Лишенное формы - Марк дель Франко

Во время Второй мировой войны германские эльфы активно поддерживали нацистов, надеясь, что победа держав Оси поможет им воссоздать королевство Фейри в конвергентном мире. Лоркан, как и многие фейри, желавшие вернуться на родину, относился к ним сочувственно, что не снискало ему популярности в высших эшелонах Гильдии. Впрочем, в последнее время, время политического сближения народов, грешки прошлого открыто не обсуждались. Макдуин, однако, знал, что думают люди, и порой проявлял чрезмерное усердие там, где это не требовалось. Кива нервничала и роптала, понимая, что с таким начальником перспективы карьерного роста весьма расплывчаты.

— Да. — Она закинула ногу за ногу. — Макдуин есть Макдуин. Ты и сам знаешь.

Я кивнул. Мало кто отваживается открыто критиковать руководство, опасаясь, что откровенность может вернуться бумерангом. Даже самые плохие отношения иногда служат ступенькой к чему-то лучшему.

— Над чем сейчас работаешь? — спросил я.

Она пожала плечами.

— Кроме Визе, ничего интересного. Есть один пропавший без вести, но надеюсь, скоро закончу.

— Я могу тебе чем-то помочь?

Кива снисходительно улыбнулась.

— Сама справлюсь.

Она поднялась и прошлась по комнате — там провела пальцем по корешку книги, здесь поправила картину — и остановилась у кухонной стойки. Фейри слабо чувствуют сущность, но учитывая, что Джо и Танси были здесь совсем недавно, она вполне могла что-то ощутить.

— Ты бы собрал крошки.

Кива подошла к окну и посмотрела куда-то влево, а я залюбовался ее профилем. Если бы не этот неприятный изгиб губ…

— А как дела у тебя? Слышала, работаешь по серийным убийствам. В каком качестве?

Я ответил не сразу. Так вот ради чего она сюда пришла. Подозрение подтвердилось, когда Кива, не выдержав затянувшейся паузы, повернулась ко мне.

— Кажется, есть ниточка. Возможный свидетель.

Она снова опустилась в кресло.

— Да, читала в отчетах.

А вот это уже сюрприз.

— Гильдия ведет расследование? — спросил я.

Кива небрежно провела ладонью по длинным рыжим локонам.

— Нет, просто готовила для Макдуина сводку и наткнулась на твое имя. Потом уже, разумеется, прочитала файл. Чего нет в отчетах?

Я улыбнулся, и она улыбнулась в ответ.

— Ну, возможно, в этом деле люди не замешаны.

Кива вскинула бровь.

— Возможно — или не замешаны?

— Скорее возможно. Есть свидетель, человек. По его словам, подозреваемый производил странное впечатление. Как будто с ним что-то не в порядке.

— Вот как? Твой свидетель — человек, к тому же проститут — считает, что может почувствовать сущность, и на этом основании ты делаешь вывод, что убийца — иной?

Я пожал плечами.

— Похоже, есть еще один свидетель. Иной. Видел подозреваемого в здешнем баре.

— Я даже не спрашиваю, чем этот твой свидетель зарабатывает на жизнь, — презрительно бросила она.

Я стиснул зубы. В прошлом, в самом начале нашего знакомства, Кива несколько раз ловила меня на нехитрый прием: высмеивала то или иное мое предположение, и я, не подумав, тут же бросался отстаивать свою точку зрения и выкладывал все, что знаю. Ей ничего не стоило выставить идиотом даже партнера по расследованию. Но я уже твердо решил, что Танси ей не выдам.

— Этот иной, может быть, и не самый лучший свидетель, но на данный момент других у нас нет. А почему тебя это так интересует?

Она пожала плечами.

— Профессиональное любопытство. И личное, конечно. Посмотри, на что ты растрачиваешь силы. Это же не твое, Коннор. А ведь стоит только попросить, и я смогу пробить для тебя местечко в исследовательском отделе.

Я принял задумчивый вид, хотя думать было не о чем. С какой стороны ни посмотри, я оказывался в проигрыше. Работать на тех, кто раньше был у тебя в подчинении, и заниматься не тем, что взял сам, а тем, что тебе подбросили, дело нелегкое. Занимая подчиненное положение да еще получив его благодаря Киве, мне никогда не вернуть прежнего уважения, даже если мои способности восстановятся в полной мере. В любом случае меня бы считали бракованным товаром. И, разумеется, меньше всего мне хотелось бы оказаться под каблуком у Кивы. С ней и раньше, когда мы были на равных, приходилось держать ухо востро, а уж выполнять за нее бумажную работу — нет, увольте.

— Спасибо, но я лучше подожду, посмотрю, как дела пойдут дальше.

Она поднялась и развела руками.

— Как хочешь. Только не говори потом, что тебе не предлагали. Мне пора. Если понадобится помощь, звони.

Я проводил ее до двери.

— Хорошо. Если мое предположение подтвердится, ты узнаешь об этом первой.

Мы поулыбались друг другу, как и положено бывшим напарникам, потом Кива похлопала меня по спине и направилась к лестнице. Я смотрел ей в спину, пока она не скрылась за поворотом на нижней площадке.

Мне вдруг пришло в голову, что Кива, имея широкие связи, возможно, знает кого-то из родственников жертв. Дананн Сидхе у фейри примерно то же, что у американцев Смит. Сидхе указывает на принадлежность к племени, а Дананн — к клану. Иногда кто-нибудь, имеющий отношение к королевской ветви, называет себя, чтобы отличаться от других, Аэс Сидхе, но чаще они все же пользуются фамилией. Полное имя моей бывшей напарницы, например, звучало так — Каоимхе ап Лаоире мак Ниамх Аэс Сидхе. Кива англизировала его для простоты общения, а для престижа оставила фамилию деда. На старой родине у Ниамха были очень большие связи, о чем Кива, нисколько не смущаясь, неустанно всем напоминала.

Я закрыл дверь, вернулся к компьютеру и торопливо прокрутил досье на всех трех жертв. С экрана на меня смотрели безжизненные лица Пача, Рагнелла и Гамелина. Было ли в их биографиях что-то такое, что могло бы заинтересовать Гильдию вообще и Киву в частности. Выбирая жертву, убийца руководствовался такими критериями, как внешность, род занятий, пол и этническая принадлежность. К сожалению, информации было мало. Пач и Рагнелл обосновались в городе достаточно давно и уже успели отметиться в полиции. Сравнив биографии, я обнаружил занятный факт отсутствия у всех троих двух немаловажных деталей: нигде не указывалось, из какого именно района Ирландии они родом и кто их ближайшие родственники.

Связь между тремя жертвами представлялась маловероятной, а если она и существовала, то кто мог о ней знать? Я откинулся на спинку стула. Если бы убитые принадлежали к королевскому роду, Гильдия вмешалась бы уже давно. Хотя бы для того, чтобы оградить семью от назойливых репортеров. С другой стороны, интерес Гильдии к обычным проститутам немедленно привлек бы самое пристальное внимание. Я усмехнулся про себя. Вот было бы забавно, если бы Гильдия попала в собственную ловушку и оказалась зажатой между заносчивостью и безразличием.