Оттепель не наступит - Даша Пац

– Ладно. Я в деле. Когда начинаем?

– Завтра. Заказчики настоятельно просили не тянуть.

– Это всё? – холодно спросила я.

Гектор повернулся ко мне, нахмурился и сказал:

– Нет. Я не хотел на тебя срываться. В том, что ты осторожна, сомнений нет. Просто… Постарайся впредь без происшествий.

Я кивнула и подняла взгляд в окно на правительственное здание. Гек увидел мой взгляд и сказал:

– В этом году юбилей. Девяносто лет.

– Ага. Не верится, что такие неудачники протянули столько времени.

– Какие неудачники? – поднял брови он.

– Ну, мы. Человечество, – я грустно усмехнулась. – Помню, в детстве удивлялась, как метеорит умудрился угодить именно в Йелоустон. Разве удачливые люди живут на планете, на которой происходит такое?

Гектор улыбнулся и ответил:

– Удачливые. Раз уж выкарабкались из этого дерьма. И посмотри, – он жестом указал на сад, – ещё и какие чудеса умудрились настроить.

– Лучше бы отопление нормальное сделали. И ферм побольше. Задолбалась я рыбу жрать.

– Ну, так это потому, что ты всё на карамель спускаешь, – хохотнул Гек.

Я пропустила язвительный комментарий мимо ушей и вместо ответа сказала:

– По мне, так лучше бы сидели и дальше в своих северных широтах. И позамерзали. Не пришлось бы сейчас жить вот так.

– Да, я помню, что ты оптимистка, – сказал Гектор и немного замялся. – Ты сейчас к сестре?

Я глянула на часы: полвторого.

– Да, пора бежать.

– А куда пойдёте?

Я нахмурила брови.

– Тебе зачем?

Он почесал затылок и быстро ответил:

– Да так, по-дружески интересуюсь.

– В «Корицу». А потом прогуляемся.

– Ясно.

Я ещё пару секунд пыталась рассмотреть на лице напарника что-нибудь подозрительное, указывающее на внезапную заинтересованность моей жизнью. А затем сказала:

– Я пошла. Завтра увидимся. Если вдруг ко мне нагрянут копы, дам знать.

И быстрым шагом направилась к выходу. Перед дверьми украдкой обернулась на Гека: он смотрел в телефон и, видимо, писал кому-то сообщение. В голове на мгновение вспыхнули воспоминания. Я тряхнула головой, чтобы их отогнать.

Морозный воздух ударил в лицо и немного отрезвил, правда, прошлое назойливо роилось в голове. Я достала сигарету и подкурила.

– Ты бестолковая и необучаемая! Мне надоело с тобой возиться! Бери пример с Агги!

Во мне пылает огонь злобы. Отец рвёт и мечет так, что даже Агата притихла. Я бросаю злой взгляд на сестру и с радостью отмечаю: она мне сочувствует. Что, интересно, папа ей обо мне говорит? Неважно. Главное, этого недостаточно, чтобы разрушить наши отношения. Он садится в кресло, складывает руки на груди и выносит окончательный приговор:

– Мне надоело ходить в полицию. Я разорюсь из-за залогов. С завтрашнего дня ты ищешь себе новое жильё и переезжаешь.

Кажется, что кто-то изо всех сил ударил меня по голове. Внутренности холодеют и будто проваливаются в пятки. От удивления я охаю, хватаюсь за грудь и сажусь на пол.

– Но мне некуда идти!.. – шепчу в сердцах.

Агата подскакивает и подбегает, закрыв меня спиной.

– Нет, папочка! Не прогоняй Юну! Она исправится! – сестра поворачивается, присаживается, хватает руками мои щёки и умоляюще спрашивает: – Правда ведь? Ты больше так не будешь?

Предательский комок подкатывает к горлу. Я морщусь, пытаясь сдержать слёзы, и киваю. Рыжие кудряшки Агаты дрожат от сбивчивого дыхания. Слёзы катятся по детским щекам. Отец холодным тоном продолжает:

– Так будет лучше для всех нас. Может быть, это поможет Юноне быть более ответственной.

Я накрываю голову руками и жмурюсь… Неужели он и вправду вышвырнет меня? Не может быть…

– Я помогу тебе с деньгами на первое время. Будешь приходить видеться с Агатой. Но только в том случае, если мне больше не станут звонить из полиции.

Из-за нахлынувших воспоминаний я даже позабыла про приходящих утром детективов и не заметила, как дошла до кофейни. Агата сидела у окна в уголке. Сестра увлечённо смотрела в телефон и не видела меня.

Эту кофейню я любила с детства. Несмотря на болезненные воспоминания, которые она вызывала. Не успела я войти, как в нос ударил запах корицы. За белыми столиками, которые украшали искусственные орхидеи, сидел народ на ярко-бирюзовых стульях. В тон мебели на светлых стенах красовались абстрактные орнаменты цвета морской волны. Это место особенно облюбовала молодёжь. Звонкие голоса смешивались со смехом и создавали особый уют. Здесь, в «Корице», я начинала чувствовать себя обыкновенным человеком. С возможностью быть счастливой.

Я на секундочку задержалась в проходе, любуясь ярким рыжим облачком у окна. Иногда мне даже не верилось, что это моя сестра. Настолько мы были разными. Как внешне, так и по характеру. Агата, наверняка почувствовав на себе взгляд, посмотрела в мою сторону. И широко улыбнулась, отчего её щёчки стали ещё более круглыми.

Я улыбнулась в ответ и зашагала к столику.

– Для тебя скоро принесут кофе. Всё хорошо? – Агата подскочила, чтобы обнять меня, будто мы не полчаса назад расстались.

– Да, не беспокойся.

Сестра отпрянула и поморщила носик.

– Фу, опять ты курила. После такой-то ночки?

Я пожала плечами и ответила:

– Не получается бросить.

Агата уселась на стульчик и скептично спросила:

– А ты пытаешься?

Я изо всех сил постаралась убедительно соврать:

– Конечно, пытаюсь.

Агата поморщилась ещё сильнее, всем видом давая понять: ложь не удалась. Я быстро перевела тему:

– Давай сделаем хоть что-то полезное. Обещание подготовить тебя к истории ещё в силе.

Сестра кивнула и тяжело вздохнула.

– Только понять не могу, зачем она мне нужна. Основное все и так знают.

У меня не было ответа. Потому что, не смотря на отличные оценки по истории, в жизни мне это ни разу не пригодилось. Кроме тех редких дней, когда Агата просила помочь с уроками. Я решила больше не врать:

– Ни к чему. Но если не выучишь – не сдашь экзамены. А если не сдашь экзамены, превратишься в меня, – я тыкнула пальцем себе в лицо. – Мотивирует ведь, правда?

– Не – а, – парировала Агата, – ты хорошая. Просто тебе не везёт.

Я грустно улыбнулась.

– Ладно. Не нужно меня жалеть. Время не ждёт. Обменяемся любезностями позже. Если ты опоздаешь хоть на минуту, папа меня убьёт. Что проходите?