Сущность - Лейла Тан

Он застонал и уронил голову. К нему тут же подбежал телохранитель, стал трясти за плечи, шлепать по щекам. Лин чувствовал поле зомби рядом с собой, оно было слабым и отвратительным, покрытым серыми мохнатыми лишаями. "Прости, дружок, но еще одно украшение тебе не повредит". Он обхватил мохнатого гостя светящимся обручем и стал наращивать мощь свечения. Для выброса сил было пока недостаточно, пришлось поднапрячься. От напряжения взмокли лицо и шея. Скорее, еще скорее, пока этот идиот не отошел. Все! Маленький взрыв отбросил серый сгусток, и тот немедленно прилип к полю телохранителя. Убедившись, что все закончено, Лин позволил себе полностью расслабиться.

– Что это с ним? – спросил доктор А.

– Может, у него аллергия? – пробасил телохранитель.

"Кажется, я что-то забыл", – подумал Лин. Ах да! Он улыбнулся так, как объяснял Дэвид – с абсолютным блаженством и полным отсутствием мысли. Теперь пора открыть глаза. Это сложнее – глаза могут выдать.

Он разомкнул веки и увидел, как сразу изменился в лице Николай. Отлично, значит получилось. Что дальше? Что обычно делают зомби – падают на колени, кидаются в ноги хозяину или что-то кричат? Если он сделает что-то не так, они сразу поймут, в чем дело. Сейчас главное – чтобы сняли железо, а там пусть разбираются, если успеют.

Доктор А долго и внимательно смотрел ему в лицо, пытаясь что-то там разглядеть, наконец удовлетворенно кивнул. «Все-таки он обычный человек, не то, что те, со змеиными языками. С этим я справлюсь, – подумал Лин и мысленно усмехнулся: – Нужно бы посоветовать ему иметь при себе кого-нибудь, кто умеет читать поле. Может, предложить свои услуги?»

С него сняли все оковы.

– А теперь выколи ему глаза, – приказал Дон.

"Кто же начинает с этого, если собирается подольше помучить? Мда, ему еще учиться и учиться…"

– С какого начать – с правого или левого? – спросил Лин и подмигнул Николаю. Тот все понял, не сдержался и захохотал. Теперь уже было все равно, никто не смог бы сейчас загнать его обратно в кандалы. Во всяком случае, людям это было бы не по плечу. Он чувствовал свою силу, он буквально захлебывался ею. Она билась внутри, требуя выхода, пульсировала в крови, еще немного – и он сам превратится в пылающий факел, если не направит ее куда-нибудь.

– Что? – не понял Дон.

Николай рванул свой ошейник:

– Снимай, спаситель. Вот что.

Дон привстал со стула и открыл рот, чтобы отдать очередной приказ, и тут до него дошло, что случилось. Все было просто – вакцина не подействовала, и вот он остался один на один с двумя Воинами, и никого нет рядом, кто мог бы ему помочь. А все по глупости и упрямству, нужно было слушать Скрыма, не зря тот предостерегал его от поспешности. В один миг он представил все то, что случится с ним, и животный ужас овладел им. Нет, он боялся не столько смерти, сколько того, что последует за ней, гнева Отца, наказания и вечных мук вместо обещанного бессмертия. "Скрым, помоги, помоги! Выручи меня, умоляю! Прости меня, я больше не буду!" – взмолился Дон.

– Освободи его, – холожно приказал Язычник.

Дон кивнул, и ничего не понимающий телохранитель снял с Николая ошейник.

– Ты пойдешь с нами, – сказал Лин. Идея пленить доктора А пришла ему в голову только что. Глядя в испуганные глаза невзрачного человечка, он подумал: а почему бы и нет? Наверняка, темные не просчитывали подобный поворот событий.

Но он ошибся. Стена, у которой находился доктор А, раздвинулась, кто-то схватил его сзади и утащил в образовавшуюся черную щель. Видимо, тот и сам не ожидал такого, он дико кричал и упирался, но силы были неравны, и вскоре его болтающиеся ноги скрылись в темноте. Стена сдвинулась, и от черной трещины не осталось и следа. Только перевернутый стул свидетельствовал о том, что здесь произошло.

Лин не мог не признать, что случившееся его поразило. В последнее время жизнь была полна невероятных ситуаций, он много чего повидал и не ожидал, что что-нибудь еще способно поразить его разум. Что ж, молодцы, хорошо работают.

– Куда это он? – оторопело произнес Николай.

Телохранитель был поражен не меньше их. Придя в себя, он завопил и кинулся к выходу.

Пол слегка вздрогнул, и круглая дверь люка начала тяжело, но быстро, выкатываться из своего укрытия.

Николай мгновенно оценил обстановку.

– Она закрывается! Бежим! – закричал он.

Они выскочили в последний момент и услышали, как дверь с лязгом захлопнулась, замуровав их бывшую темницу.

Они бежали, не оглядываясь, по каким-то скользким металлическим лестницам и заброшенным бесконечным коридорам и тоннелям с подслеповатыми лампочками и развороченными рельсами. Погони не было.

Добежав до развилки, они остановились, чтобы перевести дух. Один тоннель поднимался и, по-видимому, вел к свободе, второй круто опускался и далеко внизу сворачивал влево. Из-за поворота на ржавые рельсы и съеденные коррозией стены падали красные блики, блуждающие, словно кто-то шарил в темноте фонарем. Но в тоннеле никого не было, даже крыс. Из темноты тянуло смрадом и холодом. Там, за поворотом что-то происходило, шла какая-то жизнь, о которой они не должны были знать.

– Эта дорога ведет прямо в ад, – шепотом сказал Николай.

– Сходим посмотрим, что там? – Лин смотрел вниз. Сердце учащенно билось от предчувствия близкой опасности, затаившейся за поворотом. Это ее красные глаза глядят на них из темноты.

Николай застонал. Он ожидал этого, но все-таки надеялся, что его спутник не решится вновь испытывать судьбу.

– Там что-то есть. – Лин продолжал смотреть вниз. – Это может быть что-то такое… такое…

– Какое, черт тебя побери?

– Не знаю. Представь, что мы в их логове. Здорово?

– Здорово?! – Николай схватился за голову. – Господи, вразуми его! Нет-нет, дружок, я в этом не участвую. У меня двое детей. Кто позаботится о них? Твой ненормальный Оскар?

– Конечно, ты иди, а я должен пойти посмотреть, что там. Может быть, у них тут штаб какой-нибудь… На всякий случай прощай.

– Ты ничего не должен, идиот! – безнадежно крикнул Николай вслед удаляющемуся другу. Он постоял с полминуты, потом сплюнул и стал спускаться,

Эпизод 27

Дон ждал наказания, лежа на постели вниз лицом и кусая от злости подушку. Наступило утро, а никто за ним не являлся. Все забыли о нем, даже Скрым, только Лилит сидела рядом и все гладила по голове без ласки. От ее руки исходил холод.

– Успокойся, дорогой, – говорила она безразлично и слегка раздраженно, – ты ни в чем не виноват. Никто не знал, что так