Глубина - Сергей Лукьяненко

– Есть, но оно мне не нравится, – пробормотал я.

– Голова?

– Да…

– Подожди… – Вика встала, быстро прошла на кухню. Я слышал, как она роется в шкафчике, как гремит посудой, как булькает вода. Анальгин всегда был моим самым любимым из всех человеческих изобретений…

– Выпей…

Я разжевал и проглотил две таблетки. Вика стояла рядом, напряженная и… какая-то не своя…

– У тебя снова был кошмар? Ты дергался и что-то шептал.

Я кивнул.

– Леонид, ты уверен, что у тебя нет дип-психоза?

– Абсолютно уверен. – Я жадно допил воду, не уточняя, в чем именно давно перестал сомневаться.

– Что тебе снилось?

– Ромка. Он был мертвый и в то же время – живой. Мы разговаривали. – Я вздрогнул, окончательно признавая, что во сне верил в реальность Ромки.

– Тебе надо отдохнуть, Леня…

Ее рука по-прежнему гладила мои волосы.

– Уехать куда-нибудь… где нет компьютеров, нет сетей, нет глубины…

– В деревню, – поддакнул я.

– Хотя бы в деревню. Хочешь? Поедем вместе?

Я посмотрел ей в глаза.

– Обязательно. Как только все это закончится.

Вика вздохнула.

– И что вы делали в глубине, Леня?

– Шли через «Лабиринт Смерти».

– Как успехи?

– Вышли на десятый этап.

– Всего их сто?

– Да. Не надо говорить, сколько времени уйдет на прохождение всего «Лабиринта». Я устал от арифметики в рамках первого класса.

– Не похоже… – Она встала.

Я сидел, смотрел, как Вика собирается, роется в книгах. А думал лишь об одном.

Какие у нее усталые глаза. Красные, усталые глаза не выспавшегося человека. Проплакавшего всю ночь… или просидевшего почти до утра в виртуальном шлеме.

– Когда тебя ждать? – спросил я.

Вика поморщилась.

– В шесть… в семь. Какая разница, когда я приду? Ты же все равно будешь в глубине.

– Вика, ну ты же понимаешь…

– Конечно. Я все понимаю. Это моя обязанность.

Она никогда не плакала. При мне, во всяком случае…

– Сегодня мы пройдем «Лабиринт» до конца… – сказал я. Вика посмотрела на меня, но промолчала. – Может быть, я буду в шлеме очень долго. Не беспокойся, ладно?

– Девяносто этапов за сутки?

Я промолчал.

– Успехов, Леня. – Вика сказала это совершенно искренне. – Но ты словно сам себя убеждаешь.

– Вначале всегда убеждают себя. Потом – других.

Она кивнула. Мягко хлопнула дверь.

Я встал с дивана. Прошел в спальню.

Ноутбук стоял на тумбочке, там, где нормальные женщины держат духи, крем, тушь и прочую косметику. Шлем и виртуальный костюм висели на стене.

Я сунул руку за отворот костюма, пощупал трикотажную подкладку. Она была чуть-чуть влажной.

Значит, у меня дип-психоз, а Вика на глубину наплевала…

Можно было запустить компьютер и посмотреть лога. Но вот этого я сделать как раз не мог… не должен был. Не имел права.

«Не заглядывай в чужие окна…» – как говорилось в старой доброй детской книжке…

Я провел ладонью по крышке ноутбука, будто возвращая полученную от Вики ласку. И пошел в душ.

deep

Ввод.

Танец цветных снежинок. Вспышки в темноте.

Работай… работай, творение нечаянного гения – Димы Дибенко. Ломай барьеры между правдой и ложью, между нарисованным миром и живыми людьми. Заставь меня почувствовать запах травы и услышать шорох ветра, ощутить твердость камня и тепло огня. Заставь поверить в реальность Диптауна. Я так хочу обмануться!

Нам всегда и всего мало. Крыша над головой, солнце в небе, рука в твоей руке, кусок хлеба на столе – что это значит по сравнению с придуманным миром? Словно джинн, вырвавшийся из заточения, ты волен строить дворцы, рушить города, заводить гаремы и устраивать пиры. Диптаун – сказка, ставшая явью. Наркотик невиданной силы…

Первый шаг – самый трудный.

Сознание еще дергается в путах дип-программы… и мир вокруг чуть-чуть плывет, меняется. Тесный гостиничный номер. У меня были дворцы, у меня были унылые панельные многоэтажки, у меня были хижины в лесу и бунгало на затерянном в море острове.

Я вернулся к началу. К копеечному стандартному номеру виртуальной гостиницы. Одна иллюзия не может быть слаще другой.

Я делаю шаг. Смотрю в зеркало.

Стрелок хмурится. В глазах цвета весеннего неба – черные точки зрачков. Почему глаза остаются зеркалом, даже если они нарисованы?

– Поработаем, – говорю я.

Отражение в зеркале кивает в ответ на мой кивок.

Время еще есть. Я перекусил в реальности, но сейчас мне хочется обмана. Красивого, вкусного обмана, а не стаканчика йогурта и бутерброда с сыром. Выхожу из гостиницы, ловлю машину.

– «Царь-рыба»…

* * *

Наверное, это смешно – приехать в рыбный ресторан, чтобы выпить чашечку кофе. Но кофе здесь великолепный.

Смотрю, как священнодействует официант, на моих глазах готовя кофе по-арабски. Желтый горячий песок, в котором стоит турка, бодрящий уже на расстоянии запах…

– Простите, а мы не знакомы?

Я смотрю на Ежика. Нюх у него какой-то. В теле Стрелка он меня ни разу не видел.

– Знакомы, – признаюсь я. – Леонид… мотоциклист такой унылый…

Ежик светлеет лицом, вопросительно поглядывает на соседний стул.

– Садись, – без всякого удивления говорю я. И понимаю, что именно из-за него и приехал в «Царь-рыбу».

– Эх… время у меня кончается, – не слишком оригинально заявляет Ежик. Оглаживает коротенькую стрижку.

– Продлим твое время, – говорю я. – Расскажешь что-нибудь интересное?

– Скучно все… – Ежик вздыхает, присаживаясь. – Официант… мне кофе с коньяком…

– Ничего нового? – удивляюсь я.

– Ну… как сказать. – Ежик снова вздыхает. – Говорят, в «Лабиринте Смерти» какие-то разборки идут… игроки палят друг по другу, правил не соблюдают…

Откуда у него такой нюх?

– Там всегда палят, – говорю я.

Ежик вздыхает, согласно кивает. Что поделать, такова жизнь… он вполне со мной согласен…

– «Шелуха» про Падлу написала. – Он возвращается к теме нашего прежнего разговора. – Что, мол, действительно его шлепнули из оружия третьего поколения. Что Падле – пятьдесят четыре года, он самый старый в мире хакер. Жил в Магадане…