Лимбус. Том 2 - Эон Линь

– Господин, что прикажете делать?

– Присоединись к остальным Богам, не допустите проникновения демонов в Тинсингуо.

– Но, господин… – Взгляд Лирейна скользнул по моему мечу, но я и без него осознавал, какой делаю выбор.

– Подчиняйтесь приказу, генерал.

Губы Лирейна сжались в тонкую полоску, но он почтительно сложил руки перед собой и, низко поклонившись, исчез.

– Если я сейчас отдам душу, то возможно прекратить сражение?

Жалкая идея, как исправить содеянное, высказанная Энделлионом, звучала хуже правды. Одним вопросом он обесценил свой выбор и трусливо решил загладить вину. Я не узнавал его.

– Саньцзетан уже отверг ее, потому что она была обещана Владыке Тьмы. А если он охотился за ней, значит, твоя душа слишком ценна. Я не могу позволить Ахимоту заполучить ее.

– Но ведь даже Ли Цзиньлун не справился.

– Он жив, – не терпящим возражения голосом крикнул я, не вовремя вспоминая, что Небесный Император прервал свое уединение в горах Усэ Юнь ради церемонии продления договора.

– Постой, Юань Фэнь, – вскинулся Энделлион. – Ты же не хочешь увести меня в Тинсингуо и спрятать там? Я не могу бросить Экнориан.

– Об этом надо было думать до того, как продал душу Ахимоту. Владыка не приказывал спасать Экнориан.

Энделлион отшатнулся от меня, словно получив оскорбительную пощечину. В его глазах читался не страх, а разочарование. Я взбирался по ступеням, чтобы обрести силу для защиты, а сейчас поступился всем, следуя не своим устоям, а правилам небожителей. Пусть люди отличались от нас, но это не значило, что их можно оставлять на съедение демонам. У моего меча не было души Стража, но я смог стать Повелителем Тысячи Вод. Неужели этого недостаточно? Словно в ответ на мои слова небо пронзила вспышка молнии и полил дождь.

Не давая себе времени на сомнения, я схватил Энделлиона и переместился на границу Экнориана. Белые хризантемы, стелящиеся ковром от мира людей до Лимбуса, окрасились алой кровью, а земля покрылась трещинами от нестерпимого жара. Капли дождя, ударяясь об нее, с шипением превращались в пар. Мертвые, иссушенные тела с обезображенными от ужаса лицами лежали тут же. Крики сливались с гремящими ударами мечей, а воздух наполнился запахом пота и крови. Паладины и армия людей проигрывали в этой войне.

– Что ты собираешься делать? – Голос Энделлиона звенел от напряжения.

– Защищать.

От простого слова в груди разлилось тепло. Именно для этого я совершенствовался столетиями. Все остальное было неважно. Защитить то, что дорого. Только это имело значение.

– Отправляйся в свой мир, Энделлион, и уводи выживших.

– Но ты же умрешь?.. – закричал он.

– Повелителя Тысячи Вод не так просто убить. Сказал же тебе: спасайся.

Я оттолкнул его и, начертив в воздухе печать, призвал всех сражающихся паладинов. Они тут же предстали передо мной – воины-хранители Лимбуса, одинаковые в своих масках, закрывающих пол-лица. Бело-золотые одежды запачкались кровью и грязью, а на телах виднелись многочисленные ранения. Их осталось вдвое меньше, чем я рассчитывал, но даже так шансы на победу были.

– Паладины, приказываю, уведите людей в Экнориан и создайте защитный купол. Запечатайте мир людей ото всех, используя мою печать[63].

– Юань Фэнь, не смей! – Энделлион попытался схватить меня за руку, но я увернулся и, достав из-за пояса печать, бросил ее паладинам.

– Ты хотел, чтобы небожители спасли Экнориан.

– Но не такой ценой. Я отдам душу Ахимоту, и все закончится.

Он отчаянно пытался исправить содеянное, осознавая свою ошибку. Ошибка. Верно. От настолько очевидной вещи я усмехнулся про себя. За годы общения король стал восприниматься мной как один из нас, а ведь он был человеком, способным на глупые ошибки. Не мне стоило полагаться на него, а он должен был почувствовать во мне защиту. Итогом наших опрометчивых решений стала сделка с существом, не нуждающимся в покровительстве, – Ахимотом.

– Не закончится, Энделлион, теперь слишком поздно. И мы не знаем, что содержится в твоей душе. А если ее поглощение даст ему безграничную власть? – Я повернулся к паладинам и крикнул: – Лука, исполнить приказ Повелителя Тысячи Вод.

– Как прикажет ваше превосходительство.

– Нет! Юань Фэнь! – Король сорвался с места, но паладины были быстрее и, подхватив его под руки, исчезли в белой вспышке.

Вскоре люди тоже стали пропадать с пограничных земель, оставляя после себя облачко тумана. Теперь, когда Энделлион находился в безопасности, мне предстояло разобраться с демонами. Князья Тьмы развлекались, восседая на огромных кучах из тел, уподобив их трону, и смотря на то, как Смертные Грехи играючи разрывали людей.

Дождь продолжал идти, и это придавало сил. Я сконцентрировал ци и призвал воду, замораживая ее и создавая тысячи и тысячи ледяных мечей.

– Да прольется на неверных ледяная кара. Воплощение воды шестое «Танец тысячи мечей».

Я сложил два пальца и, начертав печать, ударил ее раскрытой ладонью. Ледяные мечи обрушились на демонов, вонзаясь в их тела, проникая в кровь и замораживая ее. На такое воплощение требовалось много энергии, но так было проще всего отделить демонов от людей и дать последним возможность спастись.

Как я и предполагал, началось волнение. Князья и Смертные Грехи разбивали ледяные мечи, не понимая, откуда те взялись. Но выигранное время позволило паладинам возвести защитный барьер. Он еле мерцал, накрывая земли Экнориана. Я снова сложил два пальца вместе и начертил в воздухе новую печать.

– Воплощение воды девятое, «Кара тысячи волн. Призыв Байшэ»[64].

Стена воды встала между демонами и миром людей. Из нее показалась голова огромного белого змея. Он взревел и выпустил изо рта смертоносные струи воды. Одновременно с этим одна волна за другой накрывали монстров и затягивали их в водоворот. По вискам струился пот, а дыхание стало тяжелым. Применение подряд двух сложных воплощений исчерпывало энергию слишком быстро, и теперь следовало положиться на меч. Я нарисовал печать на лезвии.

– Воплощение воды четвертое, «Меч тысячи вод».

По клинку пробежали волны, которые вмиг замораживались и рассыпа́лись льдинками. Я надеялся, что времени до полного истощения хватит, чтобы расправиться с Князьями Тьмы и Смертными Грехами.

После последней волны земля затряслась, и в ней стали появляться огромные разломы. Один из них оказался прямо у меня под ногами, и я перепрыгнул в более безопасное место.

– Рекси, не убивай нашу игрушку сразу, прояви уважение к Повелителю Тысячи Вод.

Надо мной раздался знакомый грубый голос Дау. За ним последовала молниеносная атака его меча. Я поймал лезвие своим клинком и, выдержав удар, оттолкнул первенца Ахимота.

– А ты стал