Испытание на прочность - Алексей Ильин

Диверсия с автомобилем? В Зоне отчуждения ты этот автомобиль сперва отыщи, потом подберись к нему, потом найди секретки (при этом никогда нельзя быть уверенным, что нашел все). Здесь же просто подойди к любой машине и делай, что надо. Не работа — курорт!

Вот, например, сейчас Рекс сидел в зоне действия глушилки и ждал человека, с помощью которого рассчитывал вытащить мать.

Ставить отслеживание Рекс счел излишним, тем более маршрут следования, судя по тому, что удалось выяснить, оставался неизменным не меньше года. Приедет, никуда не денется. И остановится, где надо, хочет того или нет. Для этого уже всё подготовлено. Дел было на пять секунд — всего-то подключиться к разъему техобслуживания электрокара и внести нужные коррективы. Чисто программная диверсия. Еще одна разница между Зоной отчуждения и Чистой зоной. В Зоне отчуждения никто, в принципе, не пользуется автопилотами. В корпоративных же секторах машина без них незаконна.

От того, насколько все шло легко и гладко, становилось даже слегка беспокойно. Рекс, конечно, понимал, что его готовили для работы в куда более сложных условиях, а также регулярно напоминал себе, что малейшая ошибка обрушит на него всю мощь СБ корпорации. Осознание такой опасности, конечно, ненадолго взбадривало, но потом очередная проблема снова решалась без напряга, и психологический дискомфорт возвращался.

А пока Рекс, одетый в серый комбинезон теха, сидел на ящике с инструментами, пил прохладный лимонад и ждал. Через четверть часа ожидание увенчалось успехом. Чистенький электрокар с сидящей в кабине миниатюрной мулаточкой, наконец, дополз до зоны уверенного подавления сигнала и остановился. Рекс отставил банку недопитой газировки, поднялся, подхватил ящик с инструментом и направился к девчонке, которая испуганно тыкала в кнопки на приборной панели своей машинёнки.

— Доброе утро, мисс, — Рекс лучезарно улыбнулся, заглядывая внутрь салона. — Небольшой технический сбой. Ничего страшного. Вы сегодня здесь не первая. Пять минут, и поедете дальше.

Девушка улыбнулась в ответ. Это была застывшая неестественная улыбка, которая делала хорошенькое темное личико похожим на маску. Рекс в жизни не видел, чтобы человек так ненормально улыбался: в глазах страх и паника, а на губах вот этот… не оскал, нет… улыбка, но совершенно безумная. А еще пассажирка кара вцепилась в ручку дверцы, будто боялась, что ее выволокут из салона силой. И пуговицу-камеру комплекс немедленно обозначил — подтвердилась информация низовой СБ.

— Что случилось? — у мулатки был совершенно детский голосок.

Черт. Да ей, наверное, лет восемнадцать от силы, если не меньше. Девчонка совсем.

— Да сбой тут у нас, — дружелюбно ответил Рекс. — Сигнал пропадает, и автопилоты каров зависают. Вот сижу, изображаю рыцаря, готового прийти на помощь прекрасным дамам. Трёх уже спас. Вы — четвертая. Мисс, простите, но придется выйти, мне надо добраться до электронного модуля.

«Мисс» секунду помешкала, но все-таки покинула салон крохотного автомобильчика, а когда Рекс заглянул внутрь и отщелкнул защитную крышку приборной панели, испуганно спросила:

— Это надолго?

— Нет, минут пять.

Он делал вид, что разбирается с настройками кара, но сам присматривал за девчонкой. Та сперва стояла, напряженная, у него за спиной, а потом начала взволнованно ходить туда-сюда, косясь на дисплей салонных часов.

— Прошло уже больше пяти минут! — с отчаяньем воскликнула она спустя некоторое время. — Уже пять с половиной!

И в который раз посмотрела на вытащенный из сумочки брелок-информатор.

