Супергерои: Нола - Алексей Кондратенко

Но несмотря на это, Нола частенько становилась мрачной и задумчивой. Поначалу она могла улыбнуться для вида, но внутри Нолы зрела темнота. Впоследствии она даже не улыбалась. И обеспокоенный Клим догадывался, в чем причина.

Нола продолжала посматривать видео в интернете, всё больше сужая круг своих интересов до политики, новостей, архивных статей, войн, преступлений, терактов, наводнений, землетрясений и прочих катастроф. Эта информация всё глубже задевала её за живое и заставляла печалиться, уходить в себя, замыкаться. Она всё чаще отказывалась от развлечений и становилась немногословной. Наш мир пугал и разочаровывал её.

Клим видел, что Нола страдает, принимая всё слишком близко к сердцу. Разочарование Нолы в нашем несовершенном мире неумолимо росло по мере знакомства со всеми его сторонами. А вместе с разочарованием Нолы укоренялось беспокойство Клима, что он её теряет. Ведь между ними быстро росла пропасть недомолвок.

Так продолжаться не могло.

Однажды вечером, чтобы попытаться наладить ситуацию и найти контакт, Клим осторожно заговорил с Нолой об этой проблеме напрямик. Он искренне хотел ее понять, поддержать и утешить.

— Ты такая печальная в последнее время. О чем ты переживаешь все эти дни? Поделись со мной, — заговорил с ней Клим, когда Нола вышла на балкончик-террасу посмотреть на набегающие грозовые тучи.

В тот вечер поднялся ветер. Над яркой полосой заката нависло хмурая облачность. Голуби залетали беспокойно. Приближалась серьезная буря. Первая для Нолы на Земле. Она стояла у самого края балкона, рассматривая город. Клим принес ей чай, а Нола даже не прикоснулась к чашке.

— Это красивая планета, — с грустной улыбкой издали начала Нола. — Вы создаете красивое искусство, неосознанно пытаясь через искусство упорядочить энтропию вселенной. Вы чувствуете, что где-то там есть хаос и стремитесь обуздать его созиданием. Вы умеете любить и заботиться о слабых. Это прекрасно.

— Так... — озадаченно промычал Клим.

А Нола продолжила, и в голосе её помимо теплой благодарности, зазвучала боль. И в глазах, к ужасу Клима, блеснули слезы и ярость:

— Когда я увидела тебя, такого же человека, как я, я так обрадовалась, что наконец нашла похожий мир! Я была ослаблена после крио-гибернации и всё равно счастлива, что ты меня нашел... Но я ошиблась. Твой мир не похож на мой. И люди не похожи на меня. Этот мир настолько несовершенен, настолько пропитан ненавистью и страданием, что мне больно, Клим! Века вражды ничему вас так и не научили. Войны, ядерные взрывы, преступность, насилие, нехватка продовольствия, нехватка медикаментов, искусственно созданные эпидемии, ложь о перенаселении, хотя Земля определенно рассчитана на три десятка миллиардов человек. Одни пируют, пока другие голодают и умирают, — впервые Нола с праведным гневом взглянула на Клима, пугая скрытой в ней бурей. — Что не так с вашим обществом? Как вы можете веселиться и отворачиваться от страданий, что творятся вокруг? У вас есть все ресурсы, чтобы положить конец голоду, эпидемиям, войнам! Но вы этого не делаете! Почему вы губите друг друга? В одном только двадцатом веке в результате войн погибли 126 миллионов человек. Нынешний век уже достиг отметки в 120 миллионов жертв войн за 25 лет! Это значит, что к концу столетия, цифра вырастит в четыре раза. Не считая жертв стихийных бедствий, несчастных случаев и голода.

Слова с болью хлынули из Нолы, будто кровь из раны.

— Ох, Нола... думаешь, мы этого не понимаем? — вздохнул Клим. — Люди тянутся к простым и добрым вещам, но всегда есть компании и правительства над нами, которым выгодны войны, выгодно стравливать народы. Джон Ленон пел: представь, если не будет стран и религий, не будет войн. Но он ошибался. Сегодня в мультикультурном мире еще больше преград и ненависти. Ты права, это очень несправедливый мир, но если мы будем думать только об этом, то впадем в депрессию, и ничего хорошего не выйдет. Мы пытаемся как можем изменить мир, но не простые люди задают правила игры.

— Не пытаетесь, — с сожалением покачала головой Нола, всё глубже уходя в тени своих тревог. Слезы каплями упали ей на плечи. — Не пытаетесь! Вы не представляете, насколько редка жизнь. Не понимаете, что существуют ТЫСЯЧИ вселенных, где жизнь в принципе невозможна и септилионы безжизненных планет! Но даже если осознаете это, всё равно не перестанете враждовать. Ваш вид погибает. Вы этого не видите, но это вижу я. И я не могу притворяться одной из вас! Я не такая, как вы!

Она отошла от Клима, а он потянулся за ней, чувствуя, как всё внутри сжимается от неосознанного чувства надвигающейся катастрофы:

— Нет, Нола, пожалуйста, дай объяснить... важно видеть не только тьму...

— Прости! Я не могу больше оставаться здесь.

Эти слова оглушили и словно вышибли землю из под ног Клима. Он с надеждой протянул к ней руку. А Нола отвернулась и устремила непримиримое лицо к темным грозовым тучам. Вытянувшись всем телом вверх, она оторвалась от пола. Взлетая. В этот момент пространство вокруг нее зарябило, искажаясь и создавая невидимый барьер.

— Стой! — взмолился Клим.

— Спасибо за всё, Клим. Прощай.

— Но куда ты пойдешь? — беспомощно спросил он.

Нола поднялась над его домом и с высоты обратила лицо к простому смертному с болезненной решимостью:

— Исправлять то, что вы не исправляете. Помогать всем, кого вы не замечаете. Если вы не можете, это смогу я.

И внезапный гром от её сверхзвукового рывка сотряс все здания в округе. Нола чиркнула по небу, оставляя за собой завихрения дождевых облаков. И исчезла.

А