Думсдэй: Пацаны - Inferiat

У меня был план получше.

***

— Охрана! Пациент сбежал! — закричала блондинка, таща на себе меня в окровавленном докторской халате. Я измазал себе башку натекшей с того кровью, чтобы не спалился раньше времени.

— Это доктор Кордоса…

— Срочно, всем постам, у нас беглец. Повторяю, у нас беглец! — принялся оповещать тот всех в рацию, прежде чем блондинка, контролируемая мной вдруг не коснулась его руки.

На миг взгляд мужчины остекленел, затем тот бросился в противоположном направлении.

— Если ты внушила ему что-то не то, я сделаю с тобой то, что сделал с твоим воображаемым другом, — ещё раз предупредил я ее.

— Я сделала, как вы и сказали, — испуганно ответила та. Из носа ее вновь потекла струйка крови. Сосуды в глазах полопались.

— Вот и славно… идем! — я вновь повис на ней, отыгрывая раненного доктора. Надеюсь, камеры тут мониторят не постоянно. Сигнализация, правда, сработала, тут же вкручиваясь в уши неприятным визгом. Не тот ультразвук, что выворачивает мозги и парализует, а простая сигналка.

Через один отсек, впереди послышался топот тяжелых ботинок. А вот и группа быстрого реагирования…

— Сюда! Он ранен! — старательно отыгрывала свою роль телепатка. Я же изображал стонущий труп, скрывая голову за воротом грязного халата.

Вот только командир группы не спешил бросаться помогать. Его рука уверенно держала автомат, а взгляд скользил по фигуре девушки и ее ноши.

— Где пациент?!

Телепатка судорожно вдохнула.

— Он сбежал… Туда!

Голос её дрожал, Настолько, что даже бывалый солдат на мгновение поверил.

— Этот отсек закрыт, он не мог…

— Ай!

Блондинка резко подалась вперед, споткнувшись и врезавшись прямо в командира. Он рефлекторно схватил её за плечи, не желая стрелять в невинную, и это стало его ошибкой.

Я уже изо всех сил бежал следом.

— Пуф-пуф-пуф!

Стрекот усыпляющих дротиков взвился в воздухе, словно рой насекомых, но я уже был рядом.

Первый удар — и кадык бойца хрустнул под моими пальцами, словно пересохшая ветка. Он захрипел, глаза его наполнились диким ужасом, но вскоре этот звук оборвался, поглощённый давящей тишиной смерти.

Дротики продолжали вонзаться в его мёртвое тело, даже когда оно уже обмякло.

Я улыбнулся, выхватывая из его кобуры пистолет.

— Пизда вам…

— Это объект Думсдэй! Огонь на поражение! — быстро сообразил знакомый мужчина. Помню его, именно он командовал моим первым расстрелом.

Но было поздно.

Коридор взорвался грохотом стрельбы.

— Бах! Бах! Бах!

Пистолет плясал в моей руке, раздавая смерть.

Я стрелял так быстро, как никогда не стрелял. Некоторые пули застревали в бронежилетах, но большинство попали в цели. И когда вместо выстрелов пистолет начал впустую щёлкать курком… Большинство было уже мертво.

— Сука… — поморщился я, отпуская уже бесполезное тело с кучей пулевых отверстий, из которых стекала кровь.

На мне тоже была кровь… И не только чужая. Моей также хватало. Осмотрев себя, я увидел несколько дырок на животе и в груди. Кровь нехотя покидала тело, но я все равно почувствовал дикую слабость, и, едва подобрав автомат у стонущего бойца, делая контрольный выстрел, вдруг пошатнулся и оперся на стену, чтобы не упасть.

Все-таки, мои силы восстановились не настолько, чтобы игнорировать инородный свинец возле сердца… Впрочем, мне нужно всего пару минут. Пару минут, чтобы меня не спеленали снова — и я вернусь еще сильнее и злее, чем был.

Мои глаза встретились с расширенными от ужаса глазами блондинки.

Дуло автомата уставилось на нее.

— Уцелела, значит… — я с усмешкой посмотрел на телепатку, раздумывая, прикончить ее или всё-таки нет. Мне казалось, ее прикончат еще тогда, когда полетят первые пули. Стрельба в замкнутом помещении она такая… чревата рикошетами. Но, похоже, не повезло только работникам Воут. Может быть все-таки отпустить ее?

С одной стороны… Эта сучка пыталась лишить меня шанса на свободу. С другой… Да какой другой. Стоит мне отрубиться, как она тут же прикончит меня. Оставался только один выход.

— Я… я… — ее трясло как заведенную. То ли от страха. То ли от боли в сломанной руке. Я с ней вот вообще не церемонился. Ненавижу телепатов…

— Жить хочешь? — палец скользнул на спусковой крючок. Времени у меня оставалось все меньше и меньше. Нужно было решать.

— Д-д-д-да… — она отчаянно закивал головой.

— Тогда беги отсюда и живи как нормальный человек. Потому что если ты еще раз используешь на ком-то свое мозгоебство… я тебя найду.

Пара секунд изумления, а затем та осторожно поднялась и начала прямо по стенке пятится к выходу.

— Беги блять!

В глазах ощутимо темнело.

Она развернулась и стремглав понеслась к открытому отсеку, слыша позади мой смех.

— Оревуар… Кейт!

Сознание уплывало. Но я еще слышал звук открывающихся перегородок. Все-таки не обманула, и этот охранник каким-то образом добрался до пульта управления дверьми. Ну что же…

— Оревуар…

Глава 79

«Кровь — это деньги души, монеты жизни. Она — всего лишь способ продать жизнь. Пить чью-то кровь значит целиком забирать эту жизнь. себе».

Хеллсинг: Война с нечистью

Свет фонарей выхватывал из темноты ухоженные дорожки кампуса, где по ночам все еще гуляли студенты — будущие звезды Voight International. Заборы университета Годолкина были усыпаны камерами, а патрули охраны изредка курсировали по территории. Для того, чтобы сказать что это режимный объект мер было недостаточно, зато достаточно для обнаружения любого несанкционированного вмешательства.

— Может быть тебе помочь… — Француз наблюдал, как Бучер склонился у капота фургона, с трудом открывая рукой в гипсе тяжелую крышку кейса.

— Сам справлюсь, почти зажило уже все… — отмахнулся тот, явно пытаясь не признавать собственную слабость.

Наконец, крышка поддалась. Внутри было видно грозный арсенал: автоматы, пара дробовиков, снайперская винтовка, взрывчатка… что-то явно военное и уж точно нелегальное.

— Бучер, нет! — возмущенно воскликнула Старлайт, глядя на все это многообразие. — Хотя бы раз попробуем по моему…

— Хорошо, напомни твою великую идею, — ухмыльнулся Бучер, вытаскивая дробовик.

— Я вместе с Хьюи прохожу внутрь и отвлекаю внимание, пока вы ищете лабораторию и Алекса, — Мы никого не убиваем…

— Так, значит, мы вежливо стучимся, они открывают, мы говорим: «Простите, сэр, можно нам, пожалуйста, спиздить вашего