Судьба убийцы - Робин Хобб

Я расслышал, как кто-то сказал:

– Это ведь лингстра Уэмег, верно? Тот, что служит Колтри?

Человек дошел до наших ворот, и стражники и солдаты расступились, чтобы собравшиеся на площади могли его видеть. Он выкрикнул что-то, но никто не разобрал слов. Толпа затихла.

Тот снова возвысил голос:

– А теперь расходитесь, иначе ответите за непослушание. Сегодня больше никого не пропустят. Мы в трауре. Завтра в послеполуденное время отлива смогут пройти те, кто уже купил жетоны.

Он отвернулся и пошел прочь.

– Симфэ правда умерла? Что с ней случилось? – крикнула какая-то женщина, но он и ухом не повел.

Ворота закрылись, солдаты снова выстроились в заслон.

Люди в толпе принялись кружить, обсуждая случившееся. Мы ждали в своем укрытии, надеясь, что дело не кончится бунтом. Но теперь ожидавшие не столько возмущались, сколько расстраивались из-за несбывшихся надежд и печалились из-за Симфэ. Постепенно толпа стала рассасываться, словно ветер уносил солому с поля. В разговорах, которые мне удалось подслушать, звучали раздражение и грусть, но никто, похоже, не сомневался, что завтра их пустят на остров.

Я подавил вздымающийся во мне ужас. «Ох, Шут, что же ты натворил?» – пробормотал я себе под нос, глядя на пустую насыпь.

– И что мы теперь будем делать? – спросил Пер, когда мы влились в толпу уходящих паломников.

Я ничего не ответил. Мыслями был с Шутом – возможно, в крепости. Неужели он убил Симфэ? Означает ли это, что он не нашел Би и решил отомстить? Или что его обнаружили и ему пришлось убить? Поймали ли его? Или он где-то прячется?

– Сегодня мы в замок не попадем, – подытожил Лант. – Может, вернемся на борт Совершенного и подождем, пока снова не начнут пускать людей на остров?

– Стойте! – вдруг воскликнул Пер. – Сюда. Идите сюда.

Он повел нас прочь от толпы, на обочину у берега. Жестом велев всем встать поближе, чтобы только мы могли его слышать, он прошептал:

– Мы не можем попасть в замок. Зато может Пеструха!

Мы удивленно уставились на него. Ворона сидела у парнишки на плече. Пер подставил ей запястье, и Пеструха перепорхнула туда. Держа ее на уровне своего лица, Пер с жаром заговорил, обращаясь к вороне:

– Янтарь рассказывала, что задняя стена камер на крыше – резная, в ней проделаны дырки в виде цветов и всего такого. Можешь слетать туда и заглянуть в эти дырки? Посмотреть, нет ли там Би? Или Янтарь?

Голос его задрожал, и парнишка поджал губы. Птица взглянула на него глазом-бусинкой и вдруг, ни слова не сказав, вспорхнула и улетела.

– Она летит прямо туда! – воскликнула Спарк.

Но ворона пролетела мимо замка и скрылась из виду за ним.

Пер шмыгнул носом и сказал:

– Может, она решила облететь его кругом, прежде чем садиться.

– Может быть, – согласился я.

Мы стояли и ждали. Я смотрел на море так долго, что на глазах выступили слезы.