Дикий - Григорий Крапивин

Успел довести сеансы ускорения реакции до четырех раз в день и 12 секунд пребывания в них. Здорово помогали регенерационные картриджи.

Ещё ежедневно посещал спортзал, тир пока был закрыт, по причине забитости трюма.

Вот так в трудах и заботах мы и добрались до станции.

11

На станцию я выходил с первой партией отпускников. На борту всегда должен был оставаться минимальный состав экипажа. Это было непреложное правило всех пиратских станций, чтобы в случае атаки корабль всегда мог присоединиться к обороне станции.

Зол тоже выходил в первой партии, поэтому взял надо мной шефство.

– Я тебе такие бордели покажу, что ты бы сам никогда не нашел, потом спасибо скажешь.

– Зол, давай только без перегибов, я как-то в этом вопросе традиционных взглядов придерживаюсь.

А то я, когда просматривал ту коллекцию, которую ему отдал, такого насмотрелся, не приведи господь.

– Спокуха, братан, я же не извращенец какой-нибудь, – оскалился он и повел меня к лифтам.

Станция представляла собой огромный астероид с пристроенными к нему причальными доками и ангарами для кораблей.

Внутри астероид был прогрызен многочисленными туннелями и залами циклопических размеров, в которых располагались жилые зоны.

Вот в одну из таких зон мы и направились.

В заведении, в которое мы так стремились, сервис был ненавязчив.

В нижнем зале, представлявшем собой небольшой бар, у одной из стен крутились голографические изображения свободных на данный момент работниц, одежды на них было по минимуму, и они постоянно выгибались в соблазнительных позах.

Заказ делался бармену, когда клиент оплачивал аванс, изображение избранницы гасло, а посетитель направлялся на верхние этажи в нужную ему комнату.

Я долго не выбирал, заказал фигуристую блондинку и рванул наверх.

Восстановленный организм каждое утро настойчиво напоминал, что ему чего-то не хватает. У меня и раньше с этим проблем не было, а тут прямо горло подпирает. Можно, конечно, было решить вопрос медикаментозным способом, но док не советовал. Все ручками, ручками, – прикалывался он.

Короче, я дорвался до сладкого. Часов пять вспоминал молодость.

Когда я, удовлетворенный, спускался вниз, связался с Золом по сетке, он, оказывается, уже третий заход делал с новой пассией. Просил меня подождать, он уже скоро закончит.

Я заказал в баре местный аналог пива и, пока ждал, цедил его потихоньку, рассматривая голограммы. А там было на что посмотреть, медкапсулы творили чудеса пластической хирургии, девочки выглядели как на подбор, я прямо-опять заводиться начал.

Зол появился минут через десять, сказал, что у нас по культурной программе теперь посещение спортбара, а дальше как попрет.

В баре мы нагружались планетаркой и смотрели голограмму боев по троеборью. Здесь, оказывается, по нему чемпионаты проводятся. Рубилово было нешуточным, все, что я видел до этого на корабле, казалось теперь бледной тенью.

Потом пошли в новый бордель, потом опять в какой-то бар, и так по кругу, пока память не отключилась.

Проснулся на корабле в своей каюте. Голова трещала, во рту был сушняк, а нейросеть вопила о запредельной интоксикации организма. Я ведь ей запретил очищать организм от отравления, а то тогда смысла пить не было. Быстро изменив настройки на стандарт и вколов себе из аптечки обезболивающие, поплелся в душ, пополнять запас влаги в организме, да и освежиться не помешает.

Через час почувствовал себя огурцом. Связался с Золом, поинтересовался, не натворил ли я чего-нибудь? А то память отключилась после пятого бара.

Тот сказал, что все было пучком, пока я не заснул в очередном баре, пришлось ему вояж заканчивать и тащить меня на корабль. На будущее посоветовал включать протокол на нейросети в подобных случаях, и тогда не надо будет мучительно вспоминать, что же вчера было.

Так, повеселились и хватит, оказывается, мы два дня куролесили. Решил прошвырнуться по магазинам, в оружейный точно надо заглянуть, прикупить боеприпасов к игольнику.

В оружейном магазине глаза просто разбегались, столько было всевозможных средств для уничтожения себе подобных, супермаркет отдыхает. Я походил, пооблизывался на многообразие оружейных систем, но все-таки сдержался, ограничился только закупкой боеприпасов.

Мои стволы хоть и были устаревшими моделями, но вполне удовлетворяли моим потребностям. Были надежны и просты в обращении. А отдать все деньги за навороченный ствол в мои планы не входило.

У меня сейчас было в районе тридцатки китов, и еще должно было капнуть после продажи трофеев. Судя по тому, сколько мы хапнули, нехило так капнуть. Схема распределения была следующей. После продажи трофеев из суммы вычитались расходы на ремонт корабля и зарплаты наемного экипажа. Потом остаток делился пополам, и пятьдесят процентов уходило владельцам судна, которыми являлись практически все офицеры нашей команды. Оставшиеся пятьдесят процентов уже делилось на количество долей всего экипажа и распределялись по их количеству у отдельного члена команды. Все довольно просто и прозрачно, каждый мог зайти в ведомость и посмотреть список выставленных на продажу трофеев, их первоначальную цену и суммы, по которым они уходили. И примерно прикинуть, сколько он с этого получит. Количество долей, с моей прибавкой, составляло пятьдесят шесть. Еще можно было зарезервировать любую позицию, если у тебя хватало средств.

Вот я и полез смотреть ведомость, может там чего угляжу, цены-то там явно пониже, чем у скупщиков.

Общая сумма выставленных трофеев была двенадцать с лишним миллионов, увидел, что эсминец уже выкуплен владельцами «Гуся», за семь лямов. Значит, решили расширяться, ну что, это дело хорошее, в два смычка всяко-разно сподручней купцов окучивать.

Обратил внимание на искины с разбитых истребителей, за них просили по сотне китов. Когда разбирали обломки, я на них даже варежку не разевал, понимал, что для меня запредельно дорого. А тут обстоятельства поменялись, и уже можно было пофантазировать, куда его можно приспособить. Выходило, что мне лично – некуда, а вот если прицепить его к универсальному ремонтному дрону и залить ему программу с комплекса Гнома, то тогда получится еще один комплекс с дроидом-прорабом. У нас как раз этих универсалов шесть штук было.

Полез в инфосеть, посмотреть, что по этому поводу пишут, оказалось, что такие переделки не новость, все уже придумано до нас, нужны только программы для комплекса и программист четвертого ранга, чтобы подогнать их для подчиненных дроидов.

«Программист» у меня доучивался, дней через пятнадцать должен усвоиться, так что препятствие для облегчения моего труда было только в желании владельцев рейдера пойти мне навстречу.

Связался со старпомом, обрисовал свою идею, напирал на то, что такой комплекс хоть и будет уступать оригиналу, но все равно значительно ускорит разбор трофеев. Тот обещал подумать.