Нульт - Константин Аникин

Финита и Пипетка, похоже, пришли к какому-то соглашению. Пип скрылся в доме, вернулся с довольно толстой пачкой валюты в руках и сменял ее на маленькую катушку пленки. Финита прожгла его взглядом напоследок и торжествующе покинула поле локальной гендерной битвы. Пип что-то такое сказал ей вслед, что Зиро показалось, что на мгновение свет белый померк. Зиро снял наушники.

– Ну как? – Пипетка присел рядом.

– Нормальный замес. Дергает за душу.

Зиро порылся в карманах и нашел простенькую глушилку, замаскированную под одноразовую зажигалку, и отдал ее Пипетке.

– Слабенькая, конечно, но всякую мелочь, вроде мобил и уникодеров, глушит. Включается, когда прикуриваешь. Ты прям как ребенок!

– Где ты вчера был такой умный? – Пипетка меланхолично щелкал кремнием. Агменты Зиро фиксировали незначительные помехи.

– На сколько влетел?

– А… Влетел и влетел. – Пипетка махнул рукой. – Слушай, вот тут пакетик с семенами лежал. Ты не видел?

– Нет.

– Вот зараза. Подрезала. Нет, ну что за девки пошли, а?! Невозможно просто. Так и в Человека-Паука превратится недолго.

Человек-Паук был известный (единственный) воркуйский серийный маньяк-убийца, резавший женщин где-то на излете совка. Давняя и очень мутная история.

Зиро пихнул локтем в бок пригорюнившегося Пипетку.

– Да бросай ты этот компост, Пип! Секс – дело техники! Я уже вообще не представляю, как можно совать в органику. Заходи как-нибудь, и мы тебе покажем настоящий хентай!

Аи зарделась.

Зиро подобрал с пола игровой кейпад и вывел на панель меню секс-плагина Аи.

– Смотри, здесь все просто, – Зиро скользил по пунктам выпадающего меню. – Сначала выбираешь партнера. Если тебе не нравится Аи, можешь сменить модель – там, в пресетах, есть еще другие телки. Я регулярно выкачиваю всех основных порнозвезд. А можешь и сам сконструировать кого-нибудь, если не влом. Количество партнеров не ограничено. Так, здесь технические настройки: стили, позы, длительность, скорость, глубина, точки…

Зиро ставил отметки на трехмерной мужской фигуре.

– Если сложно, на первых порах можно все через Мастера Настройки сделать.

Зиро включил Мастера Настройки. Мастер Настройки выглядел, как Зигмунд Фрейд.

– Учти, это японская версия, она много чего может. Советую попробовать буккакэ. Сейчас очень модно.

– Чего попробовать?

– Буккакэ. Это… эээ… групповая оральная эякуляция, – пояснил Зиро. – Вот тут проставляешь количество шлангов. Если хочешь, у Аи на шее будет специальный воротник, – он приложил к шее растопыренные ладони, – чтобы ни одной капли битамина эсу не пропало.

– Чего не пропало?

– Витамина С. Сперма, на жаргоне. Еще прикольно включить буккакэ вместе с гоккуном.

– ???

– С заглотом, – торопливо пояснил Зиро, мельком глянув на ошалелое лицо друга.

– Видишь, тут можно подкрутить визуальный объем спермы, будет мощно, как извержение Везувия. Размер члена тоже можно изменить. Вот, смотри типа дэйкачин-ХХL.

– Ого!

– А ты думал!

Зиро увлекся.

– Так, ну это всякая попса: анару – анальный секс, шибари, это такое японское садо-мазо с веревками, дань эпохе Сенгоку, тентакли всякие, зентай, cуси на голом теле, ашикоки…

– Ашикоки?!

– Да. Эти типа как пайдзури, только не сиськами, а ногами. Древнее японское искусство.

– Ногами?! – Пипетка схватился за голову.

– Потом переключаешь ее в режим лоликон и ставишь вишенку…

– Вишенку?!

– Ну да. Несовершеннолетняя девственница.

Я многого не знал о своем лучшем друге, читалось на лице Пипетки.

