Станция Озерки - Дарья Демидова

Самым любопытным было убийство человека в возрасте пятнадцати лет. Выходит, права была мать — все акудзины случайно убивали. Но Марк отмел эту мысль. Он случайно не убивал людей. Убил только намеренно и то не человека.

Пока размышлял крутил колесико мышки и сам того не заметил, как опустился в конец списка, где были единички. А было их чрезвычайно много. Впрочем неудивительно — браки с людьми встречались все чаще.

Однако список на единичках не закончился. Дальше пошли нулевые значения со знаками после запятой, и закачивались они на одной сотой. Их было еще больше, чем просто единичек.

У Марка вытянулось лицо. Он открыл последний файл. С экрана на него смотрел худощавый подросток в самом расцвете пубертата. В досье на паренька были обычные данные типа ФИО, даты рождения, адреса, родственники, место учебы, но Марка заинтересовала строка со степенью сущности.

«Потенциально акудзин. Сущность возможна в зачаточном состоянии. Проявление силы в развитом чутье, неосознанное ментальное влияние на людей», — прочитал Марк и вернулся к списку родственников. Просмотрев карточки родителей мальчишки, он увидел ровно те же комментарии к степени сущности. И лишь добравшись до бабки со стороны отца увидел, что она единичка.

А ведь Марк считал, что ими акудзины и ограничиваются, ведь маленький сгусток энергии под сердцем виден медикам. Оказывается, акудзины вели учет и тех, кто видимой силы не имел, не мог передвигать предметы при помощи сущности, не мог прыгать в пространстве, зато эти люди обладали чутьем, могли неосознанно влиять на людей, заставлять их бояться, сами не осознавая, что они творят.

Таких в народе называли энергетическими вампирами, тяжелыми людьми, неприятными личностями. Зачем же Совет акудзин пасет этих... все-таки людей? В представлении Марка никакой опасности для общества они не представляли. С точки зрения науки? Ну допустим интересно, но не более того.

Марк глянул на часы в нижнем углу экрана и выругался про себя. Потратил на изучение ненужных досье без малого сорок минут. Он вернулся к поиску и ввел описание девушки. Как и предполагал система выдала большой список совпадений. Тогда Марк решил рассматривать сначала досье от двушек до четверок. В его преставлении девушка была не самым слабым акудзином, раз сумела прыгнуть вне зоны видимости, но и не слишком сильной. Она явно торопилась с установкой, а сильные акудзины подходят к этому более обстоятельно.

Он щелкал мышкой так быстро как только мог. Взгляд на фото — дальше. Взгляд на фото — дальше. И уже начал паниковать, потому что отец никогда не давал поблажек. Марк ругал себя за то, что так нелепо облажался, когда был близок к цели.

— Я тебе говорил, что ты тупой? — раздался за спиной голос отца.

Марк подскочил в кресле и схватился за сердце. Откинулся на спинку, чтобы унять сердцебиение, и виновато посмотрел на отца.

— И не бдительный, а стоило бы, — покачал головой Юрий Петрович. — И много ты посмотрел досье знакомых?

— В твое не лез, не переживай, — стиснул зубы Марк.

— А в моем ничего интересного и нет, — пожал плечами Голицын-старший. — Зато тут много наших любовниц-человечек, потому что бабы иногда скрывают беременность, а акудзины скрывают свою сущность от них. Бастарды опасны, если мать не знает, кто в ней сидит. Хорошо, это проявляется к концу первого года жизни, а не сразу. Но матери такого ребенка боятся каждого шороха и могут что-нибудь учудить.

— А как насчет тех, кто меньше единицы? — не удержался от вопроса Марк.

— Наблюдаем. В народе их называют экстрасенсами.

— Мы не видим картинки из прошлого и будущего.

— Поверить не могу, что ты мой сын, — тяжко вздохнул Юрий Петрович. — Зато мы видим людей — все их эмоции. Они как открытая книга, и мы можем управлять этими эмоциями, если захотим. А из этих, которые настолько слабы, что сущности не видно, получаются неплохие абьюзеры, маньяки и шарлатаны.

— И зачем нам их контролировать? — не унимался Марк.

— Незачем. Просто никто не знает, как это работает. Их начали выявлять не так давно, и мы не знаем, может ли в них проявиться реальная сущность в более старшем возрасте. Скорее всего нет, но наболтать эти могут прилично. Большинство сочтёт их чокнутыми, но ведь кто-то может и поверить. Ты ведь в Седьмом отделе работаешь. Какая у него цель?

— Сохранение тайны нашего существования, — словно школьник на уроке повторил вызубренную фразу Марк.

Юрий Петрович наклонился к столу, забрал у Марка мышку и сделал несколько щелчков. Открылось окно с фотографиями девушек-блондинок.

— Черт, как ты это сделал? — удивился Марк и начал листать фото, пока отец не передумал.

— Там в фильтрах кнопка «показать только фото», — снова разочарованно покачал головой Голицын-старший.

— Зачем мне мозги, когда у меня такой отец, — улыбнулся Марк. — И вообще, я написал два учебника и четыре книги по теории археологических изысканий.

— Молодец, — скривился Юрий Петрович.

— Нашел! — воскликнул Марк и открыл досье незнакомки из Берегово.

— Перепиши, запомни и сожги потом, — строго сказал отец, когда Марк взялся за смартфон.

Марк подчинился. А что ему еще оставалось делать?

***

— Кто молодец? Я молодец! — Марк положил перед Кириллом лист с данными девушки. — Елена Романовна Кузнецова, двадцать три года, трешка.

Кирилл взял лист и нахмурился. Он вернул бумагу Марку и тяжело вздохнул:

— Или перепиши, или читай, я ничего не понимаю. И вообще, как ты ее нашел?

— Если расскажу, как я ее нашел, то скорее всего до утра мы не доживем.

Кирилл хотел было улыбнуться, но лицо Марка оставалось серьезным, и он просто кивнул.

— Хорошо, так кто она такая?

— Закончила факультет журналистики, мать шестерка, отец человек. Понятия не имею, что она делала в Берегово, но есть адрес. Так что можно просто спросить. А у тебя что?

— Да ничего, — устало потер глаза Кирилл. — Отсеял тех, кто не живет в районе станции. Кстати, большинство жертв последний раз видели именно на станции Озерки.

— Погоди, они вроде все живут в том районе? — вскинул брови Марк.

— Я имел ввиду тех, кто там не прописан,