Клан Когтей - Ян Бадевский

Девочка относилась к категории одаренных, выросших в свихнувшейся семье фанатиков Равновесия. Предки еще до рождения моего бодигарда дали обет отложенного пострига и с детства начали прокачивать в ребенке боевые водные техники. Уж не знаю, чем там промывают мозги детишкам, но отваживаются на побег единицы. Кроме того, хранители Равновесия, поднявшиеся до высших рангов в своем классе, мягко говоря, не бедствуют.

Арина не просто сбежала. Она ухитрилась сцепиться со старшим монахом-охранником и выжить. А заодно прихватить несколько полезных артефактов, что взбесило настоятеля и послужило поводом для многонедельной травли. Итог — девушка в международном розыске. И ухитряется безо всяких корректировочных техник спасаться от возмездия церковников.

Меня совершенно не смутило отсутствие у бодигарда рекомендаций от других заказчиков. Если мы подпишем договор, я стану первым клиентом восемнадцатилетней телохранительницы. Помню, выслушав мои доводы в пользу именно этого кандидата, учитель хмыкнул и буркнул что-то по поводу предсказуемости. Возражать не стал. Думаю, он еще на прошлой неделе ознакомился со всеми анкетами.

Получив контакты, я незамедлительно связался с девушкой через Телетайп и договорился о встрече.

Такеши сказал, что останется на турбазе.

— Справишься без меня. Приведу полигон в порядок.

Путешествие мне предстояло долгое.

Арина жила в Минской губернии, выбрав крохотный городишко близ озера Мястро. Не припоминаю, чтобы я слышал о Мяделе. Ни в этой жизни, ни в прошлой. Чтобы добраться до цели, мне пришлось плыть паромом через Малое море, ехать в Иркутск, а оттуда лететь стыковочным авиарейсом в Минск. С пересадками в Москве и Екатеринодаре. В самолетах я провел около десяти часов, еще столько же потратил на паромную переправу, поездку в Иркутск и промежуточные ожидания. Сутки в пути. Поспать за это время удалось лишь в салоне первого авиаперевозчика. Поэтому я задержался в Минске на полдня и хорошенько выспался в дешевой гостинице на окраине.

Стоит отметить, что турбазу я покидал в своем новом обличье. Кожу немного осветлил, поменял цвет глаз, визуально прибавил себе пять лет, раздался в плечах и вырос на пару сантиметров. Под это дело заказал себе свеженький паспорт, оформил имперский идентификатор и принялся зубрить биографию чувака, который никогда не жил. Теперь меня зовут Дарханом Айдаевым, я бурят в самом расцвете сил. Мне двадцать три, я простолюдин, работаю удаленно в одной из минских компаний. Тестирую приложения для смарт-браслетов. Не женат, детей нет. Вырос в детдоме, родителей никогда не видел. Путешествую по Империуму в своё удовольствие. Тяга к перемене мест.

Согласно негласным договоренностям, я должен явиться к бодигарду в своем истинном облике. Поэтому придется время от времени подвергать себя биологическим коррекциям. Я не могу позволить врагам отследить меня по видеокамерам. Не удивлюсь, если полицейским в узловых городах разослали ориентировки с моими приметами. Так что я заодно сменил тембр голоса, отпечатки пальцев и походку. Над последним пунктом пришлось поработать, следуя инструкциям Харады. Результатом сенсей остался доволен и отпустил меня с чистой совестью.

Вилейский уезд, если кто не в теме, находится севернее Минска. Сам Мядель с населением в неполных семь тысяч душ — далеко не центр цивилизации. Туда никто даже ветку железнодорожную протянуть не удосужился. Поэтому я сел на компактный электробус с еще парочкой одиноких пассажиров и за полтора часа героически одолел финальную часть маршрута. В крохотных деревушках электробус подбирал мещан и холопов, выполняющих особые распоряжения барина. Холопы при входе в салон демонстрировали водителю выписанные сельским старостой пропуска и подносили к считывающему датчику дешевенькие браслетики, фиксируя свое местоположение в бортовом навигаторе. Разумные меры предосторожности — на случай, ежели крепостной удумает бежать.

Мядель считается курортным городом, разросшимся аккурат меж двух озер. Северо-Западный край Европейского Империума весьма живописен — и это при том, что здесь всё гораздо продуманнее и строже, чем на Востоке. Я и по прежней жизни помню, что белорусы любят чистоту, порядок, ровные дороги и комфорт. Запустением в Мяделе не пахло даже близко. Передо мной раскинулся компактный городишко европейского типа — вылизанный, ухоженный, с яркими новостройками и недавно отремонтированной набережной. Трава порыжела, местами лежали сугробы, листья с деревьев давно облетели. А вот озеро еще не успело замерзнуть. Так что я прогулялся в сторону набережной мимо заброшенной католической церквушки, перекусил в понтонном кафе, пришвартованном к бетонному пирсу, и отправился на поиски адреса, сброшенного Ариной.

Искать пришлось недолго.

Девушка сняла квартиру в девятиэтажном доме с видом на Мястро. Дорогу от кафешки до новостройки я покрыл минут за десять.

И уперся в домофон второго подъезда.

Убедившись, что рядом нет камер и прощупав реальность на наличие всевозможных датчиков, сменил внешность. Вернул себе себя.

Сняв перчатку, набрал код домофона, используемый жильцами. Девушка оказалась понятливой и сдала код, чтобы не привлекать к моей персоне избыточного внимания.

Вызвал лифт.

Поднялся на шестой этаж.

И позвонил в металлическую дверь, оснащенную коммуникационным экраном. Знаете, это такая модная примочка, чтобы вести диалог в видеорежиме. Не впуская внутрь человека, присутствие которого напрягает. Экран ударопрочный, хотя и сенсорный. Тут всего одна клавиша: «вызов».

Жму.

Матовая чернота дисплея вспыхивает, и на меня смотрит хозяйка квартиры. Вот уж не думал, что бывшие монахини такие красивые. Арина — худенькая голубоглазая особа с нежным личиком, невинным взглядом и аккуратно уложенными черными волосами. На ней белая футболка и спортивный костюм. Я вижу только верхнюю часть тела, но и это зрелище, поверьте, впечатляет.

Смотрим друг на друга.

— Господин Айдаев.

— Зовите меня Рю.

Девушка коротко кивнула.

Дверь плавно отъехала в сторону.

— Рада вас видеть.

Она примерно моего роста. Может, на пару сантиметров ниже. Хрупкая, с маленькой грудью. Думаю, размер второй. Осанка прямая. Затрудняюсь с определением расовой принадлежности. Точно не русская, но и не азиатка в чистом виде. Возникло подозрение, что в генеалогическом древе Арины намешано много чего. Нескончаемый евгенический отбор для улучшения боевых характеристик рода.

Я переступил порог.

И тут же дверь задвинулась, отрезая нас от подъезда.

Квартира не представляла собой ничего особенного. Просторная прихожая, встроенный шкаф, раздельные туалет и ванная. Большая комната с выходом на застекленную лоджию.

Я снял рюкзак и верхнюю одежду, разулся.

Арина убрала мои вещи в шкаф.

— Поговорим на кухне?

— Я не против.