Параллель - Оксюморонов

лестницам. Дёргал, бил, пинал все двери, но всё было безрезультатно. Становилось жарко и душно, кислород в помещении быстро заканчивался, а найти выход не получалось. Во сне, Савелий присел на ступеньки, обхватил голову руками, а от беспомощности и безвыходности ситуации, обречённо зарыдал. Мысли о том, что он больше никогда не сможет увидеть солнце, небо, облака, Лизу, а также, отсутствие свободы и нехватка воздуха угнетали его. От страха и ужаса сердце колотилось, он вспотел и его трясло.

Зазвонил будильник, это было спасение из кошмарных объятий ужаса сна. Савелий абсолютно не выспался, а от таких сновидений чувствовал себя уставшим.

– Какой-то бред. Зачем? Ладно, сначала сдать кровь, умыться, потом завтрак, процедуры и собираться на кладбище. Вот и весь план, – сказал вслух свои мысли майор, чтобы забыть и отвлечься от сна.

В коридоре уже слышались голоса медсестёр, их шаги и суета. Следователь встал с кровати, взял направления и побрёл сдавать утренние анализы. День с самого утра начинался тяжело, а предстоящие похороны Тихона и соратников не добавляли оптимизма.

Глава 30

Открылись глаза, к девушке опять пришло сознание. Как могла, она огляделась. Лежала она в том же помещении. Было не ясно, день или ночь. Начало болеть всё тело. Хотелось встать или перевернуться, девушка была полностью обнажена, культи её рук и ног барахтались в воздухе, и она начала ёрзать на постели. В этот момент, где-то у изголовья, раздался голос – баритон:

– И вновь, здравствуй, – звучали нотки сарказма.

Сильные руки поправили её беспомощное и искалеченное тело, два широких ремня пристегнули туловище к ложе. В рот девушке был вставлен кляп с ремешками, на затылке звякнула удерживающая защёлка.

– То, что тебя ломает, это нормально, – баритон звучал серьёзно и уже без сарказма, – сегодня твоё превращение завершится, и потом ты получишь свою дозу наркотиков.

Руки в медицинских перчатках надели ей на голову шапочку из кожи с какими-то проводами. Девушка всё пыталась разглядеть того, кто всё это делает, но не могла. Мешал очень яркий свет, направленный ей в глаза. Она видела только силуэт, явно мужской фигуры, и руки, которые ловко поправляли провода и куда-то их подключали. Так прошло ещё несколько минут. Девушка уже сильно хотела пить, она ощущала сильный дискомфорт, и ей было очень страшно. Через некоторое время, опять раздался голос:

– Ну, вроде всё готово. Сейчас ещё раз всё проверю, – повисла пауза, в тишине слышались щелчки выключателей, шум вентилятора. От компьютера, время от времени, пищали датчики.

В воздухе запахло спиртом, рука в перчатке протёрла ватой плечо и сразу последовал укол. Тело ожидало действия наркотиков, тепла, эйфории и забытья сознания, но этого не было, и девушка опять начала нервничать, судороги били по всему телу.

– А ха, ха, – раздался смех из сумрака комнаты, – ты ждала «прихода» от наркотика? Нет, это другой укол. Он для усиления ощущений, которые ты сейчас испытаешь. Так вот, если ещё помнишь свое имя, работу в полиции, и что у тебя есть мать, то после моей процедуры, ты все это забудешь. И даже, твои мысли, которые будут тебя посещать, станут бессзвязные, мимолётные и скорее всего, ты даже не сможешь их понимать. А заодно, эта процедура снизит твой болевой порог. Поможет нам в этом «гениальный» электрошок, с переменным напряжением и регулируемой силой тока.

После таких объяснений девушку обуяла паника. В сумраке зазвучал писк, так заряжались конденсаторы. Как только писк прекратился, последовал удар тока. Электрический разряд стрелял из виска в висок и от темечка к вискам. В напряжении сводило все мышцы, а особенно – мышцы шеи. Глазные яблоки выкатывались из глазниц, и изо рта шла пена. Когда девушку перестало бить током, тело обмякло, она потеряла сознание, но резкий запах нашатыря вернул её. Она услышала баритон, он звучал смеясь, и как будто, издалека, на фоне «белого» шума в ушах.

– Вот же, чудак я человек, забыл тебе глаза заклеить, сейчас исправим, а то все капилляры полопаются и будешь ты – красноглазая.

Всё было исправлено, глаза залеплены и процедура продолжилась. Удары тока следовали один за другим. С короткими перерывами, на перезарядку конденсаторов и характерным писком. Девушка билась на кровати, тело сводило судорогами, в помещении пахло сгоревшими волосами, пена изо рта шла уже непрерывно, и от конвульсий её тело испражнялось. Ход времени и количество электрических ударов потеряли свой счёт, все мысли исчезали на фоне адской боли, разум в голове померк, а вместе с ними – и воспоминания.

Когда закончилась процедура, и что было дальше, девушка не помнила. Она лежала на спине, на чистой постели. Удерживающих ремней, кляпа и шапочки не было, она просто смотрела на потолок. Желания сопротивляться или что-то осознавать исчезло. Отныне личность Светланы умерла, она превратилась просто в тело.

– Ну вот и хорошо. Теперь ты готова и заслужила награду, – после этих слов баритонального голоса, последовал укол в вену на шее.

Тело опять погружалось в наркотический мир грёз, радости, лёгкости и отрешённости от реального мира.

Глава 31

Новый день выдался тёплым, но к обеду начал моросить дождик. Мелкие капельки тихо ложились на землю, питая её живительной и прохладной влагой осени. Этим днём дождь был каким-то символичным и даже к месту. Казалось, что вместе с остальными скорбит и природа, по всем безвременно погибшим сотрудникам. Такси, которое вызвал Савелий, ехало на городское кладбище. Дворники авто быстро и чётко справлялись с каплями дождя на лобовом стекле. В машине играла музыка, вперемешку с новостями от известной радиостанции. По пути они успели заехать за гвоздиками в цветочный магазин, и теперь, было время просто подумать, смотря на мир из окна бегущей машины. Майор размышлял. Думал он о предстоящих похоронах, о том, как будет смотреть в глаза жён и матерей его погибших товарищей. Чувство вины не проходило, а нахождение его в госпитале, исключало возможность работать, чтобы найти организатора и отомстить за ребят.

Такси остановилось у ворот ГК. Машину сразу окружили репортёры с микрофонами и камерами. Савелий, от их натиска и готовностью любым способом получить эксклюзив, слегка растерялся, но увидев оцепление у ворот, стал пробиваться ко входу на городское кладбище. Журналисты толкались вокруг, задавали много вопросов, перебивая друг друга. Сава молча прошёл за оцепление, показав удостоверение и пытаясь успокоиться от наглости журналистов, зашагал по аллее к часовне на территории ГК.

Церемония уже началась. Батюшка отпевал усопших. Первым, кого увидел Савелий среди прощающихся, был эксперт Фролов. Майор подошёл к