Серые муравьи - Кирилл Домбровский

— Почему вы думаете, что эти муравьи строят железные гнезда? Я никогда о таком не слыхал.

— Я тоже никогда не слышал, чтобы муравьи строили гнезда из гвоздей и проволок. У нас в Бразилии есть муравьи, которые живут на деревьях и шьют себе гнезда из листьев. Есть такие, которые вообще не имеют гнезд, а только кочуют. Это самые опасные муравьи. Когда они идут по лесу, они съедают все на своем пути — мышей, пауков, лягушек, а если не успеешь убежать, так и человека сожрут до косточек. Объедят так, что останется только скелет — прямо для магазина наглядных пособий! Я это знаю. Работал два месяца на такой фабрике — отмывал кости. Противная работа.

— А вы сами видали такие, объеденные муравьями, трупы? — спросил Ган Фишер.

— Я? Нет, не видал. Я ведь очень давно уехал из Бразилии.

Ган Фишер отпил из своего стакана. Мораес ел сосиски.

— Хорошие сосиски, горячие, — сказал он. — Я целый день ничего не ел. И они там тоже. Ну, им-то сейчас не до еды. Я сказал боссу, что буду ждать здесь, надо отвезти его на ферму.

— А почему он не поехал на своей машине? — спросил Фишер.

— Так ведь она не заводилась. Он гонял, гонял стартер — и ни одной вспышки. Искра пропала. А машина у него хорошая. В таком фургоне очень удобно спать, можно вытянуться во весь рост.

— Может быть, в машине были обрезаны провода?

— Я не знаю. А зачем их обрезать?

Ган Фишер допил свое виски.

— Повторим?

— Пожалуй, хватит…

— Ну, по одной?

— Давайте.

Фишер сделал знак бармену.

Мораес доел сосиски. Он сидел молча, уставившись в пустую тарелку. Упоминание о машине Рэнди снова направило его мысли на полчища серых муравьев на автомобильном кладбище.

— Я слышал, они, эти муравьи, забрались в приемник? — спросил Фишер.

— Да, там вообще было много муравьев. Они всюду ползали, и в приемнике тоже. Они прогрызли в нем дырку и старались протащить туда какого-то паука.

— В приемник?

— Ну да, в приемник. Я сперва подумал, что это гудит радио, а потом разобрал, что гудит паук.

— Когда это было?

Мораес, словно истукан, смотрел прямо в глаза Фишеру.

— Ну, когда вы видели муравьев в приемнике?

— Когда?.. Тогда.

— Утром?

— Ну да, утром.

— А как же Рэнди говорил, что приемник у него не работал и он сам открыл крышку?

— Так я же и говорю то же самое. Он открыл приемник, а там полно этих серых муравьев. Они прямо так и кишели. Он хотел их высосать пылесосом, а они разбежались, и один укусил мальчика, а потом…

— Это все я уже знаю. Рэнди рассказывал. Он говорил даже, что они отгрызли там какие-то детали?

— Так зачем же вы спрашиваете, если сами все знаете?

— Мне это нужно для газеты. Я у вас беру интервью.

— А если я не хочу вам давать никаких этих интер…

— На этом можно заработать.

— Кому? Вам?

— И вам тоже.

— Никогда не слыхал о такой работе. Что надо делать?

— Ничего особенного. Просто расскажите мне все, что вы знаете о серых муравьях. Что-нибудь такое, что будет интересно нашим читателям. Мне нужна сенсация…

— А я ничего не знаю. У меня нету этой вашей сенсации. Я вам уже все рассказал. А сколько можно заработать?

— Ну, скажем, пять долларов?

— Не пойдет. На уборке шпината я получаю доллар двадцать в час. А мы сидим здесь уже битых два часа.

— Два доллара сорок. У вас много работы?

— Когда как…

— Вы же все равно ничего не знаете. Сами сказали.

— А если знаю? — Мораес опять посмотрел в упор на Фишера своим ничего не выражающим взглядом.

Фишер молчал.

— Допьем? — сказал он.

Мораес кивнул. Допили. Фишер подозвал бармена и показал на стаканы. Бармен налил.

— Десять долларов? — сказал Фишер.

— Сто.

Фишер засмеялся.

— Почему не тысячу?

— Мне нужно сто долларов. Деньги вперед.

Фишер помолчал, прикидывая в уме, что мог бы рассказать Мораес и сколько на этом удастся заработать.

— Вы читали газеты? Что вы думаете об убийстве Роберта Грига?

— Я не читаю газет. Я вообще не умею читать. Так, немного, только то, что напечатано крупными буквами… Вывески, дорожные знаки… ну, и другое.

— А радио вы не слушали?

— У меня в машине нет радио.

— А что вы делали в лесу?

— В лесу?.. — Мораес опять уперся в него каменным взглядом. — Спал. Я иногда заезжаю в лес, чтобы переночевать, когда негде остановиться. Только последний раз это было давно. В Калифорнии, за перевалом.

— А здесь, поблизости, вы нигде не заезжали в лес?

— Здесь? Нет, нигде.

— А вы не повторите фразу, которую я продиктую?

— Зачем?

— Так, для газеты.

Фишер переменил позу, чтобы микрофон, спрятанный в кармане его пиджака, был направлен прямо на говорящего. Мораес отодвинулся.

— Для газеты — сто долларов. А вообще чего вы ко мне пристали? Не буду я вам ничего говорить. Я ничего не знаю. Переночевал на ферме. Утром отвез больного ребенка в город. Вот и все.

— Ладно. — Фишер достал из кармана бумажник и положил на стол две купюры по пятьдесят долларов. — Рассказывайте.

Мораес посмотрел на деньги, потом на Фишера, потом снова на деньги и медленно протянул руку. Фишер быстро накрыл бумажки своей рукой.

— Рассказывайте, — повторил он.

— Деньги вперед, — сказал Мораес.

Фишер отрицательно покачал головой.

— Сперва рассказывайте.

— Вы же из меня уже вытянули больше, чем думали.

Фишер сложил бумажки и взял бумажник.

— Ладно, пополам, — сказал Мораес. — Пятьдесят вперед, пятьдесят потом.

Фишер молча протянул ему одну бумажку.

— Так что рассказывать? — уныло спросил Мораес.

— Все, что вы знаете о серых муравьях.

Мораес помолчал, собираясь с мыслями, и начал:

— Муравьи пришли сюда с Амазонки. У нас в Бразилии в древние времена было великое племя тупи-гуарани. Оно жило по берегам большой реки. Потом пришли белые люди и стали истреблять индейцев. Тогда вождь увел свое племя в глухие леса в глубь страны. Но там было сыро, темно и голодно, и люди умирали один за другим. Люди не знали, что делать, и сердца их ожесточились. Увидя это, Великий дух явился к ним и, для того чтобы людям было легче найти себе пропитание, превратил их в серых муравьев…