Сумеречный город - Тара Сим

Риша встретилась взглядом с Анжеликой Мардова.

* * *

Площадь как будто выцвела. Анжелика не отрываясь сверкающими глазами смотрела на Ришу. Ветер хлестал наследницу Вакара по ногам, ее волосы превратились в темную ауру.

Это уже началось.

Толпы Анжелика не замечала. Где-то наверху, с балкона, за ней наблюдала мать и наверняка так вцепилась в юбку, что вот-вот порвет ткань.

Замки Дейи у нее внутри все еще оставались запертыми. И возможно, ей не удастся открыть их самостоятельно.

Значит, она должна сделать все возможное, чтобы это перенаправить. Если она не сможет открыть двери к своей силе, надо попытаться украсть силу Дейи.

Анжелика остановилась в нескольких шагах от Риши. Одета она была просто – кожаные штаны и красный камзол. Тяжелая черная коса перекинута через плечо, с другой стороны – футляр со скрипкой, в кармане записка Косимы.

– Ну? – грубо спросила она, потому что Риша не двигалась с места и молчала. – Ты разве не собиралась сказать мне, что мы можем все это остановить? Что у тебя появилась какая-то новая дурацкая идея?

– Анжелика… мне жаль, – печальным голосом сказала Риша.

– Чего тебе жаль?

Риша тряхнула головой, а Анжелика вспомнила торжество во дворце. Вспомнила, как смотрела на наследницу дома Вакара и думала: что случится, если она сожжет ее прямо здесь и сейчас?

Возможно, надо было так и поступить, сейчас проблем было бы меньше.

Николас все еще не появился. Она уже чувствовала ноющую боль в позвоночнике, ладони стали горячими. Анжелика судорожно выдохнула.

Потом она сняла с плеча футляр, опустилась на одно колено и открыла замок. Вид полированного клена и ели помог успокоиться. Анжелика встала в полный рост, положила скрипку на плечо, прижала ее подбородком и взяла смычок на изготовку.

И в этот момент поняла, что толпа на площади не кричит от воодушевления или презрения, она пронзительно вопит.

Небо над ними начало темнеть, и это были не тучи.

«Что-то не так», – подумала Анжелика.

Земля задрожала под ногами, воздух вокруг нее превратился в пляшущие языки пламени. Она что-то упустила, и это не имело отношения к богам, к их гневу или к участи миров. Ее словно завели в какую-то комнату и погасили свет.

Анжелика посмотрела на мать, и в этот момент в плечо Аделы вонзилась стрела.

Крик застрял в горле.

Адела покачнулась и чуть не упала с балкона, но ее испуг длился всего секунду. Потом она обломила древко стрелы и, оскалив зубы, превратила его в пепел.

Анжелика проследила за разгневанным взглядом матери. К балконам домов шла группа солдат в синей униформе, все держали оружие на изготовку.

В голову Анжелики проник, а потом сорвался с ее губ хриплый смех. Присутствие Дейи давило на плечи, пробиралось к ней в грудь.

«Никогда не устану наблюдать за играми смертных», – проворковала богиня у нее в голове.

Анжелика согнулась пополам – дыхание обожгло легкие.

Толпа пришла в неистовство, и вскоре Анжелика увидела почему.

Из черного облака теней появилась Таисия Ластрайдер. На нее тут же бросились стражники, но она мгновенно отбила атаку, как будто родилась с этим странным клинком в руке. Одного она швырнула во внешнюю стену внутреннего двора, а ее тени зашвырнули второго обратно в бурлящую толпу.

– Риша! – закричала Таисия. – Уходим отсюда!

Но Риша стояла, высоко подняв голову, а кольцо из ветра вокруг ее ног кружилось все быстрее.

Таисия повернулась к Анжелике. Глаза у нее сверкали, как у безумной.

– Моя тетя! – крикнула она. – И король. Они собираются…

Но огонь уже проник в тело Анжелики и окрасил ее кожу в ярко-красный цвет. Ее окружил голос Дейи и заглушил шум толпы и крики Таисии.

«А теперь смотри, на что способна твоя болезнь», – сказала Дейя.

Двери ее силы с грохотом распахнулись.

* * *

Таисия поняла: слишком поздно. Риша с Анжеликой были в плену боли: одна светилась темным, словно вывернутым наизнанку светом, вторая – зловещим красным. У Таисии свело кишки от этой воинственной энергии, от кровожадности и злобы.

Холодный ветер Риши вступил в схватку с жаром огня Анжелики.

Таисия посмотрела на балконы. Балкон Фердинанда был пуст, остальные захватили солдаты. В сторону сцены летели стрелы, но их либо отбивал ветер, либо они сгорали в огне.

Таисия укуталась в тень, чтобы ее не заметили.

– Проклятье! – выдохнула она и попыталась подобраться к Рише, но кольцо из воздуха оттолкнуло ее назад. – Риша! Они пытаются убить вас!

Но глаза Риши были сплошь черные, а еще недавно скривившееся от боли лицо стало спокойным и целеустремленным.

– Не тебе судить, кто умрет, а кто нет, – сказала она, ее голос был наложен на другой, глубокий и звучный, голос Тханы. – Это мне решать.

Риша выставила вперед руки и согнула пальцы, как когти. Таким же движением на торжестве во дворце она сотворила для себя корсет. Крепко сцепила руки, земля под сценой затрещала, из-под нее с большой глубины начали появляться белые и желтые осколки. Кости людей и тварей окружили тело Риши, словно доспехи. Ребра защитили торс, лопаточные кости, словно стальные пластины, – грудь и спину, фаланги переплелись и закрыли ее руки и бедра.

Таисия отступила, острие Звездопада царапало землю.

В противоположной стороне сцены смеялась таким же двойным, как голос Риши, смехом Анжелика. Все ее тело было охвачено огнем, а глаза излучали ярко-оранжевый свет заката.

«Тхана, – позвала Дейя. – Хранительница мертвых. Тебе, наверное, жутко скучно и безумно одиноко в этом мире духов».

«Мой мир превратится в империю, – через Ришу отвечала Тхана. – А ты скоро познаешь, каким мучениям я подвергаю неупокоенные души».

В небе загрохотал гром, две богини бросились друг на друга с такой яростью, что казалось – они вот-вот разорвут мир пополам.

XII

В утро казни Данте работал быстро и эффективно, насколько это было возможно в темной одиночной камере.

Мела у него не было, так что он достал заранее спрятанную в соломенном тюфяке крупную деревянную щепку и порезал ею запястье.

Начертил кровью круг с символами и пятиконечной звездой внутри. Он видел, как точно такую же звезду его тетя начертила на полу в безопасной комнате Леззаро.

Пот заливал глаза, тряслись руки.

– Ну давай же, – бормотал он, обращаясь к самому себе, – ты сможешь, у тебя все получится.

Он до сих пор не был уверен в том, что действительно говорил с сестрами посредством сна. Если нет… если они не получили его предупреждение…

Круг готов.

Стиснув зубы, он