Тёмное время - Андрей Булычев

Пятого октября, когда солнце уже начало клониться к западу, караван прошел знакомую длинную излучину с большим островом посередине. Еще один поворот, и будет уже гостеприимная булгарская деревня, где их так хорошо принимал староста Бикташ.

– Дымком тянет! – Родька, задрав голову, принюхивался, стараясь уловить еле различимый запах гари. – Так-то для лесного пала поздновато уже будет, совсем ведь недавно хорошие дожди всюду прошли. И чего это тут горит тогда? – И он посмотрел вопросительно на Варуна.

– Броню надеть! К бою! – вдруг рявкнул старшина андреевцев, кидаясь к тому сундуку, где лежали его оружие и бронная защита. По палубе затопали десятки ног, и уже через несколько минут на судне в боевом облаченье стояли не мужики-гребцы, а три десятка снаряженных для боя воинов. С минутной задержкой все это повторилось и на всех других судах. А караван в это время втягивался в последний поворот перед селом.

Укрепленное поселение пылало! Вот откуда тянуло дымком на реку. Как видно, только недавно его взяли приступом, и основная масса атакующих была сейчас внутри, за разбитым частоколом. А возле него, с наружной стороны стены, у лежащего бревна-тарана и рядом с проваленными вовнутрь створками ворот сидел на гнедом жеребце в окружении двух конных десятков предводитель нападавших.

«Уходить или бить?!» – только лишь три удара своего сердца раздумывал Варун, вглядываясь из-под ладони на берег. – К пристани правь! – рявкнул он и перехватил поудобнее щит. – По два десятка на берег в стенку, остальным бить болтами и стрелами с судов! Молчан, передай по всему каравану: «Делай, как я!».

Не успел еще борт ладьи коснуться бревен причала, а с нее уже посыпались воины, сбегая вниз и выстраиваясь в плотный ряд.

От взятого укрепленного села загудел протяжно рог, и к предводителю через разбитые ворота начали выбегать вооруженные копьями, топорами, изредка мечами или саблями пешие воины. Если бы вся эта орава бросилась бы разом на маленький, ощетинившийся копьями и мечами отряд, то Варуну с его двумя десятками пешцев устоять против такой большой толпы было бы невозможно. Но предводитель противника, гарцуя перед своими воинами, все медлил, как видно, дожидаясь их сбора. А в это время на пристань причалило еще две ладьи, строй андреевцев уплотнился и даже подался немного вперед. Наконец от села послышался резкий рев рога, и вся эта орущая толпа с оружием в руках понеслась разом к реке. За ними по пятам следовал и небольшой конный отряд во главе со своим предводителем.

– Стрелки, тоовсь! – рявкнул Варун, оборачиваясь к тем трем десяткам лучников, что замерли в готовности у ладейных бортов. – Митька, вы самострелами конных бейте! Стенка бьет сулицами, а потом всех на мечи! Стоять крепко, робята! Нам только их первый натиск сбить, а потом они сами прочь посыпятся!

Четыре, три сотни шагов до врага.

– Петька, Марат, мы воеводу бьем! Оська, Игнат – ваши боковые, те, что рядом с ним! – выкрикнул Митяй, припав к прицелу своего «реечника».

– Щелк! Щелк! Щелк! – практически одновременно ударили все пять арбалетов, а ребята уже накручивали на них рычаг зарядки.

– На пятнадцать щелчков хватит! – крикнул старший самострельного звена, натягивая дугу своего мощного оружия.

Троих конных во главе с воеводой видать уже не было, а около лежащих на земле тел крутились человек пять спешенных всадников.

– Хэк! – резко выдохнули лучники, выпуская первые стрелы в набегающих.

Всего два удара сердца, и новая тяжелая стрела с граненым острым наконечником, вырванная из колчана, срывалась опять с тетивы. – Хэк! Хэк! Хэк! – Три десятка лучников били с удобных позиций, возвышаясь над бортами своих судов.

– Есть! Есть! Есть! – выкрикнули почти одновременно самострельщики, докручивая рычаги зарядки.