День, когда пропали ангелы - Шон Смакер

– Откуда они взялись? – ужаснулась Абра.

Обычно падальщики летали небольшими группами, по двое или по трое, кружа все ниже и ниже, чтобы подобрать сбитых автомобилями на дороге зверьков, однако такую большую стаю мне еще встречать не доводилось. Те, что парили в вышине, казались лишь черными точками, но у проносившихся внизу можно было рассмотреть колышущиеся на крыльях перья и лысые розовые головы омерзительного вида.

Внезапно стая развернулась и устремилась на север, где наша ферма граничила с соседскими владениями.

– Джинн! – воскликнул я.

– Что? – удивилась Абра.

– Помнишь, что сказали старухи на ярмарке? В антикварном магазине они разговаривали с Джинном. С мистером Джинном.

– Ну и что?

– И что?! – возмутился я. – Нужно выяснить, что значат слова «Ищи Древо Жизни». Если в пятницу в подсобке и правда был сосед, он мне расскажет.

– Сэм, – с тревогой начала Абра, – почему это Древо Жизни тебя так волнует?

Объяснить я не мог. Вряд ли Абра поверит, скажи я, что хочу вернуть маму. Скорее всего, просто решит, что ее приятель совсем свихнулся. Наверное, я боялся произнести это вслух, иначе и сам себе не поверил бы. Поэтому я просто не стал ничего объяснять.

Однако я точно знал: мой сосед, которого я никогда не видел, мистер Джинн, каким-то образом связан с этими странными происшествиями. Все это выглядело кусочками огромной головоломки – головоломки, которую я даже не мог себе вообразить.

Я выдернул из земли лопату. Для меня она оказалась тяжела и к тому же немного великовата, поэтому пришлось ухватить ее двумя руками. Я обошел дом и направился на кукурузное поле, в ту же сторону, куда умчались стервятники, а потом побежал. На бегу я оглянулся – Абра мчалась следом.

Стоял глубокий летний полдень, когда кажется, что солнце вообще не зайдет. Добравшись до северной границы владений моего отца, мы заметили стервятников, которые кружили неподалеку от ветхого домишки мистера Джинна. Некоторые спустились в кукурузу, что уже доходила мне до пояса, и скакали там, что-то клюя.

Я замедлил бег, и Абра едва в меня не врезалась. Я оглянулся на нее и увидел вдали на фоне неба свой крошечный дом. Поразительно, как далеко мы забрались и как быстро исчезли знакомые места. По обе стороны долины, словно отвесные стены, высились хребты, покрытые темно-зелеными деревьями.

Я поднес палец к губам, присел и пополз вперед. Джинсы давно промокли от кукурузных листьев – на побегах все еще оставались дождевые капли от минувших гроз. С гор подул сильный ветер и пронесся по долине. По ясному голубому небу с запада на восток поплыли пушистые, точно сахарная вата, облака.

Большинство стервятников опустилось на землю. Они жадно рвали на куски какое-то мясо, выхватывая дохлятину друг у друга. Вероятно, животное было огромным, раз на него слетелась вся стая.

– На счет «три» поднимаемся и распугиваем их! – скомандовал я.

Абра, в чьих голубых глазах отражалось небо, кивнула.

– Наверное, там кто-то очень большой, – пробормотала она.

– Раз, – начал отсчет я, крепко сжимая лопату, – два…

Я повернулся к стае стервятников.

– Три! – хором вскричали мы с Аброй, вскочили и принялись размахивать руками.

Того, что случилось дальше, я не ожидал. Стая бросилась на нас.

Как только мы поднялись, птицы, склонив набок головы, удивленно воззрились на нарушителей спокойствия. Большинство угрожающе воздело крылья, словно пытаясь отпугнуть непрошеных гостей. Однако мы продолжали кричать, а я грозил им лопатой, и тогда стая скачками, помогая себе крыльями, ринулась к нам сквозь заросли кукурузы, что скрывала птиц с головой.

Абра спряталась за моей спиной, а я стал размахивать лопатой на приближающихся черных монстров.

– Хватай камни! – закричал я, и вскоре через мое плечо в стаю уже полетели булыжники размером с бейсбольный мяч.

Бросок у Абры был хороший – ей удалось попасть, и не раз.

Первые нападавшие остановились, но когда сзади начали напирать остальные птицы, вновь двинулись вперед.

Никогда я не видел ничего подобного. Падальщиков всегда было легко прогнать. Всегда. Они либо улетали к ближайшему дереву и рассаживались на верхних ветках, либо перебирались на другую сторону дороги и поджидали, пока угроза пройдет мимо. Но они никогда не набрасывались и не атаковали.

Что вообще происходит?

Первому, кто приблизился, достался сильный удар лопатой. Он отскочил и не вернулся. Второго я задел вскользь, и гриф опять устремился к нам, так что пришлось лупить его снова и снова. Мне стало как-то не по себе: прежде я никого не убивал собственными руками. Бывало, стрелял из дробовика в мелких животных, а в последнее время даже из отцовского ружья, но никогда не бил своей рукой. Ощущение мне не понравилось.

Но на нас напали, и я продолжал сражаться. Абра закричала, и я увидел, что стервятники взяли нас в кольцо. Она крутилась ужом: одна из птиц клевала ей руки. Абре удалось отшвырнуть врага, но тот снова бросился на нее.

Они вцеплялись когтями нам в волосы и одежду, словно понимали, что мы лишь испуганные дети. Вскоре я уже не мог ничего разобрать, только взмахи черных крыльев да мелькание лысых голов с глазками-бусинками. Повсюду были клювы и когти – на нас обрушилась вся стая.

Абра несколько раз вскрикнула, но я не издал ни звука. Не знаю почему – возможно, был не в состоянии набрать воздуха среди хаоса хлопающих крыльев. Или же с головой окунулся в схватку и даже не сообразил закричать. Но скорее всего, обреченно решил, что никто в целом мире не придет нам на помощь.

Мне всегда говорили, мол, стервятники довольно слабые создания и не охотятся самостоятельно, а едят лишь падаль. Должно быть, это правда, но в тот миг, когда на нас ринулась яростная стая, я подумал, что вот-вот умру. Что ж, по крайней мере, воссоединюсь с мамой.

Но тут раздался оглушительный, словно раскат грома, выстрел из дробовика, затем еще один. Птицы мигом взмыли в воздух. Лежа на спине среди кукурузного поля, я услыхал следующий выстрел. Один из стервятников рухнул на землю, остальные изо всех сил устремились на запад. Снова громыхнуло – очередная птица сорвалась вниз.

Я обернулся, нашел Абру, и мы помогли друг другу подняться на ноги. Лицо ее пестрело царапинами, а рубашка на плече была разорвана в клочья. Я попытался стереть капающий со лба пот, но это оказалась кровь. Оба мы с ног до головы перепачкались грязью.

Что творится вокруг, что вообще происходит?

Я обернулся и увидел человека с дробовиком. Даже схватка со стервятниками не потрясла меня так сильно, как его вид и зрелище того, что ели птицы.