До последнего - Майк Шэкл

— За Джию! — закричала Венна, отталкивая от себя трупы. Несколько Черепов уцелело, но ни один из них не был способен оказать реального сопротивления. Более благородный враг, возможно, проявил бы к ним милосердие, но Венна была не из таких. — Убейте их всех! Убейте их всех!

Не имело значения, держали ли Черепа в руках оружие или ползли на четвереньках, пытаясь уползти.

— За Джию! — кричала она, нанося удары в спину мужчинам.

— За Джию! — кричала она, перерезая глотки Черепам, молившим о пощаде. Венна убивала любого эгрила, до которого могла дотянуться, и была вне себя от радости, видя, что ее армия делает то же самое.

Затем они прошли через врата и оказались в Айсаире. Там их ждало еще больше мертвых Черепов, убитых взрывом бомбы, но ждало и много живых.

Еще много кого можно убить.

— За Джию! — завопила она, бросаясь на врага.

101

Яс

Хутор Арлена

Яс стояла спиной к Кенану, когда Сорин выпрыгнул из клетки, но она все равно услышала глухой удар. Как будто топор врезался в дерево.

Затем все начали кричать.

Она обернулась и увидела стрелу, торчащую из лба Кенана, когда он заваливался набок. Дин огляделся по сторонам, удивленный тем, что все еще жив, затем вскочил на ноги и начал двигаться. Плачущий Человек бросился ему наперерез, но стрела в спину его остановила.

Жители деревни бросились врассыпную, а остальные Плачущие Люди вскочили из-за столов, выхватывая оружие, но в них полетело еще больше стрел, прежде чем они успели сделать хотя бы два шага. Более дюжины Плачущих Людей упали замертво, прежде чем остальные рассеялись.

— Вперед! — прошипел Сорин. — Давай убираться отсюда. Быстро.

Яс попыталась пошевелиться, но не могла отвести глаз от происходящего. Появились мейгорцы, размахивая мечами, и бросились в атаку. Даже среди этого хаоса Яс видела, что их недостаточно для уверенной победы.

— Давай, Яс, — повторил Сорин, но на этот раз он снова просунул руку в клетку и дернул ее за рукав.

— Хорошо, — сказала она, позволяя протащить себя через щель между прутьями. Сорин помог ей опуститься на землю, когда по площади разнеслась песня меча, сопровождаемая хором криков.

— Сюда. — Сорин, пригибаясь, обошел клетку сзади, направляясь подальше от места сражения, к рядам домов.

— Нет, — сказала Яс. Она остановилась и встала, крепко сжимая в руке нож, который ей дали.

— Что значит «нет»? — спросил Сорин.

— Мейгорцы пришли сражаться за нас, хотя мы этого не заслуживали, — сказала Яс. — Я не могу сбежать и оставить их в беде.

— Конечно можешь, черт меня подери, — сказал Сорин. — Это называется остаться в живых.

— Уходи. Я не могу.

— Подумай о своем сыне, Яс. Он ждет тебя в горах.

— Если я не вернусь, скажи ему, что я его любила.

— Яс, ёб твою...

Но Яс уже не слушала. Она знала, что это безумие, знала, что это чертовски неправильно, но она побежала в другую сторону, к площади, к месту сражения.

Перед ней возник Плачущий Человек, кричащий и проклинающий все на свете, с топором в руке. Она не знала, собирался ли он напасть на нее или просто хотел убрать с дороги, но все равно нанесла ему удар ножом. И не один раз. Внутрь и наружу, снова и снова, как тогда, когда убила Рааба.

В конце концов, лучше быть уверенной.

Она перешагнула через тело и выбежала на площадь. Повсюду шло сражение. Куча тел — мейгорцы дрались с Плачущими Людьми. Некоторые поединки проходили один на один, в то время как в других участвовали группы людей с обеих сторон, сражавшихся друг с другом.

Жители деревни наблюдали за происходящим, широко раскрыв глаза, прячась за перевернутыми столами или бочками. Мэйс, Сала, Анан и Венон были там, и Яс выплюнула проклятия. Они должны были помочь.

— Давайте! — закричала она, размахивая окровавленным ножом. — Они сражаются, чтобы защитить ваши дома!

Мейгорец и Плачущий Человек сцепились в схватке, схватив друг друга за руки с мечами, и качнулись к ней. В тот момент, когда Плачущий Человек повернулся к ней спиной, Яс вмешалась и вонзила свой нож в бок мужчины.

Она двинулась дальше, ввязываясь в драку, ища, куда бы еще ударить в спину. Хасан бы пожаловался на отсутствие чести в нанесении ударов сзади, но, насколько Яс знала, еще никто не умер от стыда, а попытка открытого боя привела бы только к ее гибели.

Она двигалась быстро. Если ей не удавалось найти спину или бок, она подрезала подколенные сухожилия — все, что могло вывести Плачущего Человека из боя.

Кто-то появился рядом с ней. Она развернулась, готовая нанести удар, и увидела, что это Сорин, который подошел, чтобы присоединиться к бою. Он достал мясницкий нож и набросился на своих врагов с такой яростью, с какой Яс не могла сравниться.

Затем появились и жители деревни, с Веноном и Ананом во главе. Теперь, когда ситуация изменилась, все присоединились к мейгорцам. Всем не терпелось обагрить руки кровью, теперь, когда у них было меньше шансов пролить свою собственную.

Яс их не винила. Правда заключалась в том, что она предпочла бы, чтобы на ней не было крови, так же как она никогда не хотела слезы на щеках. Проблема заключалась в том, что жизни насрать на чьи-либо желания.

В конце концов большинство Плачущих Людей были мертвы. Менее двадцати человек были взяты мейгорцами в плен.

Симона была со своими людьми и, подойдя к Яс, кивнула ей в знак приветствия.

— Спасибо, — сказала Яс. — Мы обязаны вам всем больше, чем сможем когда-либо вернуть.

— Извини, что мы пришли так поздно, но некоторых пришлось уговаривать больше, чем других, чтобы они согласились помочь, — ответила Симона.

— Да, и не могу сказать, что я их виню, — сказала Яс. — Не то чтобы я заставила их почувствовать себя желанными гостями. Извини — я была настоящим дерьмом.

— Мы все совершаем ошибки.

— Надеюсь, я чему-то научилась. Если кто-то из мейгорцев захочет переехать в деревню, пожалуйста. Они уже дважды пролили кровь за эту землю — она такая же их собственность, как и наша.

Симона кивнула:

— Некоторые, возможно, воспользуются твоим предложением, но большинство из них все еще планируют вскоре