Бастард Императора. Том 20 - Андрей Юрьевич Орлов

— Озвучьте информацию по фронту, — произнёс император и повернулся к мониторам.

Мы с Эйкхирией-Дарьей тоже обернулись.

Аналитики и тактики начали давать сводки. Я смотрел на мониторы, понимая, что дела стали чуть лучше, чем были. Пришла помощь от Японской империи.

У них граница меньше, поэтому плотность сражения ниже, и благодаря этому они смогли перенаправить часть сил к нам. Свадьба хоть и была сорвана, но мы всё же закончили церемонию, а значит союз заключён на официальных условиях.

Император отдавал приказы, пока я в полуха слушал его и аналитиков. Они готовили какой-то свой план, а я свой, смотря за движением сил врага.

Когда план был практически утверждён, я решил вмешаться:

— Император. Ситуация стала чуть лучше, чем была, но нас всё ещё теснят.

— У вас есть предложение, граф? — большая часть аналитиков посмотрела на меня.

Я прошёл к интерактивной карте и указал на ней точку.

— Это самоубийство… — тихо прошептал кто-то, но я его услышал.

Император же молчал, смотря на указанное мной место. Оно находилось в самом скоплении сил врага в одной из прорванных частей.

— Если вы сейчас появитесь на поле боя где-то с краю, то конечно же подбодрите войска, но мы всё равно останемся бодаться стенка на стенку, а это потеря воинов, времени и сил. Поэтому я предлагаю атаковать в самый центр.

— Император, — встал один из, судя по всему, стратегов.

— Говори, — повелительно кивнул ему тот.

— План уважаемого графа слишком рискован… И это ещё слабо сказано. Вы окажетесь в окружении врагов. На вас могут бросить все силы, какие только есть, чтобы убить и получить преимущество в войне…

Я молча слушал его, пока он рассказывал свои доводы. Мне понятно, что они переживают за своего императора, вот только у нас тут война, а не игры. Все они предлагают одну и ту же стратегию, но с разных сторон. Просто атаковать с краю и продавить всей имеющейся мощью.

Идиоты. И император будет идиотом, если согласится с ними. Пожалуй, придётся вмешаться… Пока мы будем продавливать врага, мы создадим такой плотный напор с их стороны, что будем вынуждены долбиться в монолитную стену, так ещё и с риском, что нас в итоге зажмут.

Но главная проблема в каждом их плане — это человеческий ресурс. Чем дольше идут эти сражения, тем больше людей мы теряем. Да, они восполнимый ресурс, но это люди. У каждого из этих людей есть свои мечты, свои стремления, своя семья, те, кого они любят и кто любит их.

Я, одарённый силой, всегда шёл впереди всех, чтобы сократить человеческие жертвы, и сейчас меня тошнит от тех решений, которые они предлагают. Про таких людей обычно говорят «штабная крыса».

— Граф, — император внимательно посмотрел на меня. Впрочем, не только он. — Вам есть что сказать?

— Война — это не про слабость и не про трусость, — начал я, проходясь по взглядам всех находящихся сейчас в рубке. Практически каждый прятал взгляд вниз, не способный смотреть мне в глаза. — Война — это в первую очередь победа, — продолжил я. — И победу нам обеспечивает не император, а все те, кто сейчас находится на поле боя и проливает свою кровь, а также умирает во имя империи.

* * *

Эйкхирия стояла, сложив руки на груди, и слушала Сергея. Его голос звучал спокойно, но в то же время яростно и громко, отражаясь эхом от стен. Все присутствующие либо внимательно смотрели на него, чуть ли не заглядывая в рот парню, либо опустили свои взгляды к интерактивной карте.

— Своими словами и предложениями, вы позорите Российскую империю и подписываете смертные приговоры всем тем, кто сейчас сражается внизу. Да, мы можем атаковать врагов с краю, но к чему это приведёт? К затяжному бою. К бою, в котором будет умирать всё больше и больше людей. У нас прорыв фронта. Враги разделились на три части. Одну мы уничтожили, но две сейчас не дают возможности продохнуть нашим войскам. Если мы атакуем с краю, то нас всё равно могут зажать от второй точки прорыва. И что в этом случае делать? Отступать? И сколько раз нам так отступить? Один, два, три? А может вообще атаковать в место подальше, где нет такого скопления врагов? Так может в таком случае вообще не выходить императору на поле боя, раз вы хотите уберечь его, а не победить⁇!

В этот момент голос Сергея прозвучал яростнее всего. Эйкхирия, продолжая слушать, мельком взглянула на императора этой страны. Тот стоял, внимательно смотря на парня.

— Вы аналитики и стратеги своей империи! Вы её гордость! Вы одни из лучших! — продолжил яростно говорить парень, окидывая зал взглядом. — Так скажите мне, почему вашими голосами сейчас говорите не вы, гордые слуги и жители своей империи, а прихлебатели и трусы⁇! Почему вы думаете не о том, как победить с наименьшими потерями и быстро, а о том, как держать подальше от сражения императора⁇! Почему вы так не верите в силу своего лидера и силу тех, кого лично отбирал император⁇!

Эйкхирия, смотря на Сергея, нервно усмехнулась, чувствуя, что и сама уже готова броситься в бой. Харизма парня в который раз тронула девушку. Никто в зале больше не прятал взгляда. Все смотрели на графа, слушая каждое его слово.

Девушка понимала, что Сергей только что наговорил себе на проблемы, но в то же время понимала, что у него у единственного здесь есть яйца. Он не боится ни гнева этого императора, ни последствий своих слов. Сергей… Просто знает, что должен делать. Как и тогда, на Ультиме.

— Может пришло время показать нашим врагам, что они должны бояться вас, а не ждать очевидных ходов⁇! Показать тем, кто сейчас сражается на передовой, что вы хоть и далеко в небе, но сердцами с ними! Представьте, что каждый из вас сейчас внизу, рядом с товарищем! Станете вы отступать и трусить, или подставите плечо и щит, чтобы защитить ближнего⁇! Готовы ли вы предать их ожидания, зная, что все они ждут от вас решений, которые приблизят нас к победе, или вы всё же перестанете жевать сопли и оправдываться, и наконец направите меч императора на врагов⁇! Император — это не только правитель и сердце страны, но и её сильнейшее оружие, что он уже и доказал в сражении ранее! Так и используйте его так, чтобы враги пали на колени, перед