Город-мечта - Лео Сухов

главаря, я наконец-то вспомнил о своём оружии. Выхватил винтовку и со всей дури приложил южанина прикладом по спине. Тот, зараза, как раз умудрился развернуть нож Мелкого острием к гопнику и начал давить его массой. А после удара, вскрикнув от боли, выпустил оружие, и мой товарищ не сплоховал. Решительно вонзил клинок врагу в плечо, заставив того истерично заорать.

Я собирался добавить ещё разок… Но в этот момент сзади раздалось:

— А ну-ка бросил оружие, мразь!

Я начал медленно разворачиваться на голос, и в этот момент прогремел выстрел. До чего коварная дурёха, а!.. Меня отбросило вперёд, разворачивая в полёте. Пуля ударила куда-то в район поясницы. А девушка, уже освободившись от пут, стояла на коленях и неуклюже дёргала затвор распухшими руками.

Она даже выбросила гильзу, а я всё никак не мог пошевелиться. Ног вообще не чувствовал!.. Да и руки слушались плохо: максимум, что они позволяли — просто барахтаться по земле.

В этот момент в поле зрения снова появились Мелкий и южанин. И опять в клубке. Зато теперь над южанином нависла новая беда. В лице очнувшегося Трибэ, забрызганного кровью убитого мной дежурного. Мой друг как раз замахивался камнем.

Мимо меня, извиваясь, прокатилось что-то… Мохнатое, грязное и похожее на толстую змею. Само собой, это оказался Русый, оставивший в покое главаря и рванувший к девушке. Докатившись до неё, он взвился в прыжке — прямо из лежачего положения. И, прихватив зубами ствол, вырвал из её рук винтовку. А блондинка, не ожидавшая такой подставы, не смогла удержать оружие. Зато горестно возопила вслед уползающему червяком Русому:

— Отдай! Моё!..

Неуклюже перебирая руками и ногами, она на четвереньках рванула в погоню. Но куда там!.. Русый ловко лавировал между валунами, даже не поднимаясь на лапы. И, задевая камни то дулом, то прикладом, стремительно сваливал в ночь. Вместе с драгоценной винтовкой.

Гулкий удар возвестил о том, что Трибэ, наконец, опустил камень. Но не успел я повернуться на звук, как тут же раздался второй гулкий удар.

У ног Трибэ лежали двое. С одинаково окровавленными головами. Южанин и Мелкий.

— Трибэ! Ты что сделал, а⁈ — возмутился я.

— Сначала промахнулся, а потом — попал! — расстроенно, чуть не плача, ответил он. — Они просто вместе катились… Не разберёшь, кто где…

— Живо коли Мелкому «лечилку»! А потом сразу мне! — взвыл я.

Из темноты донёсся горестный женский вопль:

— Моё!!!.. Отдай!!!..

На фоне посветлевшего неба я увидел тень Русого с винтовкой в зубах. Он вспрыгнул на камень, положил рядом оружие — и, вскинув морду кверху, радостно завыл, приветствуя такой новый, интересный и весёлый день…

Появившаяся из темноты рука схватила его за лапу, сбросив с камня. На свою голову, естественно… Ибо спустя секунду до нас донёсся истеричный женский визг. Русый, конечно, не прочь поиграть в догонялки… Вот только не надо в момент триумфа хватать его за лапы!.. И, тем более, скидывать на землю.

Ещё через секунду мой питомец снова появился на камне. А затем подхватил трофейную винтовку и радостно ускакал дальше.

Вслед ему неслись обиженные крики «Моё!», прерываемые горестными всхлипами. Правда, конечно же, никакого воспитательного эффекта это не произвело. Не знала дурёха, с кем связалась…

Трибэ сунул мне в рот ампулу «лечилки», а в руку — флягу с водой. Я немедленно проглотил пилюлю.

— У тебя кровь на спине! — увидел в свете костра мой верный, но уже не такой надёжный друг.

— Найди там дырку от пули! — потребовал я. — Переверни меня на живот! Найди дырку от пули и достань её! Живее!..

— Да ты что, издеваешься⁈ — возмутился Трибэ. — Я же не врач, блин!

— Если ты этого не сделаешь, то и мужиком быть перестанешь! До покупки репликационной капсулы!.. — теряя терпение, заорал я.

Уж слишком много на меня сегодня навалилось…

На секунду Трибэ завис, а потом всё-таки перевернул мою тушку на живот. И принялся водить дрожащими пальцами по коже.

— А это что?.. Нашёл! Вот она, пуля! — наконец, обрадовался он.

