Город-мечта - Лео Сухов

Следующее пробуждение состоялось из-за зверского голода. Пока я быстро уминал всё, что успели приготовить спутники, и что ещё оставалось в рюкзаке, Мелкий с Трибэ пытались допрашивать пленников.

Но бывший идиот оказался то ли слишком умным, то ли и вправду идиотом. Несмотря на все угрозы, в этот раз он упрямо молчал. Ну как молчал… Отвечал не то, что от него хотели услышать, а то, что считал нужным.

Общий смысл его ответов сводился к тому, куда вопрошающим надо пойти, и в какой позе кому-то там отдаться. Правда, за то время пока я ел, мужик не повторился ни разу — что даже вызывало какое-то уважение к его бурной фантазии.

— Ыличте мя! Йа скаву! — причитал неподалёку глава отряда, который уже выглядел получше и, кажется, был готов к сотрудничеству.

Можно сказать, сам на него нарывался, обещая рассказать всё и сразу. Думаю, при большом желании он бы вспомнил всю историю человечества, начиная от Адама и Евы — хотя вряд ли до этого её знал.

Кэт смотрела на происходящее с немалым отвращением. Однако не вмешивалась. И это правильно. Не в том она положении, чтобы вмешиваться. Её брат и второй пленник ещё не очнулись, но состояние у них было заметно лучше. Так что постоянный уход уже не требовался.

Наконец, Мелкому надоело слушать, в каких позах с ним будут общаться друзья южанина. В результате, тому наконец-то воткнули в рот кляп. А затем крепко связали, чтобы не пытался самоубиться и уйти на репликацию. После чего временно оставили в покое.

Главе отряда тоже пообещали воткнуть кляп в дырку, которая у него вместо зубов. Если не заткнётся до полного излечения. Сейчас, как бы активно он ни делился информацией, расшифровать его речь не удалось бы.

Я ещё какое-то время лежал, слушая, как шуршат капли дождя, и с радостью чувствуя прокатывающуюся по ногам боль… А потом незаметно задремал.

Дневник Листова И. А.

День семьдесят третий. Добрый вечер, и я вернулся!

Следующее моё пробуждение было озарено небывалой радостью!.. Я поправился! И был жутко голоден.

Сначала я лежал и терпел спазмы желудка, а затем осторожно попробовал пошевелить ногой. И она пошевелилась!

Я попробовал пошевелить другой ногой… И она тоже пошевелилась!

Попробовал сесть на своей лежанке… И у меня получилось!

И даже получилось встать.

Правда, ноги, по ощущениям, были какими-то ватными… Да и спина быстро уставала от нагрузки… Но главное — ко мне вернулась подвижность.

И я с удовольствием поковылял на выход. Моё появление у костра было триумфальным:

— И вот он, Великий и Ужасный Вано! Выходит, как победитель, на своих двоих! — заявил Трибэ.

— А точно на своих? Может, типа, поменялся с кем-то? — незамысловато шутканул Мелкий.

Но в этот момент я от счастья готов был его даже расцеловать! И даже над его простыми шутками посмеяться!..

— Я тоже рад вас видеть! — сообщил я. — Есть, что пожрать?

— Вон, Кэт мясо варит, — указал Трибэ. — Бульон мы не трогаем. Нам только мясо.

— А откуда мясо? — спросил я.

— Я тут какого-то жирного тюфяка подстрелил из арбалета! — похвастался Мелкий. — Прикинь, прямо в глаз ему болтом засветил!..

— Молодец! — оценил я.

Пока ждал ужина, слопал ещё несколько галет. Надо сказать, за время болезни я половину запасов умял. И всё равно сытым себя не чувствовал. Да и внешне слегка осунулся… Ещё не так, как брат Кэт, но уже и не тот харизматичный парень, которым раньше был. Харизма просто похудела слегка…

— Как там раненые? Как пленники? — спросил я, когда надоело молча жевать.

— Пленники — ничё, норм… Один с кляпом лежит, а сам глазами так и зыркает! А второй рвётся поболтать, только ни хрена непонятно! — пожаловался Мелкий.

— Брат почти пришёл в норму, но ещё спит, — сообщила Кэт. — И Буба выглядит всё лучше, но тоже спит.

— Буба? Ты и второго парня знаешь? — спросил я.

— Да, он из моей группы… — ответила девушка. — Когда от хищников спасались, мы разошлись в разные стороны. А в следующий раз я его увидела уже в гнезде, когда те мужики вскрывали коконы.

