Студиозус 2 - Алексей Валерьевич Шмаков

А ещё я оставил частичку своего света. В следующий раз, когда зверь вновь попытается вырваться, она поможет брату.

— Именно поэтому никто не хотел отпускать меня на встречу с тобой. — грустное произнёс Виктор, когда всё было закончено. После чего устало прикрыл глаза и начал глубоко вдыхать и выдыхать.

Мы сидели прямо на полу в кабинет ректора. Сам он вновь закрыл дверь, убедившись, что кризис миновал. А ещё с нами здесь был Григорий Константинович. Как раз с ним я и хотел поговорить. Создал сферу тишины, чем смог удивить старого князя. Он явно не ожидал от меня такой прыти в освоении дара.

— Только что я говорил с Виктором о нашем праве на род Чернышёвых-Апраксиных. — Григорий Константинович ни капли не удивился. Значит, он уже готов к этому разговору, что очень хорошо. — О том, что ему нужно будет выйти из рода Апраксиных.

А вот к этому князь точно не был готов. Нахмурился и начал играть желваками, но не стал перебивать меня.

— От родителей у нас осталась не только земля, но и все предприятия, что вы им передали. Также немаленький счёт в имперском банке. Правда, я знаю это лишь со слов тёти, но не верить ей у меня нет основания. Плюс другое имущество, что хранится сейчас у императора. Я бы хотел начать процедуру признания нас наследниками. Это возможно сделать, пока я нахожусь в академии, а Виктор усмиряет свою силу?

— За оставшееся время до конца года, вполне возможно. Только с чего ты решил, что Виктор выйдет из семьи? Он уже дал тебе согласие? — князь посмотрел на внука, но тот продолжал делать дыхательную гимнастику.

Учитель Тацуя показывал мне такую, говорил, что она помогает успокоиться и привести мысли в порядок. Но мне это не нужно, а вот брату очень кстати.

— Ещё не дал, — ответил я, и напряжение отпустило князя. — Но я уверен, что обязательно даст. Он не Апраксин, так же как и я. И это главное. Мы были рождены совершенно в другой семье. Так что вновь вернуться в неё будет правильно. Я позабочусь о брате. Об этом можете не переживать. Только, пусть он побудет у вас, пока я учусь.

— До конца года? — с улыбкой спросил князь.

Похоже, он не воспринимает мои слова всерьёз и решил, что я шучу. Или что просто не смогу осуществить всё задуманное. Но это он зря.

— Я решил остаться в академии до тех пор, пока она будет для меня полезна. И всё это время буду представлять Клан Тьмы на факультете старшей крови. Наш договор я выполню. Заключать новый не потребуется. Это будет подарок вам, как деду Виктора.

А вот эти слова задели старика. Ну да, я признал только брата. Ведь, по сути, кроме Виктора, у меня никого и нет. Только брат может носить фамилию Чернышёв-Апраксин. Кроме нас двоих, нет больше никого, кто имеет на это право. Да и по всем документам я Александр Иванов, и никак иначе.

— Не могу точно сказать, сколько времени я проведу в академии. Когда пойму, что она больше ничего не может мне дать, тогда и уйду. Если нужно оплатить обучение, то я сам это сделаю. У меня есть немного сбережений. Да и мойка должна уже начать приносить прибыль.

Григорий Константинович слушал меня и кивал. А ещё он отпихивал ногой Акеллу, который отчего-то лез к князю и тёрся об него. Первый раз вижу, чтобы он так себя вёл.

— Уверен, что Виктор к тому времени сможет совладать со своей силой. Да и вы будете обучать его обращаться с тьмой. Ну а чего не успеете, я сам ему расскажу. Что будет дальше я пока не думал. Сперва необходимо разобраться с обучением. И сделать так, чтобы Клан Тьмы занял как можно более высокую позицию на следующем собрании двенадцати.

— Я тебя услышал и не буду вмешиваться. Во многом ты прав. Но ты же понимаешь, что не можешь принуждать брата? Не можешь идти против его воли. Про деньги за учёбу не думай. Члены старшей семьи и так платят империи высокую цену. Они расплачиваются с ней своей кровью. А старшую кровь не купить ни за какие деньги. Дочь рассказала о твоих успехах в освоении нашей силы. Хотел бы я, чтобы у меня было два внука. Я считаю тебя внуком. Но, что случилось того уже не изменить. В любом случае знай, что у Апраксиных ты всегда найдёшь кров и поддержку. Даже после моей смерти. — немного подумав, сказал Григорий Константинович. — А теперь давай выйдем, как бы кабинет ни решили брать штурмом. Всплеск силы Виктора многих перепугал. Мало кто видел Абсолюта в тринадцать лет.

— Да вся академия видела. Неужели вам не рассказали об успехах Семёна Распутина? — сказал я и, подхватив Акеллу на руки, направился к брату.

Нужно помочь ему подняться и обязательно поговорить ещё. Мне понравилось ощущать рядом с собой столь близкого человека. Тьма больше точно не вырвется, если брат сам не разрешит ей.

Глава 7

— Вы гарантируете, что именно эти вопросы будут на экзаменах? — спросил я у темноты, в которой сейчас скрывался человек, выйти на которого оказалось очень сложно.

Мне даже несколько раз приходилось прибегать к силе убеждения. Переговорить с десятком человек и всё из-за того, что кто-то обронил рядом с Романовым пару неосторожных слов о возможности достать ответы на все вопросы, что будут на экзаменах вплоть до пятого курса.

— Они неизменны уже десять лет. С тех самых пор, как появилась наша организация. Помощь студентам для нас стоит на первом месте. — ответила темнота.

Конечно, я с лёгкостью могу увидеть, кто находится во тьме, стоит только обратиться к своей силе. Но одним из главных условий нашей встречи была именно анонимность. И я дал слово, что не буду её нарушать. Даже не стану предпринимать для этого никаких