Я хотел сказать ему, чтобы вытаскивал быстрее, но Трибэ и сам, поковырявшись во мне, за что-то там ухватился и потянул…

Где-то через три, как мне показалось, бесконечных секунды, мой мозг не выдержал издевательства и боли.

И я благополучно отрубился.

Дневник Листова И. А.

День семьдесят второй. Светлая дня, чтоб её!

Я лежал на жёстком ложе из жердей, которое мне соорудил Трибэ. Послаблением был только валик из одеяла под головой. Чтобы я мог смотреть не только вверх, на голубое небо — но и на виновато сидевших перед мной подчинённых. И на стоявшую пленницу.

— Какого хрена, а? — первое, что я спросил, оглядывая всех этих придурков из-под полуприкрытых век. — Это был простой, сука, план… Надёжный, как молоток! И так обосра-а-а… А-а-а, да что с вас, идиотов, взять!..

Я бы махнул рукой, но руки пока ещё слушались плохо. Трибэ, конечно, замотал мне поясницу бинтами… Вот только пуля, пробившая флягу с водой, толстый кожаный пояс и комбез, всё-таки добралась до позвоночника. Верхняя часть тела у меня хотя бы кое-как функционировала. А нижнюю я вообще не чувствовал.

— Ну а чо мы-то? — спросил Мелкий, тронув повязку на голове и поморщившись. — Это всё эта придурошная! Орала на всю округу, тебе мешалась, стреляла!.. Вот и спасай после этого баб…

— А я откуда знала, что вы нормальные⁈ Эти-то, хоть и козлы, но меня не лапали ни разу… И сказали, что здесь вокруг одни бандиты, так что бежать некуда! — возмутилась девушка. — И как я должна была узнать, что вы не бандиты? Морды грязные, и людей во сне режете!

Она переминалась с ноги на ногу, с завистью глядя на сидящих Трибэ и Мелкого. Руки у неё были связаны впереди. Зато ноги — свободны. Поэтому она то и дело начинала ходить туда-сюда, активно прихрамывая.

— Да сядь ты уже! — нахмурив лоб, попросил я её. — Не маячь…

— Спасибо, постою!.. — недовольно прошипела девушка.

— Вано, а она не может сесть! — ухмыльнувшись, заявил мне Трибэ.

Из-за чего заработал очень рассерженный взгляд девушки.

— Ты! — я перевёл взгляд на Русого. — Ты за что её кусал⁈

Русый показал, за что именно. Я впечатлился. Обозвал его дураком лохматым. А он показал мне таракана, раздавленного лапой.

— Трибэ, ты-то чего ржёшь? — сурово уставился я на друга. — Кто Мелкому башку повредил?

— Я помогал!.. Я потом исправился! — разом посмурнев, взмолился Трибэ.

— Ага, исправился! А меня-то ты уже сломал! — тут же перехватив инициативу, заржал Мелкий.

А потом потрогал кровавую повязку на голове и снова поморщился.

— Ты мне больше не помогай, ладно? — попросил он Трибэ. — А то я так долго не протяну…

— Нам нужно было взять двух пленников! — кряхтя, как старое дерево, я всё ещё пытался быть суровым и непреклонным. — Главаря и южанина! А у нас вместо них — немой и идиот! Ты, Трибэ, когда «исправлялся», мог хотя бы силу рассчитать?

— Неа… — ответил тот, почти не смутившись.

— А меня с братом вы не хотите отпустить⁈ — не к месту возмутилась блондинка.

— А тебя как зовут? — устало глядя на эту дурёху, спросил я.

— Кэт…

— Отлично, Кэт… Бери своего брательника и вали отсюда!.. — рявкнул я. — Видеть тебя не хочу!

— Ну и ладно… — мрачно засопев, она решительно подошла к брату и попыталась тащить его связанными руками.

Не получилось.

Блондинка явно расстроилась. Чуть не заплакала: нос покраснел, губы задёргались… Но я был суров и неумолим.

Ещё раз показал ей строгим взглядом сначала на брата, а потом — в сторону. Проваливай, типа. Пока попутный ветер без камней.

— Руки развяжите! — собрав волю в кулак, потребовала она.

— Не… Нафиг надо, подруга! Ты слишком дерзкая! — засмеялся Мелкий.

— Тогда винтовку… Винтовку хотя бы отдайте! — взмолилась Кэт.

— Неа… Это наш трофей! — с показным равнодушием отозвался Мелкий.

— Что с бою взято, то свято! — блеснул познаниями Трибэ.

— Так я её сама с бою взяла!.. Это моё! — сразу растеряв мольбу в глазах, сердито