Европа. Акт 3-й - Станислав Пилипенко

Слушай, давай поразмышляем. Вот ты, не сканируешь, но ведь всегда определяешь сканирующих. Можешь мыслеобразы сканирующих ловить. Сам к ним мыслью обращаться. Так же делают все рожденные в инкубаторе. Все те, кто не отфильтрован в люсы. Почему это так? Что в инкубаторском люсе надо включить, или выключить, чтобы он все это мог делать? Не понятно. Что в рожденных людях надо включить, чтобы они мыслеобразы ловили? Кстати, может некоторые и ловят, но почему молчат? Почему и как это скрывают? Однако, скорее всего ни сканирующих, ни даже способных обратится мыслю к сканирующему, среди рожденных матерью нет. У них вообще нет привычки обращаться мыслью к другому человеку. Все мыслеобразы рожденных, как-бы крутятся в аквариуме их-же мозгов. Они внутри мозга могут подумать: «Ну услышь меня». Это «Ну услышь» будет обращено к другому человеку. Но мыслеобраз «Ну услышь меня» и останется внутри мозга. Он не уйдет к адресату. Разве, что такой как я его подсмотрит. Но нужно стечение обстоятельств.

— Они не чувствуют общее мыслепространство, так, как мы это делаем?

— Нет. Ты чувствуешь, эта мысль внутренняя, а эту ты сформировал и отправляешь, например, мне. Я рядом, я могу ее словить, переправить далее. И это не мешает моим собственным мыслям. Это внешний процесс. За ним можно даже не следить, если занят. Это как отдельный орган чувств. А у рожденных женщиной такого нет. Привычка отсутствует совсем. Это видно сразу. И объяснить им это, наверное, невозможно. Интересно наблюдать за абсолютно прозрачными рожденными людьми. Они как наполовину глухие.

— И не знают этого! — Улыбнулся Свит.

— Да, но есть еще один интересный вопрос. Моя мама пишет стихи. Иногда у нее не получается строчка, она бросает это дело и идет погулять в парке. Я точно видел, что она не думает об оставленном деле. Иногда она размышляет о совершенно обыденном, смотрит на окружающих, почти бессмысленно проводит время. Но, вдруг у нее в сознании вспыхивает образ недоделанной строчки. Или даже всего этого стиха в целом, до самого конца. Ни у одного инкубаторского я этого не встречал. Через таких как я, мы можем думать вместе. Пробовать решать какую-то проблему сообща. Одним усилием нескольких мозгов. Но как происходит внесознательный процесс обработки информации у рожденных женщиной, сказать трудно. Мы видим только сознание. Оно у них, как бы сказать… менее вместительное, чем у нас. Есть некое подсознание, внесознательные процессы. Они просто скрыты и неразличимы. Как, подсознание рожденных находит, компонует и выдает самый верный результат? Почему мы так не можем? Да, явно у нас область сознания расширена. Мы многим можем управлять. Переводить в автоматический режим и выводить из него. Таким образом мы можем понять логику подпроцессов мозга, подробности «кода программы». Рожденные женщиной так не могут. У них конкретный процесс происходит либо внесознательно (в подсознании), либо — в сознании и управляем. Но все ли внесознательное происходит так, как у нас? Явно же нет. Пример моей мамы показывает, что у подсознания рожденных — огромная скорость обработки информации. Это одна из причин, почему инкубаторских отдают на воспитание рожденным от женщины. Не все еще ясно. Надо изучать и делать выводы. А то они такой нам фортель выкинут. Только держись.

— Я про это все и не думал никогда. Да и не знал многих подробностей. Странно. Поразмышлять надо. Да… хорошо тебе… для меня же чужая душа — потемки. А уж какие потемки у душ, рожденных женщиной. Вот смотри на этих двух Великих и понимай, как живется мне. Кстати и твоей любви к Марте я не понимаю…

— Не трогай это, это мое право. Любить, или нет — Учением Ра не запрещается.

— Как по мне, так без любви было проще. Я не понимаю этого чувства. Привязанность — понимаю. Привычка — понимаю. Но любовь — просто потемки сплошные. Мне сбрасывали мыслеобразы любви, но это странное какое-то чувство. Оно сплошняком не логичное. Я точно понимаю, — такое мне не надо.

После этих слов оба встали и направились к выходу. Свит, опомнившись остановился, вытянул синий скоросшиватель из папки, говоря при этом следующее:

— Это свидетельство о выводе тебя и твоей матери из чьей-либо собственности. Теперь, когда все понятно, именно это я должен тебе вручить. Пока ты плебс высшей категории. Но это «пока». Кто надо уже над этим работает. Отчима засунут в далекий монастырь. Пускай там пашет. Ты в особый отдел охраны монастырей приписан. Там документы есть. Разберешься. Пару дней тебе на отдых и вперед, работать. Или ты уже все это знаешь, просканировал?

Такер тоже остановился и подойдя к Свиту вплотную, почти шепотом произнес:

— Блин, та не так все просто. Ты думаешь это легко, проникнуть за ширму маски? Я два дня буду, как выжатый лимон. А сейчас, килограмма два мяса съем. Да и расстояние для такой работы — проблема. Важно, как же, — стены не из местной глины. Экранирует она все усилия. Много еще чего. Например, знай, лучше, чтобы на человеке не было украшений из янтаря. Янтарь — просто мучение. Он силы вытягивает, когда работаешь сканером. Иногда просто стену ставит. Тут важны включения в нем. Если мушка какая, или часть животного — пиши пропало. Стена — гарантирована. Обращай внимание на такие украшения. Интересуйся их происхождением. Полезно бывает. У нас нельзя такое продавать, нужные люди даже в стандарт на украшения такое протянули. Если такое в Европе продается, то только в Польше и России. Следующее, если ты сейчас про нужное мне не думаешь, если это не находится в данный момент в твоем сознании — это ничем не выудить. Глубины памяти мозга пока не сканируются ни кем. Тут дополнительное воздействие нужно, хотя и не хитрое.

— Это интересно…

— Дорогой, ты это теперь знаешь и если кто увидит тебя с янтарем, или после сканирования узнают, что ты проболтался про это рожденным от матери — на костер! И тебя, и всех, кому расскажешь. Как заставить перенести нужные воспоминания в сознание — давно понятно. Тут приемов просто уйма. Например, дыба неплохо помогает, если что… Но я в тебе уверен. Обращай внимание на людей с янтарными украшениями.

— Да понятно, лучше бы и не знал. Так, короче, вручаю тебе свидетельство. Пройди по адресу управления жилфондом № 9, тут рядом. Получи ключи, и распишись. Сходи завтра в ближайший монастырь инквизиции и закажи себе паспорт. — Свит вручил Такеру синюю папку и с улыбкой продолжил, — с тобой даже говорить опасно. Квартирка же добрая. Дома старые. О! Так там глина,