль мог выскользнуть из этого призрачного места в любую минуту, и Клеймор нисколько не сомневался, что он прихватит с собой и его.

При наличии времени Генри лично втащил бы эту чертову дуру внутрь. Но его хватало только на то, чтобы шепотом попрощаться, закрыть люк, радуясь, что оказался внутри, и погрузиться в раздумья над тем, что такая замечательная женщина погибла зря. Он сидел на скамье, прижимаясь всем телом к шпангоуту, и пытался справиться с коротким головокружением, которое всегда охватывало его во время «прыжков».

Он научился, чтобы переносить их как можно легче, устраиваться спиной к движению, и закрывать глаза. Сейчас он тоже так сделал. И понял, что все закончилось (как всегда), когда головокружение вдруг пропало, словно кто-то повернул выключатель. А затем начал прислушиваться к тому, как Бронштейн отчаянно вызывает Хатч по линии связи.

Клеймор вновь открыл люк и с восхищением увидел, что Хатч все еще там. Его телекамера была включена, и он вел сейчас съемку, но Хатч — ошибиться было невозможно — оторвало от опоры, и теперь она медленно плыла, удаляясь от яхты. Бортовые огни высвечивали ее беспорядочные движения. Ее руки и ноги дергались и выворачивались, и Клеймор, охваченный ужасом, отчетливо увидел, что именно случилось. Хатч вырвало, узкая прослойка воздуха, которую костюм формировал перед ее лицом, засорилась, и теперь ей грозило задохнуться в собственной рвоте.

Попытки Хатч сопротивляться стали еще более бурными. Если честно, ее уже унесло достаточно далеко от корабля. Может быть, метров на десять.

— Генри . — Это был голос Бронштейна. — Ты можешь дотянуться до нее?

Клеймор задержался у люка. «В общем-то нет, — подумал он. — И только не я. Она уже отправилась черт знает куда. Сбилась с курса, как говорят у них в командных кругах».

— Генри?

Если Клеймор и питал к чему-то склонность, так это к минимальным рискам. Вернуться невредимым — вот что стало его девизом после работы в самых разных мировых горячих точках и за пределами их. Но иногда, если судьба не оставляла выбора, он рисковал. Он вместе с миротворцами участвовал в спасении Гватемалы, однажды даже упал в море на летательном аппарате и в свое время сталкивался лицом к лицу и с озверевшей толпой, и с преступными главами государств.

Он прикинул угол и траекторию, поразмышлял о том, что будет, если он промахнется, и прыгнул в сторону Хатч. Но его адреналин уже взялся за дело, и он вложил в свой прыжок слишком много энергии. Клеймор летел быстрее, чем рассчитывал, и теперь опасался, что минует намеченную точку встречи раньше, чем Хатч появится там.

— Генри! — В голосе Бронштейна слышался испуг. — Только не это. Я имел в виду — брось связку .

Сделать можно было очень многое, но, очевидно, капитан не видел того, что видел Клеймор.

Сопротивление Хатч ослабевало. Он собирался проплыть прямо перед ней, но ее пояс болтался далеко впереди нее, и Клеймор сумел схватить его, пролетая мимо. Это помогло ему подтащить Хатч к себе.

Он поздравил себя и на короткий миг, глядя в просвет между собственными, потерявшими опору и беспомощно болтавшимися ногами, уловил краем глаза очертания «Маккарвера». Корабль казался очень далеким.

Он развернул Хатч, чтобы добраться до ее правой руки, отыскал на рукаве красную пластину, затем, внутри жилета — тумблер срочного отключения и убрал поле.

Поле Фликингера обладает свойством отражать. Свет бортовых огней корабля окутывал Хатч светящейся аурой. Теперь эта светящаяся оболочка замерцала, и наружу вырвались и уплыли вдаль рвотные массы и несколько замерзших хлопьев кислорода. Клеймор наблюдал за ее спазмами и кашлем. В следующий раз, красотка, не пытайся все делать сама .

Вакуум помог. Воздух, вырвавшийся из легких Хатч, унес с собой и рвоту. Клеймор высвободил свой жилет, наскоро вытер Хатч лицо и активировал костюм. Она несколько раз кашлянула, но вскоре он с облегчением вздохнул, увидев, что она вновь начала дышать.

— Что случилось? — набросился на него Бронштейн.

— Ее вырвало, — ответил Клеймор.

Хатч сопротивлялась.

— Успокойся, милая, — сказал он. — Все хорошо.

Она хотела заговорить, но, похоже, не могла произнести ни слова. Клеймор улыбнулся. Она совсем не походила на ту прирученную шаровую молнию, которая поднималась на борт.

— Да успокойся. Мы по-прежнему снаружи, но с тобой все в порядке.

Хатч взглянула на него и моментально оцепенела. Глаза ее были налиты кровью, и она все еще жадно глотала воздух. Хатч попыталась потереть руками лицо и с удивлением обнаружила поле Фликингера.

— Защитный костюм, — произнесла она.

— Да.

Глаза ее медленно закрывались.

— Как наши дела? — спросила Хатч.

Этот вопрос озадачил его. Потом он понял, что она спрашивает капитана корабля.

— Пока не знаю. Не могу ничего сказать, пока мы не найдем чинди . Мы провели в «мешке» немного больше времени, чем предполагалось .

Хатчинс кивнула с таким видом, будто пыталась усвоить услышанное. Неожиданно она перевела взгляд на Клеймора.

— Генри. Благодарю вас.

— Всегда к вашим услугам. Обычно я коротаю время именно так — выручаю из беды хорошеньких женщин.

Хатч издала булькающий звук, который, должно быть, означал попытку рассмеяться. Или, может быть, ей все еще хотелось откашляться. Клеймор опустил руку на ее плечо.

— Юрий, нам удалось набрать необходимую скорость? — поинтересовался он.

— Этот же вопрос только что задала Хатч. Не знаю .

— А почему не знаешь?

— Здесь ее нечем измерить. Дай мне немного времени .

Шаттл автоматически отсоединился и уже разворачивался их сторону.

— Он не потребуется, — заявила Хатч. — Это займет слишком много времени.

— Ты уверена?

— Да. — Она подняла глаза на Клеймора. Некоторое время они просто «плыли по течению», и Клеймор смотрел, как уменьшается в размерах «Маккарвер». Затем Хатч велела ему собраться, подразумевая, что нужно следить за ногами в момент посадки, и запустила ранцевый двигатель. Процесс длился не более секунды, но Клеймора здорово встряхнуло. Он ощутил гораздо более сильный толчок, чем ожидал. Но главное, теперь они направлялись обратно к воздушному шлюзу.