Суд теней - Мэделин Ру

Помни, девочка моя, – говоривал мне пьяный отец, – у каждого человека есть свой предел. У всех есть свои слабости – у малых и у великих. И ты должна об этом знать, моя девочка, но ты также должна знать и свои собственные слабости. Ты должна увидеть стену прежде, чем врежешься в нее лбом.

Несомненно, это была та самая стена. Я стояла перед Дьяволом, и он предлагал мне заключить сделку. Я посмотрела на птиц за его спиной, они все уставились на меня живыми бусинками глаз. И они молчали – все до единой. Это было похоже на плохой знак, словно даже эти безмозглые птахи не могли поверить, что я всерьез обдумываю подобное предложение.

Но я действительно над ним размышляла. Я не знала, контролирую ситуацию или нет, но, по крайней мере, у меня в душе появилось какое-то чувство помимо сожаления и одиночества. Теперь у меня появилась цель, и я видела ее очень ясно. Я хотела встретиться с Кройдоном Фростом и наказать его за то, что он сделал со мной и с моей матерью, покарать за бедствие, которое я всегда считала своим отцом, а больше всего за то, что он обрек меня на жизнь в теле Подменыша.

И если бы мне удалось заполучить часть его богатств и использовать их, чтобы вырваться из странной ситуации, в которой я оказалась, – прекрасно. Но было бы еще лучше, если бы мне удалось помочь своим друзьям избавиться от работы, на которой их заставляют убивать.

Глаза мистера Морнингсайда горели ярко и маняще – как угольки морозной ночью. И все же во мне заговорили рассудительность, осторожность и здравомыслие. Я спрятала руки за спину и, задумчиво покачиваясь с пятки на носок, заговорила, осторожно подбирая слова.

– Я могу узнать условия, прежде чем на них соглашаться? – спросила я.

– Можешь, – сразу ответил он. – У меня будет лишь одна маленькая просьба.

Я глубоко вздохнула и кивнула.

– Ну хорошо, чего вы хотите?

Он снова сел и потянулся за графином бренди, который скрывался за горой мятых бумаг. Налив себе немного, он медленно выпил и откинул голову назад, разглядывая меня поверх своего тонкого, породистого носа.

– Я бьюсь над расшифровкой одного очень важного документа, – произнес он. Мой взгляд тут же упал на лежавшие перед ним исписанные каракулями страницы. – Да, это он. Я купил его за огромные деньги на одном аукционе. Аукцион Кэдуолладера в Лондоне. Довольно занятное местечко. Они занимаются только очень редкими товарами с нашей стороны.

– Из Иного мира, значит? – пробормотала я.

– И из Надмирья тоже. В общем, все, кроме обыденных вещей, – объяснил мистер Морнингсайд, наливая себе еще бренди. – В тот день мне случилось приобрести три очаровательные высушенные головы, но по-настоящему меня заинтересовал именно этот дневник. Кэдуолладер тоже знал ему цену. По его словам, какой-то чудак отдал ему этот дневник за бесценок, так как думал, что это просто старый хлам.

Мистер Морнингсайд поставил чашку с бренди и захлопнул кожаную обложку, закрыв дневник. Потом подвинул его ко мне. Я подошла вплотную к столу и чуть наклонилась вперед, чтобы рассмотреть получше. Дневник пожелтел от времени, кое-где страницы сильно пострадали от воды. По низу шла полоса кожи для того, чтобы завернуть его и надежно связать края. На обложке не было никаких надписей.

– Честно говоря, это действительно похоже на старый хлам. Как по мне, он выглядит совершенно обычным, – призналась я.

– Это далеко не обычный дневник, – со смешком возразил мистер Морнингсайд.

Он открыл обложку и развернул страницу ко мне, чтобы я могла лучше рассмотреть написанное. Она была испещрена множеством крошечных рисунков. Я рассмотрела изображение какой-то птицы, за которой шла какая-то неровная линия, похожая на волну. Там были и рисунки побольше. В нижней части страницы извивалась длинная синяя змея.

– Этот дневник принадлежал молодому человеку, который меня очень и очень интересует. Существуют языки, похожие на тот, который использовал он. Но этот журнал написан методом стенографии его собственного изобретения. Я смог перевести лишь несколько отдельных слов.

Я отступила назад и улыбнулась, заметив, что письмо Кройдона Фроста и дневник теперь лежат рядом. Перевод. Это показалось мне не таким уж и зловещим требованием, какое можно было бы ожидать от Дьявола.

– И вы думаете, что я смогу прочесть журнал, потому что перевела письмо своего отца?

– Именно, – радостно согласился мистер Морнингсайд. – Если бы я возносил молитвы, то ты стала бы ответом на них.

– Что такого важного в этом журнале? – спросила я.

Если уж узнавать условия сделки, так все.

– Это тебя не касается, – заверил он меня. – Это огромный труд, и он может занять все твое время. Я позабочусь о том, чтобы миссис Хайлам знала, что теперь ты едва ли сможешь выполнять свои прямые обязанности. Я организую тебе для работы тихий уголок. А пока я хочу, чтобы это оставалось нашим с тобой маленьким секретом.

Я тут же навострила уши. Секретом? Если мистер Морнингсайд не хочет, чтобы кто-то знал о дневнике, тогда тот факт, что он будет в моем распоряжении, даст мне определенные преимущества. Это обеспечит меня рычагом влияния на него. Или поставит в опасное положение. Оба варианта были в равной степени вероятны. Я снова взглянула на дневник, стараясь справиться со своим врожденным любопытством.