Оттепель не наступит - Даша Пац

– Она подозревается в изготовлении и продаже оружия.

Валер Сафи грузно сел на стул, протяжно выдохнул и утер лоб.

– Не беспокойтесь, – поспешил успокоить мужчину Макс. – Если она пойдёт на сотрудничество, ей не грозит серьёзного срока. Мы расследуем убийство.

Я еле заметно толкнул напарника локтем. Он зыркнул на меня и поднял брови в немом вопросе. Меня обуяла злость. Незачем Валеру знать, что именно мы расследуем.

– Мне, безусловно, радостно слышать, что Юнона никого не убила, – тихо сказал Валер и поднял на нас взгляд, полный серьёзности. – Проходите, нечего стоять на пороге.

– Её никто и не обвиняет, – повторил Макс. – Но нам необходимо её отыскать.

Мы вошли в помещение и сели за стол. Валер прислонился к стеллажу и сложил руки на груди:

– Хотелось бы мне вам помочь. Но даже предположений не имею, где живёт моя дочь.

Я нахмурился.

– Валер, вы, наверное, не понимаете серьёзность ситуации.

– Понимаю. Но это правда. Юнона никогда не называла мне своего адреса.

– Как это возможно? – недоумевал Макс.

Мужчина тяжело вздохнул и сказал:

– У нас, мягко говоря, натянутые отношения.

– У неё есть сестра, так ведь? – начал терять терпение я. – Они близки?

Валер сглотнул, потупил взгляд и немного громче обычного ответил:

– Нет. Агата – тихая домашняя девочка. К тому же очень больная. Они с Юноной очень разные. И общаться им не хочется.

Валер Сафи совершенно не умел врать. Он избегал моего взгляда и, видимо, нервничал.

– Жарковато здесь у меня, не находите? – спросил мужчина и расстегнул комбинезон до пояса. Под ним поверх серой футболки висел небольшой серебряный кулон. С тем же символом, который я только что видел в кабинете Барбара Стоцки. Ничего подозрительного. Просто украшение. Но третье совпадение подряд мне уже не казалось случайностью.

– Прежде чем мы уйдём, могу я задать вам ещё несколько вопросов?

– Разумеется, – кивнул Валер.

– Над чем вы работаете?

Инженер не ожидал моего вопроса. Несколько мгновений он мешкал, а затем спохватился, подошёл к столу, указал пальцем на какие-то приборы.

– Конечно, это не секрет. Сейчас я вывожу новый сорт пшеницы. Скороспеющий. Мы тут все одержимы лишь одной идеей, – он усмехнулся и пожал плечами, будто говорил очевидные вещи, – хотим искоренить голод.

Я невесело улыбнулся.

– В таком случае, вам стоит сделать так, чтобы люди наедались снегом. И позвольте ещё один, совсем нескромный вопрос. Что за символ на вашей шее?

Валер взял пальцами кулон.

– Почему вы интересуетесь?

– Мне кажется, я его где-то видел.

– Это ведь ДНК, конечно, вы его видели, – ответил мужчина. – Достался мне от жены. Она тоже была генным инженером. Я подарил ей его. А после смерти оставил себе на память.

Я промолчал, пытаясь прислушаться к своей интуиции. Мог ли Валер Сафи не знать, что в кабинете его начальника висит страница с этим же символом? Конечно. Но я всеми фибрами души отчётливо ощущал ложь. И мне это не нравилось. Внутри, словно липкая грязь, разливался очередной приступ злости. Клубок всё больше запутывался.

Повисла неловкая пауза. Макс спохватился, очаровательно улыбнулся, подал руку мужчине для рукопожатия и сказал:

– Что ж, спасибо, Валер. Если вдруг Юноне снова понадобится залог…

– Не связывайтесь со мной, – перебил его Сафи, не ответив на рукопожатие. – Я вытаскивал её трижды. Хватит шансов на новую жизнь.

– Ладно, – кивнул Макс. – Нам пора. Всего доброго, и извините, что помешали исследованиям.

Когда мы вышли из лаборатории, я остановился, взял Макса за плечи и сказал.

– Послушай, друг. Ты можешь думать, что я сумасшедший. Но зуб даю: он что-то скрывает.

Макс тяжело вздохнул, снял мои руки с плеч и ответил:

– Фил, я верю тебе. Но это нас не касается. Может, они состоят в долбанной секте. Мне плевать, я хочу расследовать убийство. На этом всё.

Я поджал губы и нахмурился. Макс вопросительно поднял брови. В конце концов, я сдался.

– Ладно-ладно. Ты прав. Тогда давай не терять времени. Поехали к сестрёнке.

– Она несовершеннолетняя.

– О, так ты согласен, что папаша соврал насчет неё?

– Стоит проверить.

Я пожал плечами:

– Мы не знаем адреса.

– Сейчас узнаем. Если у Валера Сафи есть снегоход, по записям с патрулирующих дронов отследим передвижение. И всё.

Я улыбнулся и резюмировал:

– Ты гений, Макс!

Мы направились к снегоходу и стали искать информацию. Быстро выяснилось, что у Валера есть старый снегоход красного цвета. Макс сделал запросы на получения записей с дронов, и уже через десять минут мы их отсматривали.

– Смотри, – указал Макс пальцем на видео. – Вот он.

Ещё полчаса мы искали нужный дом.

– Живёт совсем рядом, в Кении. Нам повезло, – резюмировал напарник.

– Немного странно для ведущего инженера. Он должен быть богатым человеком.

Макс пожал плечами.

– Это близко от его работы. И, Филипп, серьёзно, – напарник закатил глаза, – хватит искать везде подвох.

Через десять минут мы уже стояли на пороге небольшого двухэтажного домика. Он ничем не отличался от сотен других в этом районе.

– То, что мы делаем, – незаконно, – отчеканил Макс.

– Есть идеи получше? – съязвил я.

– Нет. Пойдём допрашивать маленькую девочку.

И мы постучали в дверь. Никто не ответил. Я постучал ещё раз настойчивее. Макс приложил ухо и прислушался.

Ничего.

– Наверное, пошла пройтись.

– Нет, ты слышал Валера? Она сидит дома.

Макс выдохнул.

– Ей четырнадцать, друг. Думаешь, она слушается отца?

Но вдруг замок щёлкнул и на несколько сантиметров дверь приоткрылась. Из щёлки выглянула кудрявая рыжая девчонка.

– Вам чем-нибудь помочь?

– Мы ищем Агату Сафи. Это ты?

Девушка нервно облизнула губы и сбивчиво ответила:

– Ну, я. А вы кто?

– Мы из полиции. Ищем твою сестру, Юнону.

Агата нахмурила брови и скрестила руки на груди.

– Поговорите с папой. Он сейчас на работе. Поезжайте к нему.

Она уже хотела закрыть дверь, но я ловким движением остановил её и быстро заговорил: