2134: Элемент - Сергей Извольский

— Даже так?

— Да, государь. Барон Волчанинов, до получения титула — Влад Незабудко. Из потомственных мещан, получил в Москве университетское образование. Сделал неплохую карьеру, отправился в Берн как консульский работник. Был завербован немцами после того, как в целях улучшения организма пришел в частную клинику за нелегальной процедурой омоложения, но неожиданно для себя оказался инфицирован, прошел несколько трансмутаций и стал волчьим пастырем. После вербовки сразу пришел к нам — не ко мне, но в наш Варшавский округ, сдаваться. Взяли в разработку, помогли с получением титула и посадили на берег Копанского озера организовывать досуг со сбором компромата на чиновников третьей руки Соснового Бора.

— Это как тот англосаксонский остров, который все сейчас обсуждают?

— Нет, государь, никоим образом. Рыбалка, охота, баня, обычный отдых вдали от жен. Девять из десяти чиновников даже любовниц на озеро никогда не привозили, мы ж знали куда его сажать, чтобы не слишком нагружать работой. Кто-то попадался, кто-то специально попадался, — выделил интонацией слово Сергей Сергеевич. — После отслеживали попытки вербовки, рабочая рутина. До того момента, как четыре дня назад Волчанинов собственноручно не убил заезжую гражданку Е-Зоны. Сейчас, когда раскрутили цепочку, стало ясно: гражданка прибыла совсем не к Волчанинову. Она с ним даже не пересекалась и не рассматривала как объект интереса, а работала в паре с кем-то на подстраховке. В паре с тем, кто шантажировал пока неизвестное нам лицо в Москве. Самого шантажиста найдем вряд ли, его скорее всего уже в кислоте растворили — перед тем, как он выдал свою подельницу. И вот убрать ее и замести следы дали указание Волчанинову, потому что сделать это нужно было срочно — у нее был доступ к компромату, и она уже собралась бежать.

— И кто же дал Волчанинову это указание срочно заметать следы?

— Мы пока не знаем, государь, работаем на этим.

Несколько секунд стояла тишина, взгляд серых глаз изучающе смотрел на резидента Особой Экспедиции.

— Мы п-плотно работаем над этим, — невольно повторил «п-придыхание» Горчакова Сергей Сергеевич.

— Да уж конечно. Сначала рутина, потом плотная работа, как интересно… Ладно, давай пока дальше по Бергеру твоему.

— У Волчанинова все должно было пройти незамеченным, местный участковый инспектор уже по сути закрывал дело, но на место по моему указанию прибыли Бергеры с Горчаковым. И в этот момент повторилась практически такая же история, как и с ошибочным оценочным суждением на экзамене Высокой комиссии.

— Ну-ка.

— Осмотревшись на месте убийства, Бергер с Горчаковым решили нанести визит Волчанинову. Приехали на двух голых буханках, в форме вольноопределяющихся. Кроме того, Горчаков в беседе с Волчаниновым не стал афишировать свою принадлежность к Особой Экспедиции, представился инспектором Транспортного надзора, ведущим дело о шпионаже на Минской железной дороге, в котором фигурирует убитая гражданка. Волчанинов, почувствовав вокруг себя нездоровое движение, решил сбежать, предположительно в Королевство Свериге. Но прежде, недооценив потенциал группы Бергера как боевой единицы, попытался уничтожить его по мотивам мести.

— Мести?

— Да, Бергер в ходе визита избил его сына.

— Ты сейчас мне рассказываешь какую-то фантастику, — поднял брови Император.

— Бергер стал свидетелем того, как сын барона мучает щенка и вмешался, рассказав тому об эмпатии методом прямого воздействия с помощью пары оплеух.

— Ну вот, а то — избил. Теперь главный вопрос: а почему Бергеры вообще на это озеро по твоему прямому приказу поехали? Ты же ни к Ленинградской губернии, ни к Волчанинову никоим образом и никаким краем, о чем у меня на столе сразу две папки «не могу не доложить», и еще одна «не могу не сообщить» почти сразу появились.

— Держа на личном контроле общение Бергера и небезызвестной вам Есении Кайгородовой, я заранее отметил в сводке произошедшее убийство на озере как повод отозвать Бергера со свидания. Когда ситуация действительно начала переходить некоторые границы…

— Какие границы?

— Они… целовались.

Император отвел взгляд в сторону, вздохнул. Помолчал немного, поджал губы, покачал головой.

— Знаешь, у выдающихся военачальников есть прозвища разные, даже официально используемые. Ты не военачальник, но я тебя теперь буду называть Сергей «поборник морали и нравственности» Сергеевич. Ладно, понятно с тобой все. Что с этой таинственной фигурой в Москве, по которой вы плотно работаете? Результаты работы будут?

— Обязательно, работаем по двум направлениям. Волчанинов, уходя на самолете, создавал ложный след — вызывая внимание на себя. Его жена и сын скрылись в неизвестном направлении, но мы их найдем.

— Или нет, как того шантажиста, которого в кислоте растворили.

— Еще у нас есть ключ от банковской ячейки.

— Который внучка Дитриха на месте нашла?

— Именно.

— Из Инквизиции мне докладывали, что это ключ от вокзальной камеры хранения.

— Неправильно докладывают, — не сдержал легкую улыбку Сергей Сергеевич. — Это ключ от банковской ячейки в Metzler Bank, что в Вольном имперском городе Франкфурте. Я пока туда никого не отправлял, потому что это будет самоубийство для агента, кто бы он ни был. Планирую выждать немного.

— Намекаешь, что я дам тебе указание сейчас отправить Бергера во Франкфурт? Идея заманчивая, но с этим стоит повременить. Ты этого юношу сюда привез, ты и расхлебывай, так просто теперь с этого не соскочишь.

Император сделал паузу, присмотрелся к статскому советнику.

— Говори, что спросить хочешь.

— Государь, если вы мне дадите посмотреть папки с докладами об отсутствии какой бы то ни было моей связи с Волчаниновым, работать по этому делу я буду сразу в трех направлениях.

Подумав немного, Император открыл ящик стола, достал и положил на столешницу две папки.

— Для третьей у тебя зубы пока не такие острые. Да и не нужна она тебе, поверь мне на слово. С Есенией что, разобрался с ее тягой к поцелуям?

— Вчера она узнала нечто компрометирующее, и с Бергером больше общаться не желает.

— Совсем не желает?

— Обратимо. Компромат на уровне устойчивых, но при желании легко опровергаемых слухов.

— Хорошо. Пока оставь как есть — я все же обещал Тамаре девочку вырастить и выдать замуж без принуждения. Посмотрим, как сложится. Отправь только своего Бергера куда-нибудь подальше, туда где волки в лес ходить боятся. На месяц-другой, так чтобы я о нем пока не слышал, мне эта фамилия уже немного надоедать начинает.

— Будет сделано, государь.

Глава 7

Февраль

Никлас впервые видел Катрин