– Как настроил, одеваешь экс-костюм. У меня прекрасный Бинарный Экстаз три икса делюкс от Теледилдоники. Дорогой, пиздец. Беспроводной. Полноконтактный, 99, с хером, процентов покрытия тела. Только, короче, дырки для глаз. Все умеет. Невероятные тактильные ощущения. Регулируемая степень влажности. Удобный спермоотвод. Ммм! И все, понимаешь? Задал программу, одел костюм, одел очки, моргнул куда надо, и вперед, факку! Потрахался, выключил и забыл. Мозг не страдает. И это главное. На кой тебе все это надо, чувак? Весь этот, – Зиро взболтал рукой воздух, – болливуд? Заходи, мы с Аи тебе все красиво сделаем.

Зиро запустил программу вхолостую, представляя, как дома, в темном шкафу, вспучивается губками-язычками-пальчиками, изгибается и корчится пустой секс-костюм. Серебристый. Из тончайшей электроэластики.

– Только ты его потом сам постирай.

Пипетка непроизвольно поежился.

– Да знаю я все это. Просто секс-симы не по мне. У меня от всего этого мурашки по коже. Секс с Тенями как… амфетаминовый гон. Так же неправдоподобно совершенен. Она же, – Пипетка кивнул на Аи, – может быть чем угодно. Кого же ты тогда трахаешь на самом деле? Нули и единицы? Или тебя просто костюм дрочит? Это меня беспокоит.

– А ты не беспокойся. А то не встанет. Пип, это банальная технопаранойя. Ты же все рано так или иначе трахаешься с операционными системами. – Зиро кивнул на Пипеткины компы. – Я просто предлагаю тебе получить от этого удовольствие. В конце концов.

– Старик, ничего не поделаешь. Моя специализация – древнейшие способы обмена данными. Мясные автоматы. Ретро, так сказать.

– Нравится девкам жизнь ломать, красавчик? – Зиро глумливо улыбнулся.

– Да иди ты! Извращенец… Ты чего, ваще, приперся?

– Дунуть хочу, – сказал Зиро, обнимая друга за плечи и обворожительно улыбаясь.

– Дунуть он хочет… – Пипетка с деланым недовольством сбросил руку Зиро с плеча. – Дунуть надо заработать!

– За дозу я готов на все! – Зиро едва сдерживал смех. – Хочешь, я убью эту сучку?

Пипетка больше не мог прятать улыбку.

– Ладно, пошли, торчок проклятый.

Музыка музыкой, но на жизнь себе Пипетка зарабатывал продажей марихуаны. В подвале его дома располагалась гидропонная оранжерея непрерывного цикла, хэмп-фабрика, как гордо именовал ее Пипетка. В подвале все был залито ярким желтым светом и играл тот самый совершенно секретный даб, повышающий урожайность на сколько-то там процентов. В центре подвала, под батареей рефлекторов с мощными лампами, росло где-то десять квадратных метров травы. Свежая посадка, еще в вегетативной фазе развития. Сколько там кустов, сказать было сложно – Пипетка растил траву по технологии «зеленое море» – все кустики сверху были прикрыты крупноячеистой сеткой, которая принуждала растения расти не вверх, а вширь, и освещение распределялось равномерно для всей листвы. Получался этакий ровный газончик дури. По стенам стояли большие пластиковые шкафы – компьютеризованные гроубоксы замкнутого цикла. В самом большом одном тихо прели бонсайные мамки разных сортов, цветущие женские кусты, с которых Пипетка нарезал клонов. В других рос разнообразный эксклюзив на разных фазах развития. Пипетка остановился возле одного из них и открыл дверцу. Там было три куста, на глаз вполне созревших, – листья почти все опали, могучие шишки побурели. Но Пипетка невооруженному взгляду не доверял. Он оторвал пинцетом по кусочку от каждой верхушки, пошел к рабочему столу, заваленному всяким садоводческим инвентарем, и некоторое время рассматривал образцы под микроскопом. Ну, нормально, – заключил он и взял в руки секатор. Он выключил свет в гроубоксе и вытащил горшки с кустами наружу.