Локи. Дилогия - Василий Горъ

Пауза, во время которой «ходатаи», кажется, даже не дышали, показалась слишком длинной даже мне. Но, в какой-то момент все-таки закончилась:

- Первый действенен, но слишком примитивен – если я дождусь выздоровления недоумков, воспользуюсь своим правом вызвать их на дуэль и убью, естественно, пролив свет на причины их внезапного исчезновения для всего населения Империи, то их ровесники забудут об этом от силы через месяц. Второй – объявление «оступившихся» теми, «кого Нет» – устраивает меня процентов на шестьдесят, ибо не добавит ничего нового к тому, что я уже сделал для правильного воспитания подрастающего поколения своих сограждан. А третий куда интереснее двух первых, вместе взятых: «оступившиеся мальчишки» открыто продемонстрируют свою гражданскую позицию и поддержат решение цесаревича Милослава перевестись в военный ВУЗ. То есть, вместо того чтобы впустую прожигать жизнь на всевозможных гулянках, сделают все, чтобы, в конечном итоге, превратиться в еще несколько прочных кирпичиков в незыблемом фундаменте родной и любимой Отчизны. В смысле, после окончания своих академий отправятся по месту распределения и лет десять послужат государству, в котором родились и живут. Ну, и каким будет ваше решение?

Последнее предложение Ярик произнес так же бесстрастно, как и весь этот монолог. Однако от этих слов почему-то ощутимо пахнуло кровью. И «ходатаи» почувствовали это куда сильнее меня. Поэтому встали и сложились чуть ли не в поясном поклоне:

- Мы искренне благодарим Вас за проявленное великодушие и выбираем третий вариант…

…В салон «Жути» я забралась порядком одуревшей и под сильнейшим впечатлением от беседы между Императором, Анной Николаевной и Локи, который состоялся после ухода «ходатаев». Для меня, еще в недавном прошлом обычной мещанки из заштатного городка не самой значимой планеты огромного государства, даже само присутствие при разговорах такого уровня было приличным стрессом. А тут приходилось не только игнорировать плохо скрываемое недовольство самодержца и вслушиваться в обсуждение не самых «чистых» тайн его семьи, но и высказывать свое мнение. В общем, падая на заднее сидение салона, я рассчитывала закрыть глаза и хоть немного расслабиться. Ага, как бы не так – Романова взглядом отправила Забаву в правое переднее кресло, а сама села рядом со мной, накрыла рукой мою ладонь и ласково сжала пальцы:

«Даш, я понимаю, что эта разборка получилась не очень красивой, но так было надо . Мне, Татьяне и нашим детям: без вашей помощи я не смогла бы загнать мужа в абсолютно безвыходное положение. А значит, он, вероятнее всего, оставил бы сыновей тут, на Белогорье, что сохранило бы им возможность постоянного общения между собой и с ублюдочной свитой. Зато вариант, который мы продавили, практически идеален: начальник Сенежской академии ИСБ, в которую улетит Милослав, в принципе не умеет делать курсантам поблажки и не гнется даже под давлением Петра, а начальника Иркутской Академии Планетарного Десанта, в которую попадет Леонид, вообще заслужил прозвище «Черта с два». В общем, прошу прощения. И… с меня причитается!»

Посмотрев на ситуацию под новым углом зрения, я влезла в архив, заново пересмотрела несколько чем-то запомнившихся фрагментов и неожиданно поняла, что Ярик с самого начала беседы чуть заметно подыгрывал Императрице!

Для того, чтобы убедиться в правильности своих выводов, отправила ей коротенькое сообщение:

«А наш-то силен, верно?»

На что получила ответ, заставивший задуматься:

«Я с ним не расплач у сь…»

Пока мы с ней болтали, «Жуть» долетела до дому и зависла над транспортной плитой. А когда доехала до ангара, Логачев попросил нас, дам, выметаться, и заявил, что слетает к остальным «Сполохам», дабы выяснить, как они там без нас, залить в их УТК новые тренировочные программы «и тэдэ». Мы, естественно, повиновались – поднялись к бассейну, быстренько переоделись и попрыгали в воду к веселящейся компании. А через пару минут, чудом «запятнав» Ульяну, я вдруг заметила какую-то странную тень в ее глазах.

Прерывать игру, само собой, я даже не подумала – металась по бассейну до тех пор, пока хватало сил, и отрывалась до потери пульса. Зато, выбравшись из воды, изобразила запредельную усталость, повисла на Телепневой и направила ее к двухместному лежаку. А для того, чтобы она не смогла сбежать при всем желании, сначала обняла за талию и закинула колено на бедро, а уже потом отправила в личку сообщение с требованием рассказывать.

Судя по скорости, с которой прилетел ответ, страдать в одиночестве ей надоело еще в «прошлой жизни»:

«Нарисовались мои бывшие родственнички. Написали, что до сих пор искренне не понимают причин, вынудивших меня выйти из рода, рассказали о ряде шагов, которые они, вроде как, предприняли для того, чтобы найти и наказать всех, кто причастен к похищению, перепродаже и убийству Ксении, а потом попросили не забывать, что в наших жилах течет одна и та же кровь…»

«Ну, а ты?»

«Как минимум половина рассказанного наглая ложь: я разговаривала с главами тех ЧВК, с которыми, якобы, уже заключены «некие договоренности», и на сто процентов уверена, что ни на какой Аджман боевые группы этих компаний не полетят ни за какие деньги !»

Объяснять ей мотивы, побудившие «родственничков» нарисоваться именно сейчас, было бессмысленно – Ульяна знала о нравах, царящих в высшем свете, в разы больше меня. Поэтому я закрыла глаза, чтобы подобрать слова, способные хотя бы смягчить очередное разочарование, и получила следующее сообщение:

«Зато у меня есть ВЫ!»

«Вечно занятые проблемами вселенского масштаба…» - радостно подхватила я, надеясь, что эта провокация заставит ее броситься нам на защиту и отвлечет от грустных мыслей. И недооценила ее аналитические способности:

«Хочешь, чтобы я начала вас хвалить и, заболтавшись, забыла об этих уродах?»

Я покаянно вздохнула и, подумав, расстроенно выпятила нижнюю губу.

Ульяна… хихикнула, провернулась в моих объятиях и хитро прищурила глаза, в которых заискрились смешинки:

«Не расстраивайся: на самом деле все это было игрой, которая коварно заманивала тебя в ловушку…»

«…потому, что одна умная, добрая, понимающая, но очень занятая персона спихнула тебя на Шереметевых и вечно летает где-то в горних высях?» - уточнила я.

«Ага!»

«Есть куда более простой способ вернуть меня на землю. Достаточно сказать или написать, что ты ужасно соскучилась...» - дав волю угрызениям совести и густо покраснев, написала я. А потом добавила. Уже вслух: - В общем, сегодня я ночую у тебя…

…Мои надежды на то, что эта отлучка Ярика будет последней, накрылись медным тазом в начале третьего – буквально через