Крылья - Эл Лекс

— Свою работу! — зло ответила ему Тина, собирая свою сумку. — Отойди с дороги, Пико, у меня там еще раненый!

— Я велел тебе не появляться больше в бою! Еще в прошлый раз! И в позапрошлый!

— А командир аванпоста велел мне быть целительницей! — Тина выпрямилась и без страха посмотрела в глаза Гаррету. — И его слово для меня важнее твоего!.. Чье угодно слово для меня важнее твоего!.. Уйди с моего пути!..

— А этого ты зачем притащила⁈ — Гаррет резко перевел тему и взгляд на меня. — Он что, тоже целитель⁈

— Для тебя — да! Его я притащила для помощи! — мгновенно ответила ему Тина. — Ты же жаловался, что после сыпун-лозы твои солдаты месяц не могут поднять ничего тяжелее ложки! А как еще, скажи, я могла бы спасти этому бедолаге руки⁈ У меня самой не хватило бы сил заставить его разжать их! Либо лоза, либо помощник, а где мне взять помощь на поле боя⁈

Захлебнувшись словами и яростью, Тина всплеснула руками и решительно, хоть и все еще хромая, пошла вперед с намерением обойти Пико стороной. Но у Гаррета были другие планы. Он поднял руку и перегородил дорогу Тине, как шлагбаумом.

— Я еще не договорил! — рыкнул он.

— Там твой солдат умирает!.. — взвизгнула Тина, и попыталась проскользнуть под рукой.

Пико резко опустил руку, пытаясь ее перехватить, Тина неловко перенесла вес тела на травмированную ногу, вздрогнула от боли…

И ее макушка аккурат встретилась с бронированной перчаткой командира солдат.

Убить.

Глава 7. Не шпион

Убивать Гаррета я, конечно, не стал. Сдержался.

С трудом, но сдержался.

А вот сдержать уже взлетевшую в страшном ударе руку не успел. Все, что успел, это погасить бешеный импульс, сдержать его, чувствуя, как напряглись и застонали мышцы-антагонисты. Все, что успел — превратить чудовищный удар, который пробил бы Пико насквозь вместе с кирасой в сильный толчок, от которого командир солдат отлетел назад на несколько метров.

После этого я выбросил его из головы и присел рядом с Тиной. Целительница сидела на земле, на коленках, держалась за голову и тихо плакала.

Вряд ли от боли — не так уж сильно ей прилетело, надо признать. Скорее от обиды. Злости. И главное — бессилия.

— Ты!.. — зарокотало за спиной.

Я не оборачивался. Протянул руки, обнял Тину и, насколько позволяли наши позы, притянул ее к себе. Девушка доверчиво прижалась ко мне, уткнулась носом в плечо и всхлипнула.

— Убери от нее руки! — заревело за спиной раненым медведем, и мне в спину, чуть ниже шестого позвонка, впечатался тяжелый сапог, который должен был сломать к чертям позвоночный столб, оставив меня калекой на всю жизнь.

А еще — импульс этого удара должен был кинуть меня прямо на Тину, роняя и ее тоже. А с ее позой это, скорее всего, означало бы перелом руки.

Каким бы крутым воином ни был Гаррет Пико, но в ситуациях, которые ему не подчинялись, он терял над собой контроль, как игроман в казино при виде блестящих рычагов слот-машин.

Не только контроль, но и голову тоже.

Не знаю, что полагалось бы Гаррету за то, что он покалечил двух людей, один из которых при этом — целитель аванпоста… Скорее всего, ничего. Скорее всего, закрыли бы глаза, списав происшествие в счет всех его заслуг перед аванпостом. Возможно, именно то, что все всегда и закрывали глаза на его поведение, и сделали из просто склочного базарного мужика неуравновешенного и не контролирующего себя бронированного бугая.

В любом случае, хватит это терпеть.

Поэтому, когда ботинок Пико врезался мне в спину, я даже не пошевелился. Я не боялся удара — знал, что мне ничего не будет. Я думал лишь о том, как уберечь от него Тину, и мне это удалось. А потом я аккуратно, но настойчиво, убрал ее руки со своих плеч, поднялся и снова развернулся к Пико:

— Слушай сюда.

Я говорил спокойно, не повышая голос и не пытаясь давить на Пико. Я знал таких, как он — если на них быковать, то они моментально, на базовых рефлексах, начинают быковать на тебя еще сильнее, и весь разговор сводится в итоге к тому, кто кого переорет и передавит лоб в лоб. А привлекать внимание мне было не с руки. Поэтому я говорил спокойно, что увеличивало шансы на то, что мои слова дойдут до командира аванпоста.

Немного, но увеличивало.

Давай его просто скатаем в шарик, вместе с доспехами? Или можно доспехи сплющить в фольгу и снаружи его обмотать… Как это… Как там он называется? Кондор-сюрприз?

Да, сюрприз получился бы тот еще.

Обойдемся без сюрпризов.

— Слушай сюда. — повторил я. — Если до тебя плохо доходит, то я тебе поясню — Тина не хочет иметь с тобой ничего общего. Я тем более не хочу иметь с тобой ничего общего. Поэтому меня устроит, если ты просто оставишь в покое нас обоих. Если ты оставишь в покое кого-то одного — это меня не устроит. А если меня это не устроит, я сделаю много такого, что не устроит уже тебя. И первое из этого — я сделаю так, что ты будешь завидовать вот этому бедолаге.

Я кивнул на солдата с покалеченными руками, который все еще был без сознания.

— Ты кто вообще такой? — пораженно прошептал Пико побелевшими губами, глядя на меня хоть и сверху-вниз, но со страхом.

По ходу, я перегнул с угрозами, и ему хватило бы и неудавшегося удара.

Я поднял руку и сжал большой и указательный пальцы на вороте кирасы Пико. Медленно повел в сторону, разрывая полированную сталь, как мокрую бумагу. Разве что бумага не издает такого громкого скрипа.

— Я — демон, Пико. — кровожадно ухмыльнулся я. — Можешь считать, что твой личный. Посланный тебе за все те случаи, когда ты себя плохо вел. И у тебя остался только один шанс исправиться. И если ты его упустишь, то…

Я сделал многозначительную паузу — пусть сам себе придумает самые страшные кары. Если я это начну делать, то легко могу попасть впросак — вдруг он в этом плане тоже неуравновешен? Вдруг он на завтрак кушает бритвенные лезвия, и не может заснуть без паяльника в заднице?

Тут нет ни лезвий, ни паяльников.

Это неважно. Пусть сам