Дворянство. Том V - Дмитрий Лим

М-да. Сегодня многолюдно. Причём именно «людно». Носителей, раз-два и обчёлся.

Приветливо кивнул знакомому официанту, который меня узнал, мельком посмотрел на Лену, которая ворковала со своим блондинчиком и тут же пошёл к лестнице, которая вела в кабинет покойного Эдварда Тойвовича. Которого, разумеется, там уже и быть не могло.

Виктория, как только увидела меня, заметно повеселела. По-приятельски обняла, вставая со своего места за столом, видимо, не понимая, что как лидер гильдии она этого делать не должна, и указала на стул напротив. После позвала Свету.

Волшебницу ветра пришлось ждать чуть больше пяти минут. Выдёрнули ее с работы, считай. Запыхавшаяся волшебница, которая ввалилась в кабинет, не сказать, что была рада меня видеть. Но всё же дань уважения проявила. Поклонилась, на наше общее удивление.

— Неожиданно как-то, — спокойно сказал я, реагируя на её жест. — Поговорить надо.

— Здесь? — спросила она, не разгибаясь. — Мы можем уйти в кабинет Лены, можем уехать в любое другое место, как пожелаете.

— Светлана? — вопросительно позвала её Виктория. — Ты чего это кланяешься?

— Указ Бурдина ещё до его смерти по наёмникам.

— Какой указ? — одновременно спросили мы.

— Считать Волконского Ярослава Алексеевича сильнейшим наёмником на данный момент и оказывать ему почести при встрече.

— Я же не аристократ, — возмутился я. — Завязывай давай.

— Приказы сильнейших не обсуждаются, — спокойно ответила Света, но всё же разогнулась. — Тебя знает каждый маг-наёмник в этом городе. Знает, что ты надрал задницу Лосеву, причём сделал это довольно показательно и нагло, а он — сильнейший маг огня. А ещё знаем, что ты что-то изменишь в скором времени.

— Со слов Евгения Михайловича? — хмуро спросил я.

— Разумеется, — натянула на лицо улыбку Света. — Поверь, последнее, что я хочу делать, это кланяться тому, кого учила быть наёмником. Но, как показывает практика, сильнее тебя уже нет и не будет. Работая на Владимира Петровича ты стал сильнее. Словно рос как на дрожжах.

— Ты меня не учила, — осадил её я. — Ты мне показала, что маги — показушники. И что с ними нужно справляться быстро и качественно, чтобы они уже не вставали.

— Как ты это сделал с Леной? — огрызнулась она. — Стёр ей память о себе и думал, что этого никто не заметит?

Вот тут обстановка заметно накалилась. Виктория встала из-за стола в каком-то грозном жесте, а я лишь улыбнулся и попросил пояснить, кто это заметил и как это мутант мог такое проделать с магом. Но следующее, что сказала Света, заставило удивиться меня ещё сильнее.

Тот самый Альберт. Выскочка из покойников, заметно сильно прошёлся по моей личности. И не только здесь, но и в других местах. Больше десятка магов знает о том, что я девиант. Но под страхом смерти боятся ляпнуть это в массах.

Вот ведь сволочь! Услужил так услужил, сделал на меня рекламу, да не самым лучшим образом.

— Но, если тебе будет спокойнее, никто из десятка не проговорился о том, кто ты такой. Даже покойного мага боятся больше, чем тебя.

— Я не заставляю кого-либо бояться меня, — отмахнулся я. — И уж тем более, не собираюсь тебя трогать.

— А знаешь что, Ярослав? — она недовольно покосилась на Викторию, но всё же продолжила: — Если бы ты сразу был честен с теми, кто тебя окружает, у тебя бы было больше близких и друзей. И не пришлось бы стирать память девушке, которая любила тебя больше жизни. А сейчас ты знаешь, что с ней происходит? Как её всю ломает, потому что она не понимает, почему так мало может позволить себе чувствовать?

— Не перегибай, — строго ответил я. — Не твоего ума дело, что и как я делаю. А теперь, — я поднял и выставил указательный палец, чтобы она замолкла, — ответь мне на вопрос. Кто такая Анастасия Ветрова?

Света покорно кивнула, села в кресло и начала, словно специально, медленно растягивать буквы в словах, раздражая мой слух.

Анастасии было двадцать четыре года. Почему было? А потому что её больше никто так и не видел после события на предприятии её отца. Что там было на самом деле, разумеется, никто не знал. Но я догадывался.

Скорее всего, Владимир Петрович устроил там мясорубку, когда та убежала. Думая, что родители спрятали её от него. Он ошибся лишь в том, когда это было. Потому что Анастасия сама вернулась в свой дом и лишь через пару месяцев после тех событий на фабрике.

А затем ему туда путь был заказан.

— При жизни она была выдающимся боевым магом с очень высокими показателями. Я равнялась на неё половину своей наёмнической жизни. Её технике, её магии, её выбору боевых артефактов. И так сложилось, что сильнее нее в их семье никого не было. Она была гордостью своих родителей и целого рода. А род у неё, прошу заметить…

— Больше шестидесяти магов, — прервал её я. — Я читал, сколько у неё братьев, сестёр, племянников и прочего. Род существует больше века, возник из союза…

Я коротко пересказал, как появился один из самых боевых, но молодых аристократов, и на этом она продолжила.

В тот самый день, когда пропала Анастасия, в городе было не протолкнуться. На каждом шагу был наёмник или боевой маг, который искал это юное дарование. Её искали не только в городе, но и за его пределами. И все были до конца уверены, что город она не покидала. Учитывая, что у нас город-миллионник, мест, где она могла бы быть, слишком много, и месяца бы не хватило, чтобы прошерстить каждый уголок, каждый колодец и подвал.

Но за полгода поисков её так и не смогли найти. Затем произошло странное событие с фабрикой её отца, которая полыхнула синим пламенем и сгорела дотла, похоронив в пепле больше десяти наёмников. Затем было расследование, и никто так и не смог найти концов. А выживший отец замял это событие. Как? Ну, Света не знает, и Виктория тоже. Но это не отменяло того факта, что никого этого не интересовало.

— Как сложилась её жизнь, конечно, интересно, — заговорил уже я. — Но ты мне не сказала главного — каким она была магом?

— Боевым, я же сказала, — недовольно ответила наёмница.