Цитадель - Кирилл Луковкин

Из своего жилища вылез Ярг. На его бородавчатом лице отпечаталось изумление. Вожак бросился в самую гущу толпы, щедро раздавая тумаки и приказания. Уроды бестолково метались по лагерю. Рик проскользнул в контейнер Ярга и почти споткнулся о Майю, примотанную веревками к койке. Рядом, на возвышении, находилась клетка с маленьким человекообразным существом, которое истошно заорало что-то на тарабарском языке. Маленький головастый урод продолжал вопить, пока Рик разрезал путы и помогал девушке одеться. Рик бросил на него мимолетный взгляд и с отвращением отвернулся: существо было трансвеститом.

Он вытащил Майю, очумевшую от чада, наружу. Никто их не заметил, все были заняты тушением пожара. Рик добрался до укрытия Ахмеда, и вместе они поковыляли прочь. Вдруг лежащий впереди камень раскрылся и превратился в знакомого карлика. Человечек молча указал в сторону Хорды.

Рик повел группу туда. Они увидели двухэтажное сооружение у самого края – там, где в секторе Омикрона полагалось быть балкону. Сооружение представляло собой вход в крытую лестницу, уходящую вниз по внутренней спирали вдоль стены.

– Туда! – скомандовал Рик, и они без лишних слов побежали по ступеням.

Внутренние стенки колодца, в котором находилась Хорда, покрывали четыре такие лестницы – по одной на каждый сегмент сектора. В точности как в родном Омикроне. Лестница оказалась широкой, но не имела перил. Они спускались в темноту, то и дело спотыкаясь на ровном месте. Ноги скользили по ступеням. Мир вокруг нельзя было назвать кромешной тьмой. Синеватый сумрак, где кроме инея и снега, слабое свечение лилось отовсюду. Рик на секунду глянул вниз и увидел там сине-зеленые мягкие огни.

Через десять уровней Ахмед упал и остался лежать.

– Подожди…

Рик прислушался. Сверху раздался шум и топот. Пролетел и сгинул в пропасти горящий факел.

– Нет! Надо бежать!

Они продолжали спускаться. Здесь не было ветра, и стужа казалась не такой лютой. Вскоре иней исчез с поверхностей, уступив место склизким темным пятнам, наростам грибов и мохнатой плесени, которые слабо мерцали зеленым. С потолка свешивались лохмотья каких-то растений. На смену металлическому запаху пришел густой органический дух разложения и цветения. Что бы это ни было, это была жизнь.

Они спустились на тридцать пять этажей, когда Майя вскрикнула:

– Стойте!

Погоня сверху продолжалась. Рик с тревогой смотрел за вьющейся цепочкой огоньков от факелов. Он хотел было осадить девушку, но она просто ткнула пальцем на распахнутые двери лучевого коридора, ведущие в сегмент сектора. Над дверьми тускнел иероглиф «ϖ». Рик чувствовал внизу опасность. Спускаться дальше не стоило. Он кивнул:

– Бежим!

Они ринулись в глубь сектора. Хорошо, что Ахмед сумел подобрать оброненный кем-то фонарик – сейчас это был их единственный источник света. Они с хрустом давили подсохший перегной, плотным ковром устилавший коридор сектора, уворачивались от свисавших лоскутов вьюна. Рик отмечал многие знакомые детали: те же двери, рычаги, иероглифы, большие и малые алтари бога Машины, то же деление на комнаты и ширина коридора. Но были и различия: часть коридора имела прозрачные стены, сквозь которые можно было наблюдать интерьер больших пустых комнат. Какие-то оказались брошенными, другие стали могилами, третьи разрушило взрывом или пожаром.

Они все шли по коридору, отдаляясь от центра Пространства, пока Майя снова не приказала остановиться. Вскрикивая от боли, она вошла в большую комнату с прозрачными стенами и двумя уровнями в высоту. Парни последовали за ней.

– Ахмед, – простонала она. – Закрой на герметик.

Варвар плотно застопорил дверь. Комнату наполняли койки, шкафы, столы из блестящей стали и древние машины.

– Помоги мне… – попросила Майя Рика. – Нет, не сюда.

Он уложил ее на большой широкий стол. Майя отдышалась.

– Так. Теперь, поверни выключатель вон на том щите.

Рик покачал головой:

– Мне нельзя прикасаться к алтарям бога Машины.

– Ахмед! – Майя с презрением посмотрела на Рика. – Прошу тебя.

Варвар открыл крышку, смахнул пыль с приборов и повернул какой-то рычаг. Раздался слабый гул.

– Автономный генератор, – сказал он. – Слабоват, но нам хватит.

Комната озарилась мягким белым светом. Ахмед колдовал над другими панелями, что-то нажимая и подкручивая. Рик стоял и смотрел за его манипуляциями, разинув рот. Эти люди владели технической магией лучше любого жреца. Ахмед бесцеремонно отодвинул Рика в сторону и помог девушке снять одежду выше пояса. Ее жилистое тело покрывали безобразные синяки. В одном месте зияла открытая рана. Кровь сочилась тонкой струйкой.

Ахмед вынул из шкафа какое-то приспособление с иглой и вонзил его девушке в плечо. Потом установил над ней светильник так, чтобы видеть рану, промыл под водой устрашающего вида инструменты, посыпал рану порошком – рана запузырилась, а Майя заскулила от боли – и стал срезать лохмотья плоти с краев. Воткнул в ровные края иглу и быстрыми движениями зашил рану. Затем наложил повязку. Синяки и ссадины он смазал коричневой жидкостью, а потом замотал белой тканью. Ахмед работал быстро, уверенными, отточенными движениями. Когда операция была окончена, Майя уснула. Ахмед осмотрел стены, пол и потолок и сразу стал веселее.

– Все нормально. Медблок изолирован. Можно поспать.

Он выключил свет и повалился на ближайшую койку. Рик сел прямо на пол и долго разглядывал в темноте этих двух варваров, обрушившихся на его голову сверху.