Второй Шанс 4 - Аргус

— Верно, Сережа, не возражаю, — не стал спорить чекист.

— Катенок, мне пора, — сказал Саша продолжая обнимать свою жену. Она, виновато взглянув на него, прошептала:

— Прости меня, Сашенька.

— За что? — улыбнулся юноша.

— За то, что я не сдержалась и обозвала тебя иезуитом, — Катя прижалась к мужу, — но мне так стало жалко этих бедных девушек, которые последним, что увидели в этой жизни, были морды этих скотов, издевающихся над ними. И что тот, кто покрывал своего внука-урода выйдет сухим из воды.

— Не переживайте, Екатерина, — сухо сказал генерал, — не выйдет. На сколько я знаю Председателя, тот из него всю душу вынет!

— Люблю тебя, — шепнул девушке Саша, — я пошел.

— Возвращайся скорее ко мне, — попросила Катя, и, нехотя, отпустила мужа. Мужчины покинули квартиру.

— Вот они и ушли, — с грустью сказала девушка.

— Привыкай, внучка, — с улыбкой сказала ее бабушка, — так устроен этот мир. Мужчины уходят на подвиги: для работы, для мести и справедливости, а мы — их женщины — верно ждем дома. Давай послушаем одну песню.

Бывшая аристократка открыла радиолу, нашла в шкафу пластинку и поставила ее в проигрыватель. В динамиках, сквозь потрескивания винила, послышался глухой голос Марка Бернеса поющего «Темную ночь».

— Внимательно слушай этот куплет, — сказала бабушка.

'…Верю в тебя, в дорогую подругу мою

Эта вера от пули меня тёмной ночью хранила

Радостно мне, я спокоен в смертельном бою

Знаю, встретишь с любовью меня, чтоб со мной ни случилось…'

Лился из динамиков знакомый голос.

— Мужчина должен знать, что его ждут и встретят любого, — наставительно произнесла бабушка, — тогда он легко преодолеет все препятствия.

— Бабуля, я раньше много раз слышала эту песню, но никогда не думала над этими словами, — призналась внучка.

— Это потому, что ты еще тогда не любила. Не любила по-настоящему, как сейчас! Давай пить чай и будем ждать наших мужчин, — рассмеялась бабушка, — уверена, Саша со всем справится.

Служебная «Волга» неслась по трассе в поселок «Лопушки». За рулем сидел полковник, рядом с ним на переднем сиденье генерал, а сзади Саша и Сергей Порфирьевич.

— Александр, — сказал чекист, — мы тебя слушаем. Что ты хотел сказать об этом Принце?

— У него была своя банда. Не знаю, был ли это первый состав, или второй, или третий…

— Что значит — второй или третий? — уточнил Лукин.

— Я слышал, как он говорил, что нужно было еще раньше убрать Серого и Бурого. Такие клички были у этих уродов. А Принцем называли его они. Был еще третий, кажется Жека. Принц его убил раньше.

— За что? — спросил уже генерал.

— Я так понял у них была строгая иерархия и дисциплина. Первым насиловал жертв Принц. Остальные после. А Жека изнасиловал одну из похищенных девушек первым, до Принца. Тот его за это убил и затолкал ему бутылку в задницу.

— Вот придурок, — не сдержался полковник.

— Кстати, о бутылках, это очень важно, — произнес Саша. — Бутылка в промежности жертвы — это их фирменный стиль. И запихивал их лично Принц. И делали это идиоты без перчаток. Понимаете к чему я клоню?

— Как тут не понять, — хмуро ответил Лукин, — отпечатки на них должны были остаться!

— Вот именно! Если мы допустим, что эти бутылки попадут в руки милиции, тогда участие Принца в этих убийствах скрыть не удастся. И идея с шантажом его деда не выйдет, — кивнул Саша.

— Что ты предлагаешь? — спросил не вмешивающийся до этого в разговор генерал.

— Нужно оцепить овраг, где могилы, силами КГБ. Вскрыть все захоронения и тщательно задокументировать все, что будет там найдено. Это для Председателя. А потом…

— Что потом? — спросил Лукин.

— Потом извлечь все бутылки и отправить их на дактилоскопию и снова все задокументировать, но уже без бутылок. Это будет версия для милиции и прокуратуры.

— А как без бутылок мы свяжем эти убийства с убитыми в доме уродами? — спросил Сергей Порфирьевич.

— Думаю, через Жеку. Наверняка, Серый и Бурый с ним дружили. Могилы рядом с этим домом, который принадлежал бабушке Серого.

— Ну и что? — не отставал дедушка Кати. — Мало ли с кем кто дружит? Причем тут убийства девушек?

— Саша прав, — пояснил полковник имеющий огромный опыт оперативной работы, — Жека зарыт рядом с телами убитых девушек. А как он там оказался? Кто знал это место? Ясно, что это сделали его подельники. Они же и девушек убили.

— И еще, — добавил юноша, — я видел как ни разложили Юлю, разорвали на ней всю одежду, руки и ноги привязали к углам кровати, а между ног бутылку пристроили.

— Саша прав, — вздохнул генерал, — хоть это и называется фальсификация улик! Как я вообще на это согласился?

— Выигрыш в случае удачи огромный. А отсутствие бутылок, если все вскроется мы легко объясним, — ответил Саша.

— Ну давай, я уже ничему не удивлюсь! — произнес чекист.

— Мы убрали бутылки, чтобы не травмировать родителей убитых девушек картиной тех зверств, что с ними сотворили эти мрази.

— Так себе отмазка, но может и сойти, — усмехнулся полковник.

— У меня вопрос, товарищ генерал! — произнес Саша.

— Спрашивай.

— Кто из этих экстрасенсов самый: глупый, наглый, высокомерный и завистливый? — спросил юноша.

— Да они все такие! Жулики! Извините, товарищ генерал, — с досадой произнес Лукин.

— Жора! — рассмеялся чекист. — Не дискредитируй наш отдел в глазах молодежи! — он стал серьезным. — Но полковник прав, сам черт не разберет врут они или нет о своих способностях.

— Если Вы не верите в это, то почему Вы этим занимаетесь? — удивился Саша.

— Поэтому и занимаюсь! В это верит наше высшее политическое руководство! Даже не знаю почему. А меня поставили, потому что мне голову просто так не задурить. Я никому на слово не верю и все проверяю, — ответил генерал.

— Ясно почему они верят, наше высшее политическое руководство, —