Реквием - Макс Вальтер

при каких обстоятельствах он уже видел подобное мракобесие, которое произошло с Костылём. Правда, было это очень давно, лет эдак тридцать назад. Как раз перед тем, как Гера шагнул во тьму. Так что же получается: он не добил то, что тогда заставило мёртвого мага напасть на них? Выходит, что Тоня разговаривала вовсе не с Герой? Или это кто-то другой так мастерски управляет людьми? Словно невидимый кукловод проникает своими щупальцами в их сознание и подчиняет их своей воле.

Всё же некие отличия были налицо. Тогда, этого мага, они едва в клочья не изорвали, прежде чем он подох. Этот же откинулся от обычной пули. Может быть, тьма здесь даже ни при чём, а всем этим рулит обычный человек? Ну не совсем обычный, с определёнными талантами и тем не менее. Даже если дело обстоит именно так, где его искать? Как далеко распространяется его талант? Он должен находиться в непосредственной близости, или ему всё равно, с какого расстояния управлять сознанием людей?

Мутным вдруг овладел страх. Мысль, которая внезапно пришла ему в голову, теперь не хотела её покидать: «А вдруг это делает Гера?» Кто знает, как он изменился за время отсутствия? Да и вообще, в последние дни, перед тем как пропасть на тридцать лет, он вёл себя довольно странно. Очень уж часто упоминал о морали и муках совести. Или это Мутный лишь придумал, в попытке хоть как-то объяснить произошедшее. В любом случае, ему нужно поскорее добраться до Ленки и всё ей рассказать. Нужно и Тоню найти. Сейчас лучше держаться поближе друг к другу.

*****

Лена, отнеслась к рассказу Мутного довольно скептически. В принципе она всегда относилась к нему предвзято. К тому же ожидать от Мутного чего-либо серьёзного – ну такое себе. Он ведь и ради шутки может всё это прогнать, просто, чтобы впоследствии поржать над доверчивой дурой.

– Ты чё несёшь, опять упоролся?!

– Бля, как ты заебала с этой хуетой, это пиздец! – закатил глаза наркоман. – Я те отвечаю, всё ровно так было. Если мне не веришь, с пацанами в Бронницах свяжись. Эта хуета вернулась.

– Хочешь сказать, с нами не Гера общался? Думаешь, его Тоня не узнала бы?

– Да я ебу?! Может, и Гера! А может эта хуета его там в плену держит! Я тебе говорю, как есть, а думать, это уже не ко мне.

– Нет, вроде даже не накуренный, – внимательно присмотрелась к Мутному Лена.

– Бля, въебу ща! – уже не на шутку разозлился тот.

– Ладно, не ори нахуй! – отмахнулась та и откинулась на спинку. – Такие вопросы с наскока не решаются. Поставки пока остановим, выждем пару дней.

– Уже, – ответил Мутный.

Впрочем, данная стратегия отрабатывалась уже не впервые. При том бизнесе, в который они наглым образом влезли, им часто приходилось к ней прибегать. По крайней мере, в первые годы. Делалось это для того, чтобы не потерять крупные партии. А потому, при любой угрозе, в первую очередь, всегда останавливались поставки. Затем друзья сбивались в кучу. На совещаниях, как правило, присутствовал весь руководящий состав, в том числе и командиры силовых отрядов.

Вот только сейчас, похоже, ситуация несколько отличается от рядовой. Если тогда они точно понимали, с кем воюют и ради чего, то сейчас всё выглядело довольно странно. Так близко к верхушке враги ещё никогда не подбирались. А самое страшное, что данная акция никак не походила на происки конкурентов. И от этого становилось действительно жутко.

Лена даже пожалела, что не попробовала оживить Базара. Не потому, что он мог бы что-то прояснить, или был настолько умным, что помог бы найти выход. Нет. Ей просто хотелось понять: а получится ли? Что, если и в этом случае будет так же, как с Царём? А сможет ли она сама подняться, если порождение тьмы перережет ей глотку?

Лена взялась за колокольчик и вызвала рабыню. Та возникла за её спиной, словно находилась где-то неподалёку, только и ожидая вызова хозяйки.

– Вели Кухорю закрыть ворота. Без моего согласования никого не впускать. И вообще, пригласи его к нам.

– Слушаюсь, Елена Викторовна, – поклонилась та и исчезла в доме.

– Сегодня шлюх должны привезти. Наша затея ещё в силе?

– Да, попробовать однозначно стоит, – продолжая пребывать в задумчивости, ответила Лена. – Нужно ещё с Тоней связаться. Ты куда собрался?!

– Срать припёрло, – пожал плечами наркоман. – Хочешь за уши подержать?

– Бля, иди нахуй! – отмахнулась та, а Мутный, по обыкновению заржал.

– Да ты не ссы, мать, прорвёмся, – остановился он на выходе из веранды. – Нам бы только Геру вытащить, тогда все пизды получат.

– Думаешь, у нас получится?

– Да хуй его знает. Но сидеть сложа руки – тоже не вариант.

– Вызывали? – у веранды возник старший надзиратель.

– Ага, специально для тебя пизду побрила, можешь лизать начинать, – ухмыльнулся Мутный, но Кухорь даже глазом не повёл.

– Да, присаживайся, – Лена тоже никак не отреагировала на шутку и указала ладонью на свободное кресло.

Мутный не стал задерживаться. Он прекрасно знал, о чём сейчас пойдёт беседа. К тому же на клапан давило уже очень жёстко, того и гляди в штаны навалит. Поэтому он, постукивая себя по заднице, помчался в сторону сортира. Пробежав сквозь весь дом, он выскочил на задний двор и осмотрелся в поисках привычного, узкого строения. Вот только к его удивлению, такового обнаружить не удалось. В животе в очередной раз грозно заурчало, намекая на то, что времени на размышления почти не осталось. В принципе, можно было навалить кучу прямо здесь, но отношения с Ленкой портить не хотелось. Они и без того, постоянно балансировали на грани пропасти.

Наркоман вернулся в дом, где застал рабыню, к которой он тут же и устремился.

– Слышь, старая, а где у вас здесь посрать можно?

– Обойдите лестницу, за ней вторая дверь налево, – тут же ответила та.

Даже не поблагодарив, наркоман устремился к заветной цели.

– Хуясе! – донёсся его восторженный вопль, когда он распахнул дверь. – Да вы тут совсем охуели!

В принципе, ничего особенного он там не увидел. Обыкновенный туалет, разве что вылизанный до зеркального блеска. Но для современного человека, живущего в разрушенном мире уже порядка тридцати с лишним лет, это выглядело равносильно чуду. Мутный с большим удовольствием опорожнил кишечник и осмотрелся в поисках хоть чего-нибудь, чем можно подтереться. Однако, кроме белоснежного полотенца, ничего подходящего на глаза не попалось.

– Ебанутые, бля! – выругался он и воспользовался тем, на что упал взгляд. – Зато, блядь, два унитаза.

Покончив со всеми процедурами, Мутный потянул рукоятку, что расположилась рядом с