Варщик 2 - Артем Кочеровский

Игровой район мы объехали по объездной. Окраины показали настоящую прелесть игорного шика. Всё, что отступало от главной улицы на полкилометра, выглядело не лучше, чем в трущобах. Мусор на дорогах, брошенный тачки, разгуливающие бродяги и оголодавшие псы.

Почему-то мне вспомнились слова Мара. Он цитировал Тихого. Мастер тени считал, что одарённые — вымирающий вид. Довольно странно слышать такое. Люди с материей превосходят простаков во всём — от выживаемости до силы и ума. Одарённым покоряется наука, телекинез, управление энергетическими полями и вмешательство в химическую структуру вещей. С чего бы это одарённым быть вымирающим видом? Ответ лежал прямо передо мной.

Руины некогда развитого города, выбоины на дорогах, беззаконие и грязь. Хомо сапиенс разительно отличался от всех остальных видов — тем, что они научилась работать в больших группах. Взаимодействовать не только семьями или деревнями, но и сотнями тысяч людей. Одарённые же были другие. По большей части — сами себе на уме. Они тоже управляли, собирали вокруг себя братства, но вряд ил их интересовало что-то большее, нежели собственная власть. С их возможностями, они могли не только покорить космос, но и заселить соседствующие планеты. Вместо этого изо дня в день они рвали на части город, построенный простаками. Одарённые — словно неандертальцы. Сильнее сложенные, с большим объемом мозга, но только себе на уме. Как полчище муравьев способно уничтожить жука, который больше одной букашки в двести раз, так и простаки, рано или поздно прекратят эру одарённых.

Водитель свернул на отворотке и дальше поехали по идеальной асфальтированной дороге мимо вывески Гаражи УГО (уличные гонки одарённых). Проехали пару рядов боксов и повернули направо. Остановились у огромного гараж на десять машин.

Погода выдалась пасмурная. Кропил мелкий дождь. Двери в гараж были закрыты. Башмак почему-то обрадовался этой новости, и приказал водителю развернуться, когда мы вышли.

Ввалился Башмак бесцеремонно, от души лязгнув калиткой по жестяным воротам. Я вскочил следом и поспешил осмотреться. Гараж, как гараж. Подъёмники, полки с инструментами, газовые и кислородные баллоны, компрессоры, наваленная горка шин.

Все ремонтируемые тачки более или менее похожи. Чёрные седаны. Не удивительно. В городе было всего одно массовое производство машин. Причём, те собирались почти вручную из-за маленького спроса. Торговля с другими городами велась, но очень скудная. Кумар сказал, что нейтральные земли слишком опасное место, чтобы отправлять не охраняемые караваны, а с охраной обходилось в копеечку.

Только одна тачка, будто вишенка на торте, привлекала внимание. На полуметровой эстакаде с открытым капотом и тянущимися к двигателю проводами стояла размалёванная дерзкая пуля. Гибрид спорт-кара и внедорожника. Обтекаемая тачка на завышенной подвеске.

В боксе я насчитал пятерых одарённых и двух простаков. Простаки носили замасленные комбезы и копались у спорт-кара. В похожем комбезе приехал и Башмак, а вот другие одарённые едва ли походили на механиков. Увидел бы я их на улице, принял бы за мелких дельцов, перекупов, сутенёров или барыг. Одеты кто во что, но в основном джинсы, кофты и кроссовки. Их материя светилась насыщенно-желтым.

— Ты чего вылупился, мудак?! — почти вежливо обратился Башмак к одарённому, что стоял ближе всего.

— Слышишь, Башмак, а ты ничего не…

— Завали рот! И позови репчатого!

— Что?

— Цыбульского зови, придурок!

Начало разговора мне не очень понравилось, и я слегка напрягся. Башмак обещал, что мы просто поговорим. Понятно, что на разборках без крика не обойтись. Вряд ли кто-то меряется яйцами, тщательно выбирая выражения, но ведь мог хотя бы нормально начать. Или это тактика такая? Если да, то тактика хреновая. Их, самое малое — пятеро, и это без главного Цыбы. Не удивлюсь, если ещё парочка затерялась где-то под машинами. К слову, напрягся не я один. Соколики Цыбульского сунули руки в карманы, сбились в кучку и зашептались.

Цыбульского я представлял другим. Думал, из кабинета выйдет такой же матёрых мех, как Башмак, и был удивлён смотреть на хлипкого парнишку в спортивном костюме с кепкой. Его материя светилась насыщенно-оранжевым и прилично превышала материю Башмака, но не мою. Пускай немного, но мой цвет был темнее. Это хорошая новость, но следом появились и две плохие. Они вышли из-за спины Цыбульского в куртках с оттопыренными боками. Видать, там висели кобуры.

— Хватит вести себя, как крыса и шкодить за моей спиной! — крикнул Башмак. — Давай решим всё раз и навсегда!

Цыба промолчал. Ухмыльнулся и наклонил голову.

— Хрен с тобой, Репчатый! Я дам тебе выход на Мотор и Резину. Получишь место в караване. Кубовывый ящик для запчастей из-за бугра. Но соглашаясь, ты станешь моей сучкой, понял!?

Цыбульский улыбнулся ещё шире.

— Заказ будешь делать через меня, но, если ещё хоть раз…, - Башмак сделал паузу и показал в Цыбульского пальцем. — Ещё хоть один раз я увижу любое говно в своём гараже или приколюхи с бомбочками, мы выдавим тебя из гонок, как гнойный прыщ! Я мигом обрежу тебе поставки запчастей, а Древесные соберут сходку, на которой за непослушание выкинем тебя во вторую лигу. Будешь гоняться там с инвалидками целый год. И если понадеешься вернуться в вышку, то я тебя разочарую. С таким гаражом и оборзевшей командой ты обанкротишься за пару месяцев!

— Всё сказал? — Цыба подошёл к машине и положил руку на крышу. — Вчера поставили турбину СКшной серии — плюс семьдесят лошадей.

— Закатай губу! Турбину ты поставил, ага! Они только позавчера к нам приехали! Шесть штук — по одной для постоянных клиентов Мотора.

— Теперь я среди них.

— О чём ты?! — Башмак сдвинул брови и посмотрел на меня. — О чём он?!

— Древесные дали мне три ячейки в караване, так что можешь засунуть своё предложение в задницу!

— Что?!

— А за то, что заявился сюда, будешь должен! Когда я скажу, твой пилот пропустит моего! И это не предложение! Ослушаешься, взорву тебя и твою тачку. Битники не помогут, я узнавал. Они в полной заднице. На что ты рассчитывал, башмак?!

— Ах ты ублюдок, конченый… да я тебя, сука…, - не найдя что сказать, Башмак достал телефон.

— Следи за словами! — рявкнул один из мехов, осмелев.

Для Башмака это стало последней каплей. Он схватил меха за руку и натянул на свой локоть. Парень выкинул ноги выше головы и полетел спиной на бетонный пол, но Башмак не позволил ему упасть. Пнул носком ботинка в грудь, и мех улетел к стене, смяв телом парку железных ящиков.

В воздухе просвестело, в плечо Башмаку прилетел отвёртка. Двадцати сантиметровая железяка вошла по самую рукоять, а следом торс продырявили две пули.

Материя перешла в боевой режим. Концентрация энергии с интеллекта перенеслась в силу и ловкость. Восприятие поделилось энергией с выносливостью. Я нацелил воображаемое перекрестье на меха с пистолетом и приготовился к прыжку.