Девятый. Книга 3 - Алексей Шмаков

— Мало того что на это требуется много сил, так ещё и не будет стопроцентной гарантии, что сработает. Поэтому я и прошу тебя помочь. Если ты смог совладать с Великой княжной, то и с моими сорванцами справишься. Прости, но ничего стоящего в качестве платы за эту услугу я не могу тебе предложить. У тебя уже есть моя поддержка. Ничего более ценного у меня нет.

— Я же говорил, что если это будет в моих силах, то обязательно выполню вашу просьбу. И мне не нужна никакая плата за это. Я сдержу ваших внуков. Только вы пообещайте, что не станете поддаваться Бастиону. Нет, раскрывать своих козырей не стоит, — поспешил я успокоить, вмиг нахмурившегося Шуйского. — Просто деритесь в полную силу и наваляйте Романову так, чтобы его родная мать не узнала.

— Постараюсь не разочаровать тебя. Твои родители гордились бы тобой Виктор. Ты вырос достойным человеком. Главное, не растеряй этого достоинства и пронеси его через всю свою жизнь, — Зверь протянул мне руку, в которой утонула моя ладонь, аккуратно пожал её и коротко кивнул. Этого для меня было вполне достаточно. — Когда выйдешь, скажи чтобы меня больше никто не беспокоил. Хочу в тишине подготовиться к предстоящему сражению.

Кивнул и отправился на выход. Я выполню просьбу Владимира Дмитриевича, даже если мне придётся повиснуть у Максима на шее. Но буду надеяться, что до этого не дойдёт.

За дверью меня как раз ждало трио младших Шуйских. Которые тут же налетели с расспросами. Они хотели узнать для чего Зверь позвал меня и чего такого говорил, раз выгнал их.

— Дайте мне свои руки, — не став пока ничего рассказывать, произнёс я и демонстративно вытянул свою руку.

Шуйские переглянулись между собой, словно ведя беззвучный диалог. Андрей слегка кивнул и первым протянул мне руку. Первый же и получил от меня метку. Процесс совершенно безболезненный и поэтому Андрей просто пожал плечами, так и не поняв, что произошло.

Примеру старшего брата последовали и Яна с Максимом.

— Во теперь я могу вам всё рассказать. Владимир Дмитриевич попросил меня удержать вас от опрометчивых решений во время его боя с Бастионом. Зная вас, он уверен, что вы обязательно решите ему помочь. А подобного допустить нельзя, — развёл я руками и двинулся в сторону лестницы ведущей наверх.

— Что ты с нами сделал?! — раздался за спиной крик Яны и я резко ускорился. Не хватало мне ещё драться с ней. А ведь Яна вполне может и напасть.

Надеюсь, что хоть присутствие императора сможет её от этого удержать. А то придётся ведь тогда прилюдно опозорить Яну. Подобного она мне точно не простит.

Виктор

Император и его приближённые занимали центральные места, с которых арена была видна как на ладони. Помимо императора и Велены, здесь находились Павлов, Багратион и дядя Коля. При виде телохранителя Велены я непроизвольно расплылся в улыбке. Ему удалось выжить. И как-то мне сразу стало стыдно. После того как пришёл в себя, даже не поинтересовался судьбой бойцов, что остались прикрывать наш отход.

Но ничего. Вот сразу после дуэли и займусь этим вопросом. Может, кому-нибудь из людей Николая Анатольевича нужна помощь целителя? Хоть как-то отблагодарю их.

Ещё здесь были старшие члены рода Шуйских и восемь человек, которых я видел впервые. Они держались обособленно от остальных и старались даже не смотреть в их сторону. Должно быть, это представители рода Романовых. Раз Шуйские находятся рядом с императором, то и вторая сторона конфликта также должна быть здесь.

А вот первого советника отчего-то не было рядом с императором. И это было очень странно. С того момента, как Всеволод I пришёл в себя, Григорий Константинович не отходил от него ни на секунду. Сейчас же, когда мне необходимо было уточнить у него некоторые моменты, Вяземского не было.

— Виктор, иди к нам, — увидев меня, крикнул Илья Валерьевич. Хотя в этом и не было необходимости. Нисса, как раз сидела рядом с целителем и я в любом случае пошёл бы к ней.

Члены рода Романовых с интересом посмотрели на меня. Пока они не знали, что это за неизвестный парень, которого удостоили чести находиться в императорской ложе. Но ничего сегодня вся империя узнает обо мне.

— Не знаете, где Григорий Константинович? — спросил я, сев рядом с Ниссой.

— Скоро ты его увидишь. Первому советнику отведена очень важная роль в этой дуэли, — загадочно произнёс Илья Валерьевич, но всю его загадочность тут же уничтожил Николай Анатольевич.

— Сегодня Вяземский будет выступать в роли судьи. Жребий пал именно на него.

В таком случае мне ничего не остаётся, кроме как ждать. В нужный момент Вяземский должен переместить меня на арену, где я исцелю дуэлянтов.

Илья Валерьевич тоже хотел мне что-то сказать, но он просто начал беззвучно открывать и закрывать рот. Впрочем, исчезли абсолютно все звуки. Все начали озираться по сторонам и в этот момент со своего места поднялся император и направился к специально подготовленному для этого момента возвышению.

Настала пора дуэли начаться, но перед этим император должен был обратиться к подданным. Традиция, которой уже не одна сотня лет. Перед началом последней дуэли император должен был предложить сторонам примирение. И как мне рассказывали было несколько случаев, когда дуэлянты принимали это предложение. В какой-то степени интрига сохранялась всегда.

Это присутствующие в ложе императора знали, что Зверь и Бастион не пойдут на мировую, а вот для всех остальных подданных императора это было загадкой. Хотя по поводу Романовых я не был уверен. Вполне возможно, что Бастион не стал ничего рассказывать родственникам.

С арены велась прямая трансляция и сейчас миллионы жителей империи сидели перед своими телевизорами в ожидании небывалого зрелища.

Речь императора заняла минут десять, после чего в центре арены закружился чёрный вихрь и на пару мгновений всю арену накрыло непроглядной тенью. Начали раздаваться удивлённые возгласы, но никого это выступление Вяземского не напугало. Тень исчезла, а чёрный вихрь заканчивал своё движение, начав стремительно таять и перед всеми предстали три сильнейших человека в империи. Три внеранговых одарённых.

После этого снова заговорил император, предлагая дуэлянтам, решить дело миром.

— Отказываюсь! — практически одновременно сказали Шуйский и Романов.

Император тяжело вздохнул, играя на камеру и дал добро на начало дуэли.

Сразу после этого в дело вступил Григорий Константинович, начав объяснять правила, которых практически не было. Единственное — бойцы должны сражаться только собственными силами. Никакого оружия. В смертельном поединке не может быть никаких правил.

Вяземский ушёл в