Наг - Терин Рем

— А разве есть такая черта? В смысле, разве то, что мы делаем допустимо? — спросила Лидия, снова краснея.

— На Ссай все немного иначе: незамужние нагини могут встречаться с свободными мужчинами познавая себя, свое тело, пока не определяться с выбором. Я понимаю, что ты воспитана иначе. Фактически лиер лишил тебя возможности почувствовать физическое влечение к кому-либо, кроме себя, но и сам не научил тебя чувственности. Ты не узнаешь хорошо это или плохо, желаешь или нет, пока не позволишь себе попробовать хотя бы что-то. Я чувствую, что нравлюсь тебе, но не буду тебя к чему-либо принуждать. Или хочешь сохранить себя для лиера? — с вызовом спросил я. Каюсь, это был не самый честный прием, но я очень хотел добиться от девушки взаимности.

Несмотря на то, что прошел месяц нашего нахождения в лесу, ее энергетика нисколько не изменилась. К сожалению, она по-прежнему дэйна проклятого эльфа, на все сто процентов. В моей душе теплилась надежда, что отсутствие близости между ними развеет эффект привязки к нему, но увы.

Малышка с каждым днем нравилась мне все больше, поэтому я надеялся, что есть еще хоть какой-нибудь шанс изменить их связь естественным путем, без применения магических практик, которые мало того что могут оказаться болезненны, еще и неизвестно насколько эффективны, ведь дураков отдавших свою дэйну нагу среди эльфов еще не было.

— Нет! Я боюсь его. Он холодный, мерзкий, жестокий…, - разошлась Ди, заставляя меня задуматься.

Несмотря на отрицание, эльф вызывал у нее сильные чувства. Сменить полярность в таких эмоциях легко, плохо, что малышка к нему неравнодушна, но это было бы странно, все-таки он ее истинный.

— Тогда рискни. Приходи ко мне ночью. Я достаточно опытен, чтобы сдержать свою страсть и не зайти дальше, чем ты решишься. Я искал на Бариме жену и нашел самую красивую, умную и добрую девушку. Если ты ответишь мне взаимностью, то я буду счастлив забрать тебя с собой и объявить тебя своей шаной (нагинский титул равный графине) перед моими родными и подчиненными.

В ответ Лидия лишь покраснела, а решил перевести тему, боясь спугнуть малышку своей настойчивостью.

Глава 10

Лидия Каро.

Меня раздирали противоречивые чувства и желания: любопытство, возбуждение, стыд, страх все смешалось в тугой комок, заставлявший тело дрожать нервной дрожью, а сердце стучать громко и часто, как у пойманной пичуги.

Идти или не идти? С одной стороны, страшно до липких ладошек, но ведь Шаянес сказал, что не зайдет дальше, чем я захочу. А вдруг я захочу?

Конечно, все восторги про головокружительные поцелуи, описанные в дамских романах, оказались, мягко говоря, преувеличением, но ведь все равно приятно и очень, а от воспоминаний о хриплых стонах сильного мужчины, дрожащего в нетерпении от легкого прикосновения руки, внизу живота действительно все наливалось приторно-сладкой тяжестью, толкающей на новые безрассудства.

В том, что Шай меня не обманет и не набросится голодным волком я, безусловно, верила, но является ли предательством такие отношения с Шаянесом?

А если это предательство, то по отношению к кому? Лиеру? Почему я чувствую безотчетный стыд, вспоминая об этом ледяном и пугающем мужчине, который ничего не вызывает в душе, кроме чувства обреченности и странной обиды?

К счастью утром я приготовила всего впрок, ведь сейчас не могла удержать ножа трясущимися от волнения руками.

"Пойти или не пойти?" — в тысячный раз задавалась я смущающим вопросом, глядя в окно на давно выглянувшие звезды.

А если не пойду? Обидится ли Шай, ведь я сама раз за разом на него набрасываюсь, а потом строю недотрогу? Вопросы, не имеющие ответа, сводили меня с ума.

Накрыв мужчинам в столовой, сама сослалась на плохое самочувствие и скрылась в спальне.

Время тянулось медленно, сводя меня с ума нервозным напряжением.

— Не пойду! — пробубнила я, поминая недобрым словом дурную привычку и нага, лишившего меня спокойствия.

Решила принять ванну и лечь спать, но сегодня чистоте своего тела я уделила слишком пристальное внимание. Не то, чтобы обычно я была грязнулей, но так тщательно, как сегодня, не мылась никогда.

— Не пойду, — снова буркнула я, нервно откидывая одеяло и забираясь в мягкую постель, но сон не шел, а подлое сознание подкидывало мне воспоминания о теплых, мягких губах Шая, вкус его кожи…

Вот когда я читала воспоминания восторженных дам о сладких поцелуях с любовниками, то смеялась и фыркала, представляя, как напомаженные леди, кусают бедных мужчин, сравнивая их «сочные ланиты» то с вишнями, то с медом. А сама?

На самом деле, это больше похоже на ощущения теплой, влажной, податливой плоти с тонким ароматом чужого дыхания.

Снова фыркнула, теперь уже со своего не в меру расшалившегося воображения. Сон не шел, а взволнованное откровенностью мужчины тело предъявляло мне свои счета, мучая непонятным томлением, от которого не скрыться и не убежать.

— Дура, идиотка, размазня, — ругала я себя, воровато двигаясь по небольшому коридору, прикрывая рукой яркий свет светильника.

Из под двери Шая пробивался свет, сигнализируя о том, что мужчина не спит. Стало неловко и стыдно: он был уверен, что я приду. Неужели я такая бесхребетная, что в моем ответе наг не сомневался?

Накатила обида и я собиралась развернуться и уйти, но дверь распахнулась, и Шай ловко подхватил на руки тихонько пискнувшую меня.

— Ты пришла, — радостно выдохнул мне в губы мужчина, утверждая, а не спрашивая. И что на это ответить? Вот же дура любопытная!

— Не бойся. Я же обещал, что мы попробуем только то, что будет интересно тебе, — хрипло шептал наг легонько целуя кончики моих пальцев.

Ни за что бы не подумала, что они у меня настолько чувствительные.

Если бы Шаянес потащил меня в кровать, то я бы, скорее всего, спасовала, убегая к себе, но хитрый наг постелил теплые одеяла на полу у небольшого очага. Даже закуски с вином принес.

Он ловко опустился на импровизированное ложе, протягивая мне бокал с алкоголем.

— Ну, чего ты испугалась? Если не хочешь, то давай просто посидим, поговорим. Я скучаю по тебе, — тихо сказал Шай, снова припадая своими возмутительно приятными поцелуями к нежной коже на моей шее, обвивая при этом мои ноги гладким хвостом.

— Мы ведь и не расставались, — тихо возразила я, но даже мне самой собственный голос показался жалким и неуверенным.

— Правда? Ты меня избегала, жестокая, — укоризненно прошептал хитрый змей, сверкая лукавыми золотыми глазами.

— Я не… мне просто…, -