Мастер Трав. Том 4 - Ваня Мордорский

Мой взгляд упал на изгородь, окружавшую дом. Густые заросли шипастых кустов, сплетенных в непроходимую стену. Я ведь хотел себе такое же, может…попросить?

— Можно мне взять несколько ростков? — спросил я Морну, спокойно подойдя к изгороди и прикоснувшись рукой.

Она удивлённо подняла бровь.

Морна помедлила, потом пожала плечами.

— Ладно. Твоё дело.

Она достала кинжал и ловко срезала несколько веток от изгороди. Шипы на них были острыми как иглы, и блестели в закатном свете.

— Держи. Только осторожнее — царапины от них заживают долго.

Я аккуратно уложил черенки в опустевшую корзину и кивнул Грэму. Мол, пора.

Старик нехотя поднялся и пошел ко мне.

— Грэм. — окликнула его Морна.

Старик обернулся.

— Это ты рассказал о Шипящем?

Грэм кивнул, даже не пытаясь отрицать.

— Да. Я.

Морна стиснула зубы.

— Из-за этого ко мне пожаловал Джарл и другие охотники. Они взяли след Шипящего прямо здесь, у моего дома. Я не люблю, когда вторгаются в мою территорию.

Грэм пожал плечами.

— Мне жаль Морна, но я не мог поступить иначе — Шипящий угроза для всех, особенно для молодых.

— Ты мог промолчать. — покачала она головой, — Этого было достаточно.

— Не мог. И почему — я уже сказал.

Какое-то время они смотрели друг на друга и я чувствовал, что атмосфера накаляется.

Грэм покачал головой, и сказал:

— Ты сильная, без сомнений. Но даже сильных убивает яд — просто помни об этом. В один момент, когда Шипящий будет чем-то недоволен… всё может произойти именно так.

Морна молчала, а её жёлтые глаза, казалось, прожигали Грэма насквозь. Думаю, не будь он в таком состоянии, она могла бы и отлупить его. Вот ни капли не сомневаюсь, что это возможно.

— Пошли, Элиас, — сказал Грэм и зашагал прочь.

— Пока Элиас! Пока Грэм! — крикнула нам вдогонку Лира.

Я бросил последний взгляд на Морну и в глубине её глаз я увидел что-то ещё — что-то, похожее на страх. Или мне показалось?

Мы шли обратно в молчании.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я наконец.

Грэм помедлил с ответом.

— Значительно легче. Живососы действительно помогают, особенно вместе с твоими грибами. Теперь это заметно.

Только сейчас я осознал свою ошибку. Чтобы, точно, отслеживать прогресс лечения Грэма мне нужно было сначала, до сеанса, узнать проценты черной хвори и только тогда сравнить их с тем, что выйдет после. Потому что за ночь хворь точно отвоевала какую-то часть тела, но я не знал сколько. Я вздохнул. Всё опять упирается в частоту применения Анализа. И вроде бы я уже занялся и письмом, и своей памятью, но скачка в отношении ментальных сил, которые использует система, пока нет. Значит, ей нужно больше…нужно больше тренировок.

Я не успел додумать мысль, потому что Грэм резко поднял руку с топором и замер. Его глаза сузились, а тело напряглось. Мышцы на руке словно увеличились.

Я тут же остановился, прислушиваясь. Сначала ничего не было слышно… а потом по воздуху пронесся странный звук. Что-то среднее между свистом и шелестом крыльев.

Седой пулей вылетел из корзины и запрыгнул на ближайшее дерево. Хорошо хоть лапы не подвели. Его шерсть встала дыбом, а глаза стали еще больше.

— Пи!

Звук повторился, но уже заметно ближе и отчетливее. Я напрягся и потянулся к кинжалу на поясе. Раз уж Грэм призывает к «осторожности», то это неспроста.

Толчок от Грэма был неожиданностью и меня буквально смело в сторону. Я врезался в дерево, но больно не было — закаленная кожа смягчила удар.

В том месте, где я стоял, листья пронзило десятками длинных иголок. В тот же миг Грэм метнул топор куда-то вверх. Я увидел только смазанное движение и блеск лезвия, а потом глухой удар. Через пару секунд в десятке шагов от нас упало существо, размером с небольшого падальщика. И это существо я видел впервые. Тело его покрывали странные шипастые наросты (не перья, а именно наросты), похожие на панцирь, из которых торчали тонкие и длинные иглы. Сами крылья были перепончатыми, как у летучей мыши.

— Шипокрыл, — процедил Грэм, подходя к убитому существу и вытаскивая топор, который глубоко засел, — Его шипы ядовиты. Не задело?

— Как будто нет. — осмотрел я себя, понимая, что если б в меня попали такие иглы, то я бы точно почувствовал.

— Точно? Ни одной царапины?

— Точно.

Грэм всё равно подошел и осмотрел меня, и тут я заметил, что из его куртки торчит дюжина таких же шипов, которые вонзились в землю.

— Дед…у тебя тут…

— Просто застряли в коже — они даже закалку не пробили, так что не волнуйся.

Я мысленно выдохнул — не хватало еще ему раны получать. Грэм выдернул шипы и с брезгливостью отшвырнул в сторону.

— По звуку его узнал, — объяснил Грэм. — Эти твари всегда свистят перед атакой. Ну, то есть как свистят…у них это как-то само собой получается — они может и не хотели бы. В общем, их слышно.

Увидев, что всё спокойно и угрозы больше нет, мне на плечо «спикировал» Седой.

— Пи!

— Ага, победили. — вздохнул я.

Грэм, тем временем, вытащил из твари свой топор.

— Что с ним делать? — спросил я, кивая на тушу.

— А ничего. Никакого толку от этой твари, можно было бы сдать на разделку его, но ценности в нем мало. — хмуро ответил Грэм и одним ударом отрубил твари голову. — Пошли дальше. Тут он может быть не один. Если они сюда только-только переместились, то еще не выбрали место для «гнездовья» — это мог быть кто-то вроде разведчика. Потому и один.

— Я так понимаю, — сказал я, когда мы отошли от твари, — Что ее тут не должно быть.

— Догадливый. — хмыкнул Грэм. — Да, эти твари из преддверия Кромки, только с той стороны.

Седой переполз в корзину, но постоянно выглядывал наружу.

— Насколько их яд опасен? — спросил я.

— От такого яда ты бы не помер, — ответил Грэм на ходу. — Но неделю бы валялся с лихорадкой и судорогами. А этого нам ещё не хватало.

— Они бы пробили мою…закалку?

— Конечно, — ответил Грэм. — На чуть-чуть, но пробили бы, а для их яда большего и не надо.

Да уж, неприятно.

—