Хранители - Матильда Грин

– А другие души? – спохватилась она, – Арина показала мне, что ты не мог завладеть той бродячей душой, которая преследовала Гену.

– Дело в том, что душа не может стать моей добычей до того, как войдёт в контакт с человеческим телом. Душа направляет человека, но он и только он принимает окончательное решение, куда двигаться дальше. Становиться созидателем или разрушать себя и окружающим мир.

– Но… например, душа Софи… Ведь ты отпустил её?

– Её душа истомилась в том теле, – сказал он, – это очень долго объяснять. Я просто помог ей освободиться. А заодно и дал её бывшему мужу возможность избавиться от этой зависимости.

При этих словах у Даны защемило сердце. Она вспомнила Джима. Бегемот же подтолкнул к ней сидевшую на траве Марьян.

– Ты свободна, – сказал он, – ты больше не нужна мне. Ты сможешь дать жизнь, и пусть второе твоё дитя вырастет в такой же любви, как и первое.

Та не шевелилась, словно не веря его словам.

– Всё безнадёжно, – продолжал он, – я надеялся, что ты станешь моей верной спутницей и помощницей хотя бы в поисках Светлой Дэи. Нет благороднее цели для Ангела, поверь мне.

Дана подняла на него глаза.

– Я поражаюсь твоей стойкости, – сказала она, – но ты мог бы просто рассказать нам обо всём. Неужели зло так довлеет в тебе над светом? Ты всё еще слышишь её сигналы?

– Они становятся всё слабее и слабее, – он не поднимал на неё глаз и не отвечал на предыдущий вопрос. Казалось, он стыдится своей нынешней сути.

– Если ты не нашёл её в стольких мирах за столько времени, как я могу помочь тебе? Я всего лишь…, – она вдруг осеклась, вспомнив, как быстро вернулась к ней её сила, стоило им с Джимом объединиться. Но той силы больше не было. И Джима больше не было.

Бегемот, словно почувствовав её мысли, погладил её по руке и сказал:

– Он выбрал воплощение, чтобы найти тебя на земле. Новый Страж получил свой новый Меч. Джиму дали возможность прийти сюда. Но он слишком долго искал тебя и слишком долго блуждал, не зная, кто он. В конце концов, случилось то, что случилось. Только сейчас он смог найти тебя и помочь.

– И погибнуть, – с горечью проговорила она. В её сердце обида на Собирателя боролась с сочувствием.

– Он выполнил свою миссию. И вернулся в Белый город.

Дана опешила.

– Свою миссию? То есть ему было НЕОБХОДИМО погибнуть для того, чтобы ты образумился и стал паинькой? – она произнесла эти слова, поднимая голос, так как начинала нервничать.

– Вовсе не для этого, – возразил он спокойно, – что ж поделаешь, если по-другому ты не хотела возвращаться к себе? Даже узнав истину. Вы, Стражи, только в состоянии боеготовности возвращаетесь к своей сути. Полное осознание пришло только в деле. Только после моего захвата ты поднялась, объединилась со своим оружием и смогла осознать себя по-настоящему.

– То есть ты, такой весь из себя правильный, убил двух зайцев, – с издёвкой спросила она и скривилась, – и сам определился, и мне с определением помог.

Он скромно усмехнулся.

– Так и есть. Вспомни, я же предлагал тебе стать моей спутницей. Ты с негодованием отвергла этот вариант. Я не просто так дал только такой выбор. Если бы нам удалось найти мою королеву, дальше ты была бы вольна выбирать, куда идти дальше и чем заниматься.

– Но почему именно я? – не унималась Дана, – на свете столько людей, а ты именно ко мне пристал, как банный лист.

– Ты – отверженная душа, которая тем не менее выбрала саморазвитие, – невозмутимо сказал он, – ты свободна выбирать собственное направление и свои задачи. Ты прошла через самые тяжёлые для человека испытания: потерю любимых близких, причём в самой грубой версии: близких, выбравших самоуничтожение. Эта память никуда не делась, твоя земная привязанность к брату и родителям даже когда в теле появилась другая душа, тоже никуда не делась. Поэтому твои страдания и поиски себя продолжались. И поэтому ты стала бы мне прекрасной помощницей. А вообще, не ищи объяснение. Я просто чувствую, что ты смогла бы её найти. Если бы только сделала этот выбор.

– Прости, – тихо сказала она, – у меня сейчас другая задача.

– И какой бы она ни была, я уважаю твой выбор, – договорил он и поднялся.

– Ты уходишь? – воскликнула Дана, – мы что, не увидимся больше?

– Мне пора. Мои поиски здесь не принесли особых результатов.

– Наоборот! – она приподнялась и села. Рука больше не болела, но пока в ней чувствовалась слабость и легкое покалывание по всей длине.

Он выставил ладонь вперёд, словно прося её не продолжать. Теперь он стоял перед ними во весь рост: красивый загорелый мужчина с густыми короткими волосами, мощным торсом, красиво посаженной головой на сильной шее. Дану захлестнули эмоции: он был неотразим. Даже примитивные джинсы и футболка не вводили в заблуждение: сейчас он выглядел не как темный мститель, а как благородный правитель великого города, и невидимая глазу фиолетовая мантия так и колыхалась за его широкой спиной.

– Мне пора, – сказал он, – если понадобится моя помощь или ты вдруг решишь быть со мной, ты знаешь, как меня вызвать. Моё настоящее имя нельзя назвать человеческим языком, но имя, данное тобой, я услышу. И приду. Прости, если обидел тебя. И ты прости, – повторил он, обращаясь к Марьян, – Но мне не быть другим.

С этими словами он повернулся и побрёл прочь. Вслед ему неслось только глубокое молчание, которое изредка нарушали тихие всхлипывания Марьян. Они смотрели за его удаляющейся фигурой, а когда она скрылась за ближайшим заросшим холмом, Дана, проглотив набежавшую слезу, всё же фыркнула.

– Мне не быть другим, что за глупости. Наказывает души за неспособность меняться и быть счастливыми, а сам в то же время точно такой же.

– Не надо, Дана, – мягко упрекнула её Марьян, – он очень несчастен.

– Все мы очень несчастны, – возразила она, – вот ты например. Ты потеряла ребёнка, но нашла в себе силы жить дальше и даже снова забеременеть.

Та молчала, не возражая, но и не соглашаясь. Дана снова фыркнула.

– Ну что там за история с этим мостом? – спросила она, – ты мне расскажешь наконец?

Эпилог

Людей в торговом центре было немного. Понедельник. Приехав сюда, Дана на удивление быстро нашла и купила всё, ради чего освободила первую половину дня. На полчетвертого был записан человек,