Вторжение - Влад Лей

Юрий Иванович последнюю фразу произнес точно так, как делал Холодов. Прям один в один такая же интонация!

— Вот скажи мне, — перестав печатать, спросил Юрий Иванович у меня, взглянув прямо в глаза, — чего человеку не хватает? Зарплата — во, тачка — во, носятся с ним, как с писаной торбой. А все равно пытается нагадить, как шкодливый кот. Зачем?

— Хочет больше денег и тачку побольше, — предположил я.

— Так мы все хотим, — ответил Юрий Иванович, — но это же не повод беспредел устраивать?

— У каждого свои нормы морали, — пожал я плечами.

— Вот ты скользкий стал! Вроде ярлом играешь, а говорить стал, как депутат, — рассмеялся Юрий Иванович. — Виляешь, как перед избирателями.

— Жизнь такая! — притворно вздохнул я.

— Ну да, ну да, — улыбнулся Юрий Иванович.

— А с Холодовым что будет? — вдруг спохватился я. — Ну, с младшим?

— А ничего, — ответил Юрий Иванович.

— Что, вообще?

— Вообще. Доказательств мало. Читерство ему не прилепишь, а то, что он собирался сделать — ну, это такое…может, сделал бы, а может, нет.

— Так может, Холодову-старшему сдать?

— Э, нет, — покачал головой СБ-шник, — папка его пожурит и на этом дело станет. Дождемся, пока конкретно так моську вмочит. Тогда и разговор будет. Тогда и всплывет вот эта история с Гуковым…

Короче говоря, СБ-шника я покинул очень и очень нескоро, да и то, лишь потому, что он сам начал торопиться к начальству.

Следующий на очереди был Владимир Григорьевич.

Едва я вошел к ученому в кабинет, как тут же раздался его недовольный окрик:

— Ну наконец-то! Где ты шлялся все это время?

— Да я…

Но он даже не дал мне договорить.

— Садись скорее, есть куча вопросов, которые надо обсудить.

— Например?

— Для начала — мне нужен твой учитель.

— Какой еще учитель? — не понял я.

— Тот, который учил тебя быть берсерком, — нетерпеливо бросил ученый, — привези его на Вестланд, хочу, чтобы он начал меня учить!

— Боюсь, это невозможно, — ответил я.

— Почему? — искренне удивился ученый.

— Во-первых, он не захочет плыть к вам, во-вторых, он не захочет учить ярла Рорха, и в-третьих, вряд ли это вообще возможно.

— Да почему? — прямо-таки возмутился Владимир Григорьевич.

— Видите ли, Нуки говорил, что берсерков обучают с раннего детства, ну, в худшем случае, в возрасте лет двадцати-двадцати пяти. А ваш персонаж…

— Слишком старый, — помрачнел ученый.

— Увы, — я развел руками.

— И что теперь делать? Перейти в другого персонажа? — обреченно спросил ученый.

— Нет-нет! — тут же ответил я.

Только этого не хватало! Убьет Рорха, и кто будет на его месте? Опять с Вестландом воевать? Нет уж, мне нужен союзник!

Именно это я и заявил Владимиру Григорьевичу.

— И как тогда быть? — совсем растерялся ученый, выслушав мои аргументы касательно того, почему нельзя «самоубивать» Рорха.

— Я бы предложил вам пока побыть ярлом, — осторожно ответил я. — Посмотрим, как все повернется, как все будет. Неужели среди ваших подчиненных не найдется тот, кого можно запустить в игру, и на ком можно будет ставить эксперименты? Рорх — не тот персонаж, с которым подобное стоит проделывать…

Владимир Григорьевич задумался.

— Можно Семена к этому делу приобщить, — наконец, заявил он, — все равно дурью мается со своими религиями…

— А он в игре не был, что ли? — удивился я.

— Да был, — отмахнулся Владимир Григорьевич, — за каких-то сектантов играет, тамплиеров местного пошиба. Поговорю с ним, чтобы после запуска прекращал свою дуристику и выбирал нового персонажа из северян.

— А он согласится?

— Куда ему деваться! — буркнул ученый. — Все свои дела он сделал, а сейчас так, дурью мается…так что согласится.

— Ну, тогда хорошо, — облегченно вздохнул я.

Фу-ух, кажется, пронесло. Долгих лет Рорху! Мне сейчас не с руки еще и этим ярлством заниматься — надо оборону своих островов подготовить, новичков поднатаскать. Дел невпроворот, короче говоря.

— А раз так, — меж тем заявил Владимир Григорьевич, — обсудим еще кое-какие дела.

— Какие? — настороженно спросил я.

— Чего мне с этим ярлством делать, и как оборонять? Весной ведь конунг ко мне собирается. Вот, думаю, как бы мне с ним примириться?

— Примириться, думаю, не получится, — ответил я, — у Рорха с конунгом затяжная война идет. Если вы с ним и помиритесь, то придется часть острова отдать.

— Да пусть забирает! — легкомысленно махнул рукой ученый.

— Что значит «пусть забирает»? — возмутился я. — Вам же тогда недолго править…

— Чего это? — не понял ученый.

— Ну, в лучшем случае соседи начнут борзеть — решат, что у вас сил нет на оборону, если конунгу без боя острова отдаете…

— А в худшем?

— А в худшем свои же убьют — слабость и трусость ярлам не прощают.

— М-да…ну и как тогда быть? Я в этом совершенно ничего не понимаю! — проворчал Владимир Григорьевич.

— Там, во время боя, очень даже все понимали! — я не льстил, все было действительно так. Ученый довольно-таки быстро въехал в ситуацию, помог мне, да и себе тоже. Если бы меня и моих воинов агдирцы разделали бы — следующие на очереди были бы уже бойцы Рорха…

— Брось, это проще шахмат! — отмахнулся ученый. — Там все понятно было. А вот как строить оборону — я совершенно не представляю…

— Ну, для начала нужна новая броня и оружие, — начал перечислять я, — далее стоит провести фортификационные работы, подготовиться к обороне и…

— Ну, это все понятно, — улыбнулся ученый, — осаду держать и лестницы строить я и сам умею. Ты конкретнее что-то предлагай!

— Так нужно по месту смотреть, чего там у вас, — развел я руками, но тут же мне пришла в голову интересная мысль. — А впрочем…

Я рассказал о чо-ко-ну, о том, что кто-то из зрителей предлагал увеличить его в размерах и поставить, так сказать, как оборонительное орудие.

— А что, это идея! — радостно сообщил мне ученый. — Арбалеты, баллисты. Действительно, чего-то я совершенно об этом не подумал. А ведь еще есть…

Мы говорили долго, предметно и нет, обсуждали варианты и идеи. Однако пришли к одному итогу — нужно вживую смотреть на Вестланд, и лишь затем уже решать, что строить, как строить и в каких количествах.

Когда, наконец, мы закончили, выяснилось, что снова опоздали на брифинг. Не намного, но все же.