У грани - Ден Травкин

— Вот банковские справки, о том, что у меня больше нет ни никаких задолженностей перед банками, — отчеканил он. В ответ жена зло припечатала.

— Ты кредитом, кредит перекрыл?

Но её тактику нападений он хорошо знал и пошёл в нападение.

— Ты мне дашь сказать, я всё тебе разъясню, — надавил он и голосом, и взглядом — Прояви терпение и вот ещё? — он выложил на стол пачки с деньгами зная, что для неё, это аргумент — Бери себе, за твоё терпение и любовь ко мне, — и криво улыбнулся, сработало.

— Что правда, что ли? — проговорила удивлённая супруга, увидев такую кучу денег резко меняя тактику поведения — Ты что, душу продал дьяволу, кровью расписался? — её прорвало, она общаясь не удержится не съязвив.

— Как раз наоборот дорогая, я не обманул, не своровал, не ограбил, не записался в секту, ну какой из меня наркоторговец или бизнесмен, кредитов и займов не брал. Как мне ещё тебя убедить я не знаю, ты перестала в меня верить давно, но я благодарен тебе за твоё терпение, а гарантии счастливого будущего я тебе дать не могу извини, я не Господь Бог.

У жены покатились слёзы, непроизвольно от обиды, своим чёрствым сердцем она поняла, что он не обманывает её, бабское чутьё не обманешь, и ещё она догадалась, что он откупается, а она теряет его, теряет навсегда. Сколько раз ей хотелось его бросить, он не смог обеспечить ей достойную жизнь, но за последнее время он изменился, от него исходила сила и уверенность мужика, знающего себе цену и знающего чего он хочет, был не пластилиновый муж. Она затруднялась осознать, кем он стал.

— Ну всё, по-другому, тебя не убедить, давай переодевайся, умывайся, потом мы поедим, а я тебе постараюсь всё об сказать, — он вышел из зала в детскую комнату давая ей возможность передвижений, подсел к детям и о чём-то начал с ними шептаться.

Семья сидела за столом и ужинала, а когда пацаны насытились и ушли в свою комнату, он продолжил — Я уволился со старой работы, без отработки нашлась новая работа, гораздо интереснее где думаю, наконец-то меня оценят. Её мне предложил мой знакомый он живёт в штатах, ты его должна помнить, мы ещё чуть в Америку не переехали. Случаются чудеса, в которые ты не веришь, случаются, правда придётся побегать, еду в Москву, сделают документы, точнее они уже сделаны и ждут меня, дальше вылетаю в Испанию, затем в Канаду, и в Австралию, знакомиться с работниками офисов и вникать в суть работы. Мой контракт бессрочный, поэтому и такие большие подъёмные дали, у тебя десять миллионов рублей, — врал он без зазрения совести, жена его слушала как-то отстранённо, её пугало остаться одной без его поддержки, кому ещё она нужна под старость лет, а потом она прервала монолог мужа.

— Понятно, тебе плевать на меня, но двое детей, твои сыновья и их надо поднять и воспитать, а твои и мои родители, что скажешь? — удар с её стороны ниже пояса, она рубила правду матку, ему тяжело найти аргументы в споре с ней, но, он на неё так посмотрел, что его взгляд приковал ту к стулу и заставил не продолжать возражать мужу.

— Так слушай сюда, — какая-то мощь дыхнуло от него заставляя её поёжиться, было что-то новенькое — Скажу один раз последний, можешь не слушать, но потом локти кусать себе, самонадеянная баба. Мне так надо, вопрос решённый мною, не трать зря моё и своё время…

Лана послушалась и примолкла, опустив голову, она уже смирилась и взяла себя в руки, а он продолжил уже спокойно меняя тон и тембр голоса — Ты помнишь собор в деревне Вешаловка, я туда тебя возил, служитель Батюшка Андрей, но есть проблема он не пользуется телефонами и компьютерами, он мне помог, если что смело обращайся к нему. И ещё, купи себе права и научись водить машину, с деньгами распоряжайся с умом, неплохие деньги, но они обесценятся, вот визитка отца Андрея, и помни к нему при нужде, он реально выручит, — он встал и вышел из-за стола — Всё, я всё сказал, с детьми и с родителями, я поговорю.

Два дня он уделял время жене и детям, водил их по магазинам, показывал ей липовые контракты и договора, нормально состряпанные, но которые не имели уже никакого значения ни для него, ни для жены. Параллельно подал объявление о продаже машины, и на третий день её с ходу забрали, потратив два часа в «ГИБДД», его довёз до дома покупатель и они попрощавшись расстались. На вырученные деньги от продажи машины, он решил приодеться в дорогу, ушла ещё неделя на сборы, оставшиеся деньги, он отдал своим пацанам оставив себе две тысячи купюрами по пятьсот рублей.

На душе у него стало гадко, мерзко и тревожно, он понимал, что бросает семью, но ЗОВ успокаивал его образами в голове и он переставал хандрить, а ещё он брал в руки ключ и тепло исходившее от пластины начинало предавать ему уверенности.

Раним весенним утром он вышел из дома на улице моросил мелкий дождь, но было тепло и безветренно, он был похож на рыболова одетый в походную экипировку с большим рюкзаком, набитым самыми необходимыми вещами и провизией. Нанял таксиста и поехал к трассе расплатился и пересел в попутку, разговаривал с водителем о рыбалке, доехали до места сунул пятьсот рублей и выбрался из «Газели», вытащил свой рюкзак.

У реки дождя не было, но дул порывами ветер в спину, подталкивал его торопя. И вот он нагруженный медленно продвигался вдоль реки рассчитывая дойти за три часа до заветной горки. И чем ближе он подходил, тем сильнее чувствовал теплоту ЗОВА, который согревал ему душу и успокаивал. Впереди была неизвестность и собственный долг перед самим собой, обратной дороги у него нет, иначе он не простит себе отступничество. Вновь приходиться укрощать своего внутреннего дракона, успел гад вырасти и поумнеть, как пролетело временя, ему сорок восемь, он скоро станет стариком.ь

Серый шёл и думал, думал о многом, но мысли крутились вокруг его семьи и родственников.

— Жена должна быстро привыкнуть, не должна скурвится. Дети меня поймут! Родители простят! Сестрёнка быстро забудет. Но мне хочется верить, что их я ещё когда ни будь всех увижу.

Простите меня мои родные и