Сердце льда - Майкл Джонстон

Они ехали целую ночь напролет, углубляясь в Свалку. С наступлением дня серое небо посветлело. Под снегом и среди мусора Нат разглядела яркие пятна цвета: зеленые лианы, невероятно мелкие белые цветы. Она заморгала, и странные растения исчезли. Нат покосилась на парней, проверяя, не видел ли этого еще кто-нибудь, но большинство членов отряда спали. За рулем сидел Фарук, а рядом с ним Уэс с озабоченным видом вглядывался в экран.

Он казался таким серьезным, что ей внезапно захотелось потянуться, погладить его по голове и пообещать, что все будет хорошо. Ощутив на себе ее взгляд, он обернулся и встретился с ней глазами. Расплылся в улыбке, и она улыбнулась в ответ, и на пару секунд они стали обычными парнем и девушкой в машине – не проводником и клиентом, не наемником и воровкой. Неожиданно Нат пронзило понимание того, что такое нормальная жизнь. Голос у нее в голове хранил молчание, и, наверное, впервые за многие годы она почувствовала себя такой же, как и остальные люди.

Вездеход подбросило на бугре – и все закончилось. Уэс опять углубился в созерцание экрана, а Нат принялась смотреть в окно, пытаясь разобраться в своих чувствах.

«Он красивый и храбрый, и любую девчонку к нему бы потянуло, – думала она. – А для меня он никто. Рассчитывай лишь на объект для кокетства. Еще ты можешь развлечься, сделав поездку приятнее. Не забывай, что говорил командир, – напомнила она себе. – Не забывай, кем ты являешься в действительности».

Мусор громоздился по обе стороны дороги: казалось, будто они пробираются по туннелю. Кучи достигали высоты небоскребов, но машина шла ровно, словно дорогу недавно расчищали.

– Эй! Если снег убран, значит, здесь точно есть люди! – возбужденно воскликнул Фарук.

– Конечно, есть! – раздраженно откликнулась Нат.

Что за команду она наняла, если он не знает элементарных вещей? Но она тотчас одернула себя: Фарук же признавался, что никогда не был за заслоном.

– Не верь всему, что тебе говорят, Рук, – поддразнил его Уэс и, обернувшись, подмигнул ей.

На пустоши никого не пускали. На громадной территории царили только смерть и разложение – по крайней мере, так им постоянно внушали. Однако народ знал, что к чему. Правительство лгало. Оно сеяло ложь – всегда и во всем.

Мусорные кучи явно уменьшились. Несколько часов они ехали молча.

– Что это? – вдруг спросил Фарук, указывая на скалу, возвышавшуюся над местностью. – Мне казалось, плотина Гувера в другой стороне!

– И правильно казалось, – откликнулся Уэс.

Нат почувствовала, как голос у нее в голове с рокотом просыпается, и инстинктивно напряглась. Она предвидела, что их путь будет пролегать именно здесь, но пейзаж за окном застал ее врасплох. В ее голосе прозвучали резкие нотки.

– Это не плотина Гувера!

– Разумеется, – согласился Уэс, выгибая бровь. – Ты бывала в этих краях? – небрежно поинтересовался он.

Нат насупилась и промолчала, а ее тело покрылось гусиной кожей. Неужели она вырвалась на свободу только для того, чтобы ее снова отправили в клетку? Ей остается лишь гадать о его истинных намерениях. Как же ей говорили? «Большинство проводников продадут тебя, едва вывезут из Нового Вегаса, они выбросят твой груз и отнимут у тебя деньги»… Может, Уэс хороший парень, а может, и нет. Кто его знает?

Фарук был прав: местность напоминала старинные фотографии плотины Гувера с ее массивными бетонными стенами, вознесшимися над долиной и сдерживающими мощный напор реки. Однако с приближением к отвесной скале стало ясно, что она вовсе не каменная – расписанный под горную породу бетон толщиной метра два-три был не преградой, а небоскребом с рядом окошек на самом верху. Нат быстро сообразила, что одно стекло недавно заново вставили. Здание окружал высокий забор с колючей проволокой.

– Давайте свалим отсюда, – предложил Трясун. – Мне уже не по себе – прямо мороз по коже продирает. Вот почему я не люблю объездные пути. Пусть ищейки подавятся.

Нат незаметно перевела дыхание, с облегчением осознавая, что сейчас ей нечего бояться. Вездеход набрал скорость, но вдруг их ветровое стекло перечеркнула полоса черного дыма.

– А это что? – настороженно спросил Фарук.

– Сейчас выясню, – ответил Уэс, вылезая через люк в крыше.

Новая черная вспышка и клубы дыма. Резкий треск эхом отразился от сугробов. Уэс заметил вдалеке три бегущие фигурки и свалился обратно на сиденье.

– Побег. Похоже, сегодня ночью несколько заключенных попытались улизнуть.

– Там тюрьма? – уточнил Фарук.

– Нет, дурень. Больница! – Даран ехидно засмеялся. – Никогда не слышал про Макартуровский медцентр?

– Один из лечебных центров? Для меченых?

– Верно, – отозвался Зедрик со злобной усмешкой.

Уэс встал и выглянул из открытого люка.

– За ними пустили два патруля, по обе стороны от нас, двигаются параллельно. Нас зажали.

Трясун предложил другу:

– Давай аккуратно продвигаться между ними.

Уэс кивнул.

– Что вы делаете? – пролепетала Нат, стиснув руки на коленях.

– Притворяемся, что мы – одни из них. На таком расстоянии сойдем еще за патруль. Если они не подберутся слишком близко, то выкрутимся. Успокойся.

До Нат донеслись выстрелы, а с ними – крики и визг. Братья Слейн заняли места у окон, наведя оружие на горизонт.

Уэс устроился на сиденье и стукнул Трясуна по плечу:

– Езжай медленно: пусть они постепенно от нас оторвутся.

Вездеход тронулся вперед. В кабине наступила тишина. Патрули по-прежнему находились по обе стороны от них. Внезапно Уэс разразился проклятьями, и они все тотчас увидели причину.

Ограда здания замыкалась контрольно-пропускным пунктом. Дорога, по которой они ехали, вела прямо к караулке.

– Разворачивай, Трясун! – приказал Уэс.

– Обратно ехать далеко, – произнесла Нат. – Мы не будем выглядеть подозрительно?

– Будем. Но выхода у нас нет, – Уэс указал Трясуну направление. – Вези нас обратно.

Трясун развернул вездеход, который поднял облако снега. Колеса проскальзывали на грязном ледяном месиве. Выстрелы стали слышны отчетливее. До них долетел отчаянный вопль, а небо вновь подернулось черным дымом. Единственный свободный путь вел их к заключенным.