Некомбатант 2 - Сергей Васильевич Лысак

- Принято!

Вот а теперь можно и поспать. Хорошо иметь такую навигационную систему, как Ганс! Можно не опасаться, что кто-то из вахтенных начальников что-то прошляпит, и куда-то не туда завернет. Или кто-то очень любопытный захочет подойти поближе. А если еще добавить возможность идти в сильном тумане, и корректировать при этом свой артиллерийский огонь, то «Лебедь» превращается в настоящее чудо-оружие XIXвека на море. Но пользоваться этими возможностями надо очень осторожно. А то, как бы ребята из Службы глубинной разведки охотничью стойку не сделали, заподозрив неладное. Поэтому будем проявлять «чудеса» строго в гомеопатических дозах. Мне для пользы дела вполне хватит, а Служба глубинной разведки сочтет творимые мной безобразия не выходящими за рамки статистической погрешности в анализе оценки уровня технического развития аборигенов.

Следующее утро началось с сюрприза. Приятного, или неприятного, - это с какой стороны посмотреть. Позавтракав в кают-компании, поднялся в рубку, чтобы поговорить с вахтенными и ознакомиться с окружающей обстановкой. «Лебедь» уже вышел из Ла-Манша, и обогнув остров Уэссан, шел через Бискайский залив. Благо, погода стояла хорошая, и нужно было поскорее миновать это место, пользующееся у моряков уже много лет дурной славой. Конфигурация побережья Биская такова, что волны, заходящие в него со стороны Атлантики, отражаются от берега, в результате чего создается опасная толчея. Даже в моем прежнем мире, на гораздо более совершенных и прочных судах, бывалые моряки предпочитали не шутить с Бискаем. Что же говорить о местных утлых посудинах, многие из которых не имеют машины, и целиком зависят от ветра. Причем иногда даже не могут уйти от приближающейся опасности, поскольку ветер не позволяет. Цельнометаллический «Лебедь» с двумя паровыми машинами — настоящее чудо техники по сегодняшним меркам. Особенно если учесть, что многое при его проектировании было выполнено с помощью Ганса. Но об этом никто из аборигенов не догадывается, и многие считают, что наши ученые умники методом научного тыка быстро получили нужный результат. Ну а то, что это я им подсказывал, куда именно надо тыкать, осталось для широкой публики неизвестным.

Так вот, поднимаюсь я в рубку, здороваюсь с вахтенными, и окидываю взглядом окружающее пространство. Погода отличная, солнышко светит, а вокруг до самого горизонта синева Атлантики. Ветер слабый. «Лебедь» уверенно держит свои двенадцать узлов экономического хода, плавно покачиваясь на океанской зыби, и оставляя за кормой белый кильватерный след. Лепота, одним словом! Открываю на тактическом экране в моей башке навигационную карту, и с помощью Ганса определяю наше местоположение. Сравниваю его с тем, что определили вахтенные начальники. Расхождение незначительное, молодцы ребята. Беседуем на морские темы, как неожиданно меня отвлекают эти два «генератора идей» - Пашка Серебряков и Ванька Петров. Причем вид у обоих такой, как будто только что открыли секрет гиперпространственного перехода. Или, на худой конец, философский камень нашли. Что ближе к сегодняшним реалиям.

- Юрий Александрович, доброе утро! Можно Вас на пару слов?

Та-а-к... Многообещающее начало. Значит эти «кулибины» действительно что-то необычное придумали...

- Доброе утро, господа! Конечно, я вас внимательно слушаю!

- Юрий Александрович, просим Вас пройти в мастерскую.

Интересно... Значит это «что-то» уже воплощено в металле. Что же эти умники придумали? И не сказали ничего раньше, конспираторы хреновы... Ладно, поглядим...

Спустившись в мастерскую, выделенную в полное распоряжение наших «кулибиных», я сначала ничего не понял. На верстаке стояли два довольно объемных ящика, к которым тянулись электрические провода. А возле одного ящика находился... телеграфный ключ...

Дальнейший рассказ подтвердил мои подозрения. Эти два клоуна изобрели ни много, ни мало, а искровую радиостанцию! На тридцать пять лет раньше Генриха Герца, доказавшего экспериментальным путем гипотезу Джеймса Максвелла о существовании электромагнитных волн. Да и самой этой гипотезы еще нет, Максвелл озвучит ее только в 1864 году. И на сорок три года раньше Александра Попова, который впервые практически доказал возможность радиосвязи, создав первую работоспособную радиостанцию. Какая же гнида в моем мире не дала хода этим двум пацанам?!

Между тем, Пашка с Ванькой с важным видом демонстрировали мне работу своего творения, которое работало. Пусть и через пень-колоду, но работало! Изобразив крайнюю степень удивления, я засыпал их вопросами. Не на людях мы общались, как привыкли в институте, без лишнего чинопочитания.

- Да тут в основном все Ванька придумал и сделал. Это он у нас электрический гений. А я — так. Помогал собирать и провода подключать.

- То, что с помощью этого аппарата можно подавать сигнал азбукой Морзе без проводов через воздушное пространство, я понял. А на какое расстояние?

- Пока непонятно. В одном помещении, когда передающий и принимающий аппараты находятся рядом, все работает. А вот если разнести их по разным помещениям, то сигнал проходит гораздо хуже. Скорее всего, металл переборки мешает. Нужно провести опыты на открытом воздухе, когда никаких преград между передающим и принимающим аппаратом нет.

- Братцы, вы понимаете, что вы сделали? Это же новое слово в физике! Изобретение мирового уровня! Вы кому-нибудь об этом уже говорили?

- Нет. Что мы, совсем без понятия? Только скажи, сразу толпа любопытных набежит.

- Вот и молчите дальше. Вернемся в Петербург — запатентуем на ваше имя. Меня сюда не впутывайте. Я промышленник, а не ученый. Поэтому могу обеспечить лишь финансовую часть дела. И если эта штука способна обеспечить связь хотя бы на десять миль, вы представляете, какие возможности открываются?

Разумеется, все всё понимали. Что это открытие может как озолотить, так и уничтожить. Если заранее не предпринять меры предосторожности.

В общем, озадачили меня эти изобретатели сильно. И хорошую вещь, вроде бы, придумали, но... Не вовремя. Сейчас мне заниматься этим некогда — Крымская война на носу. А без моего непосредственного участия лучше работы с радио в Петербурге не затевать. Утечет информация к супостатам, и оглянуться не успеем. Хоть мы с ротмистром Игнатовым и наладили какое-то подобие обеспечения секретности, но до уровня МГБ моего мира нашей доморощенной службе безопасности очень далеко. Доводить радиостанцию до ума в Одессе? Проблемы с секретностью вырастают на порядок. А уж про технические возможности местной «промышленности» и говорить нечего. Если только не превратить сам «Лебедь» в плавмастерскую, но тогда об активных операциях в Черном море можно забыть. Хотя... Не сразу ведь там активные действия начнутся. Если все будет идти,