— Мисс, делаю все, что могу, — Рекс высунулся из машины, даря собеседнице очередную лучезарную улыбку. — Но тут связи нет, поэтому долго и поэтому останавливаются кары. А на перепрошивку автопилота нужно время.

— Я не могу ждать! — девушка стиснула брелок в кулаке и протараторила на одном дыхании: — Яоченьсильноопаздываю… — но потом до нее, видимо, дошел смысл сказанного, она побледнела: — НЕТ СВЯЗИ? Вообще?!

Рекс никогда не видел в глазах улыбающегося человека такого дикого, буквально животного ужаса. Даже не по себе стало.

— Мисс, я все починю, не беспокойтесь, это…

— Мне надо ехать! Немедленно! Сейчас! — она тихо кричала, продолжая улыбаться. — Срочно надо ехать! Пустите!!!

Девчонка попыталась оттолкнуть собеседника от кара.

— Мисс! Мисс!!! — Рекс перехватил ледяные маленькие руки. — Кар не поедет, пока я его не починю. Не отвлекайте, пожалуйста. Сядьте рядышком. Хотите попить? У меня в ящике есть банка газировки.

— Газировки? — собеседницу затрясло. — Я не хочу газировки, я хочу ехать! Мне надо ехать, вы что, не понимаете??? Уже почти семь минут! Если хозяин узнает…

У нее в глазах дрожали слезы. Но губы по-прежнему продолжали кривиться в улыбке.

— Мисс, — Рекс хотел было ее приобнять, но вовремя остановился.

Интуиция прямо-таки взвыла, словно он потянулся к умной мине, забыв про заповедь: «Не трогай».

— Мисс, — он мягко наклонился, достал из ящика банку с газировкой, открыл и протянул трясущейся девушке: — Попейте, пожалуйста, и успокойтесь. Несколько минут ничего не решат. Скоро все будет…

— Не решат? — она отшатнулась от протянутой банки. — Вы что, не понимаете? Мне надо ехать! Мне надо быть на связи! Хозяин уже семь минут не знает, где я! Если он решит, что я сбежала, мне будет плохо! Очень-очень плохо! А ему ничего не сделают! Ему никогда ничего не делают! Только выносят черные пакеты! Я не хочу в черный пакет!!! Не хочу!!!

Она всё это кричала шепотом в лицо собеседнику, а по щекам потоком лились слезы. Хоть улыбаться перестала.

— Мисс…

— Он меня накажет! Ему нравится наказывать!!!

Девчонка вдруг рванула манжет форменного платья, оголяя предплечье, и протянула Рексу руку. Ткнула к самым глазам, словно призывая в свидетели. По шоколадной коже запястья тянулся пунктир безобразных белых шрамов, оставленных, судя по всему, сигаретой.

— Мне НАДО ехать!!!

Глядя на ожоги, Рекс мгновенно осознал, что прежний план — разболтать горничную, разузнать у нее про хозяина, а потом через нее же вызвать его на встречу — придется корректировать; что досье низового СБ на Дейва Парсона нисколько не преувеличивало — оно преуменьшало! Осознать-то осознал! Но не мог сообразить, как теперь действовать. Как использовать это истерящее существо?

— Мисс, — он снова протянул банку с газировкой собеседнице, — пейте, пожалуйста. — В голосе впервые за всё время разговора зазвучала не доброжелательность, а мягкий нажим. — Пейте.

Тон оказался подобран правильно. Девчонка, привыкшая слушаться всякого, кто говорил уверенно и требовательно, подчинилась. Взяла банку, сделала несколько глотков и закрыла рот ладонью, потому что подавилась пузырьками.

— Итак, мисс, признаюсь: я из СБ. К сожалению, по ряду причин я не могу действовать открыто и был вынужден остановить вас вот таким образом. Деятельность вашего хозяина уже довольно длительное время наносит ущерб корпорации, думаю, вы и сами понимаете, о чем я. В таких случаях вступают в силу закрытые инструкции. Я могу рассчитывать на ваше содействие?