— И, значит, вы все шли на юг? В город? — уточнил я.

— Да… Такой был план, — подтвердила Кэт. — Вдоль моря на юг. Там есть город. Мы хотели присоединиться. Но, похоже, остальные наши не дошли…

— Подожди-подожди… А откуда вы узнали, что там есть город?.. — укусив себя за губу, чтобы поймать важную мысль, спросил я.

— Честно, не знаю, — призналась девушка. — Я особо в этих делах не участвовала… Брат участвовал. Вы лучше у него спросите! Но откуда-то наши знали… Бер точно был уверен, что город есть!

— А кто такой Бер? — деловито спросил Мелкий.

— Он тоже из нашей группы, — пояснила Кэт. — Был… Его какой-то огромный ящер сожрал в лесу. Только руки с винтовкой остались…

— А винтовка откуда? — сразу же уточнил я. — Он её купил?

— Нет. На берег выкинуло какого-то парня на бревне, с отгрызенными ногами… Вот у него винтовка и была, — ответила девушка. — Бер её себе забрал, вместе с запасом патронов. А потом в бухту приплыла та тварь, которая ноги этому парню отгрызла. И начала охотиться на наших рыбаков. Мы стали ходить на охоту в лес. А тут пришли хищники с коричневой шерстью. Ну а потом…

— Пришлось срочно уходить? — кивнул я.

— Ну да… — девушка невесело улыбнулась.

— Вано, что делать-то будем? — спросил Мелкий. — Допросим пленников?

— Допросим. Но лучше уже завтра! — решил я. — Могу целых две трети ночи подежурить, пока вы высыпаться будете. В общем, после ужина сразу идите отдыхать. А с утра, как встанем — так и поговорим с ними…

— А что потом? — тихо спросил Трибэ. — С пленниками?

— А потом их придётся под нож… — хмуро засопев, ответил я. — Держать их негде. А еды и воды у нас маловато. На своих бы хватило… А отпускать нельзя. Короче… Ну, вы поняли.

— Грязно всё это… — поморщился Трибэ.

— Грязно, — не стал спорить я. — Но ты же знаешь, что они с нами хотят сделать. И понимаешь, что у них там не лучшие люди собрались… К тому же, их всё равно переубивают, когда Кукушкин армию приведёт. И чего их сейчас жалеть?

— Я не их жалею, а себя! — признался Трибэ. — Не хочу становиться…

— Кем? — резко, хоть и шёпотом спросил Мелкий. — Кем ты не хочешь становиться?

— Не хочу таким, как они, стать! — ответил Трибэ, мотнув головой в сторону навеса.

— Пока ты рабов не захватываешь и капсулы не подрываешь — не станешь!.. — отмахнулся я. — С чего ты решил, что мы делаем что-то очень уж плохое? К тому же, я ни за что не поверю, что эти козлы-рабовладельцы себе репликацию не подготовили…

— Ну… Этот же, с дыркой вместо зубов, готов всё рассказать, чтобы выжить… — пояснил Трибэ. — Мы это знаем, а сами собираемся его убить. Обман, получается…

— А ты думаешь, он бы тебя не обманул? — удивился я.

— Ну я-то не он! — возразил Трибэ.

— Вы, мальчики, извините, конечно… Но я что-то не понимаю!.. — нахмурилась Кэт. — Вы с ними воюете?

— Ну типа того… — подтвердил Мелкий.

— Это они напали на ваш город? — не отставала девушка.

— Они, — на этот раз ответил Трибэ.

— А чего вы тогда сопли на кулак мотаете? — удивилась Кэт, а затем прижала руки к груди и процитировала: — Не хочу быть, как они… С таким подходом ты, Трибэ, и не будешь! Станешь их рабом. Зато с чистыми руками!

— Ну… — Трибэ замялся.

— У тебя ведь девушка есть? Правильно? — не отставала Кэт.

— Ну есть…

— А представь, её по кругу пустят, пока ты будешь рядом батрачить… Сапоги, например, чистить тем, кто с ней развлекается! — Кэт посмотрела на Трибэ, который весь посмурнел. — Стоят этого твои чистые руки?.. У меня прапрадед, когда на войну пошёл, ничего не умел и не понимал. Тоже считал, что надо не стрелять, а договариваться. Это же братья-пролетарии! Хоть и немецкие. После того, как он из плена сбежал — фашистов ненавидел до конца жизни. Сразу всё чистоплюйство забыл… И прадеда