ЭлектроРод - Валентин Cactus

Я не стал класть девушку в капсулу, а положил её на лежак. За мной в дверь протиснулся Всеволод.

— Ты это можешь и с людьми делать? — он прижимал платок к носу из которого хлестала кровь.

— Она не совсем человек, — тихо сказал я, чтобы остальные не слышали.

— Она двигалась так быстро, это был точно дар, так не может двигаться хм-м-м, автоматон.

— Я не автоматон, — открыла глаза девушка.

Мы дёрнулись. Она лежала и не шевелилась, лишь стеклянным взглядом смотрела в потолок и шевелила губами.

— Извини, — наконец собрался с мыслями я. — Я ещё не изучил свой дар. Я не думал, что могу влиять на людей.

Я выжидающе замолчал.

— Я не автоматон, — снова заговорила девушка. — Но и человеком меня назвать сложно. Я десять лет провела в том гробу, что стоит в углу. Я была парализована и едва могла есть. Пару лет назад у меня начали отказывать органы. Отец покупал новые, но они не могли жить в моём теле слишком долго, тогда он нанял лучших учёных и те изготовили мне искусственные органы. Это не подняло меня с постели, а только принесло мучения, — из её глаз потекли слезы. — Я просила его прекратить, но он не желал сдаваться.

— Ты Неонила Варгина? — спросил Всеволод в повисшей паузе.

Та лишь отрывисто кивнула.

— Меня смогло поднять лишь оно, — продолжила она помолчав. — Оно проникло через технику. Потекло по моим венам. Оно проникло в механические органы, и они, наконец, заработали как надо. Я наконец смогла встать, смогла стать сильной. Но оно забрало сначала мой покой, а затем и мой разум.

— Оно, это то, что в них всех вселилось? — Всеволод тяжело присел на кресло в углу комнаты. Из его носа всё ещё хлестала кровь.

Я кивнул, понимая о чём она говорит.

— Я знаю, что там всё разрушено, — продолжила она. — А я не смогу встать без этой… тьмы. Без медицинской помощи я всё равно скоро умру. Могу я попросить тебя убить меня? Я не хочу чувствовать день за днём, час за часом приближения смерти.

Всеволод вопросительно воззрился на меня.

— Я помогу, — ответил я и положил руки ей на плечи. Я точно знал, что если тьма сумела проторить в ней дорожку и запустить всё так, как было нужно, то, скорее всего, я тоже смогу решить эту проблему.

Внутри всё было правда выжжено. Но по этим разрушенным каналам я понял, куда направлять свою силу. Разряды перепаивали дорожки, изменяли форму и назначение полупроводников, рвали искусственные ткани и спаивали их как должно. Под моими пальцами всё закружилось. Знание хлынуло внутрь, и я отдался ему полностью.

Я очнулся на кресле в той же комнате. Кажется я вырубился. Надо будет теперь знать, что перенапряжение может вылиться вот в такие вот последствия. Надо мной склонился Всеволод.

— Фух, — выдохнул он. — Я думал ты того, ну этого. Ты понял.

Я лишь отрывисто кивнул, и посмотрел на лежащую Неонилу.

— Она не поднялась? — задал вопрос я.

— Нет, — обернулся он к ней. — Кажется тоже потеряла сознание.

Вдруг девушка подняла руку, приложила ко лбу и застонала.

— Что? — резко подскочила на кровати она, и заозиралась. — Это ты сделал? — остановила она взгляд на мне.

Я лишь кивнул.

— Но как?

— Тьма оставила свой след, раз она смогла это сделать, я тоже смог, — пожал плечами я.

Она спустила ноги с лежанки и резко поднялась, сначала потеряв, но затем снова обретя равновесие.

— Я даже встать могу, — проговорила она.

— Это я не делал.

— Я знаю, — кивнула она. — Моим мышцам давали нагрузку электродами, а оно научило меня ими пользоваться. Надо найти моего отца, — вдруг вспомнила Неонила. — Он будет в восторге. От того, что ты вылечил меня, — она нахмурилась. — А ты кстати кто?

— Вадим Казанцев, — я встал и поклонился, как подобает.

— Неонила Варгина, — я бы присела в реверансе, ухмыльнулась она невесело. — Но боюсь упасть. Ты можешь просто называть меня Ниной.

Мы вышли из палаты, и когда проходили мимо трона, Нина обошла его по большому кругу. Это огромное пафосное кресло было сложено из частей поверженных автоматонов. Их кости и панели были согнуты, чтобы цепляться друг за друга.

— Почему твой отец собирал здесь все эти склады? — задал я вопрос, пока мы поднимались обратно на поверхность.

Она пожала плечами и чуть помолчав ответила.

— Ты знаешь, я не много знала о его делах. Я слышала, что он считал, что всё что происходит в мире должно закончится грандиозной войной. Кого и с кем — я уже не помню. Меня отравили, когда мне было около двенадцати. Но мать спохватилась, увидев, что я бледнею на глазах, яд вывели, отравителя… это был один из поваров, его казнили. Но после этого случая я стала болеть. Врачи говорили, что яд успел разрушить слишком много тканей в теле. Я всё больше времени проводила в капсуле восстановления. И вскоре совсем осталась там лежать. Отец перенёс капсулу в подвал, где поставил огромную охрану. Меня охранял весь склад боевых автоматонов. Тех… которых я разорвала, когда оно в меня вселилось.

— Мне сложно представить, как это возможно, — признался я.

— Это мой Дар. До того, как меня отравили, я была надеждой отца, его корпорация строилась и он надеялся передать её мне. Мой дар был силён и я была здорова, как бык. Мне была дарована скорость. Соответственно при нужной сноровке, супер скорость превращается в