Начало - Андрей Лео

По стенам корзинки и лукошки всякие развешаны. На лежанках шкуры расстелены, довольно грязные и воняют сильно, и насекомых там, наверно, немерено. Сундуки укрыты дерюгой, напоминающей ткань старых мешков; помню, в детстве отец картошку в таких приносил. Ткань моей рубахи поновее выглядит. Её швы вручную прошиты. По краю подола вышивка идёт, на рукавах и у ворота бегущие человечки и олени изображены, больше изысков не наблюдается.

И что мы имеем в итоге? Имеем?! Да о чём это я? Поимели, скорее, нас. В плюсе, по-видимому, одна молодость. Правда, моё бывшее тело пятидесяти шести годов от роду было в отличном состоянии и мне нравилось, а это тельце ещё откармливать и откармливать. Если судить по землянке и предметам внутри неё, век на дворе точно не двадцать первый, вряд ли в России или в той же Канаде моего времени существует такое жильё. Признаков цивилизации не наблюдается. Нет целлофановых пакетов, нет пустых бутылок, одежды нормальной и той нет. Вся здешняя посуда явно на гончарном круге сделана, а там, откуда я свалился, дешевле и проще приобрести советский алюминий на пару с китайским пластиком.

О-хо-хо… Гончарный круг, помнится, в Европе появился в первом тысячелетии до нашей эры. В России — не помню, но вроде бы не ранее пятого века; значит, до севера он добрался бы веку этак к десятому. А срубить землянку могли и в середине двадцатого, только стёкла в оконца при советской власти даже в этом захолустье уже вставили бы. Гвоздей в доме нет, вся мебель на деревянных клиньях собрана. И построен терем-недоросток не так давно, полвека не прошло: брёвна хорошо сохранились.

Вот дурень, зелень на огороде не осмотрел! Я рванул наружу. Домчавшись до грядок и увидев картофельную ботву, обрадовался ей, как родной. Без картошечки мне бы тяжко пришлось: люблю ее, родимую, в любом виде. Ну хоть не ниже Пети Первого^[5] провалился, и то хлеб. Кстати, о хлебе: жрать охота. В землянке всего один сухарь нашёлся. Может, картошки испечь? Пора ей дозреть, погодка на дворе шепчет: скоро осень.

Не-е, с готовкой спешить не следует. Лучше сочной морковкой похрустим, хозяев подождём. Судя по впалому животу и выступающим рёбрам, это тело здорово поголодало, тяжёлую пищу ему нельзя. Колбасит его, стало быть, с голодухи, а не с бодуна, как я вначале рассудил. Еда есть, а тельце не ело. Болело, что ли? Или меня ждало? Чтоб покормил.

Натаскав морковки с репкой, пошёл отмывать всё в пруду, заодно по отражению в воде свою новую мордашку заценил. А ничего физия, нормальный такой лохматеус, не курносый, не лопоухий. Мне понравился. Не гоблин зелёный, и слава богу.

Морковка пошла на ура, репа тоже, а вот ягод я что-то здесь не вижу. Жаль. Но можно мёда с орехами в землянке отведать. Эх-х, а у мамы на даче огурчики, помидорчики, кабачки жареные. Ой, да чего там только нет! Ша, Саша, остановись, а то слюной подавишься.

Пока отмывал добытое на огороде, руки немного замёрзли: вода в пруду не слишком тёплая. Не помешает печь разжечь в землянке для обогрева, пусть уютнее станет в нашей берлоге. Стоп, а не поспешил ли я насчёт «нашей»? Хороший вопрос.

Но спускаться в тёмную, мрачную землянку жутко не хотелось. На улице-то солнышко припекает. Лепота. Я присел на скамейку рядом со входом. Навалилась усталость. Кажется, у меня начался отходняк. Видать, проснувшись, двигался исключительно на адреналине, а теперь — у-у… Надо посидеть, отойти. Потихоньку расслабляясь и догрызая последнюю морковку, обдумывал дальнейшую жизнь. Вероятно, я всё же в прошлое своего мира попал, не похожа эта землянка с огородом на заповедник в эльфийском лесу. М-м, но зарекаться не будем, ох не будем.

Ладно, как бы там ни было, а жизнь в лесу не сахар. Разумеется, опытный человек и в глухой тайге способен с комфортом устроиться, но без оружия и техники тяжеловато придётся. С временем, пожалуй, определились: я сейчас нахожусь в промежутке с одна тысяча семьсот тридцатого по одна тысяча девятьсот тридцатый год. За два века в сельской глубинке почти ничего не изменилось. Самое оптимальное для меня — собирать грибы и охотиться, но с этим детским телом я зимой намучаюсь. При первой же возможности нужно перебираться в город или в то место, которое городом называют. Лучше всего сразу в столицу махнуть. А там…

Однако вернёмся на грешную землю. Добывать нынче смогу лишь всякую животную мелочь, появятся шкурки на продажу и мясо для прокорма моего растущего организма. Желательно для начала лук сделать. Хрень, конечно, в таких условиях получится, а не лук, но на безрыбье и козлом замяукаешь. Вообще-то, в стрельбе из лука я нормально тренировался только в институте, а потом в основном баловался. Остаётся надеяться, мастерство не пропито.

По уму бы арбалет сварганить, но его на коленке не сляпаешь, тут более серьёзный подход требуется. Необходимо также вспомнить устройство силков и ловушек. С деревянным копьём возиться, наверно, и смысла нет: меня в нынешнем состоянии любой хищник завалит просто отмахнувшись лапой от острой палки. Следовательно, ежедневный бег по пересечённой местности стоит первым пунктом выживания, а вторым — лазанье по деревьям.

Хм, а не рано ли я стал планировать новую жизнь? Ведь ещё неизвестно, где я, кто я. Да и что-то чересчур спокойно воспринимается мною этот нежданный перенос сознания. Сижу тут, размышляю, и никаких признаков паники не наблюдается. Самое смешное, даже волнует меня сейчас совершенно другое. Эх-х, почему ж не везёт-то так со стартовыми условиями?!

Ещё вчера прекрасно жил: работа нравилась, денег завались, на все причуды хватало, детей прекрасных воспитал, друзья замечательные, здоровье как у быка. С женой, правда, развёлся. Так культурно, даже друзьями остались. А начинать пришлось с самых низов; пока себя человеком почувствовал, много шишек набил. И в этой жизни, видимо, те же яйца, только в профиль.

У других попаданцев сознание всяких царей или князей выискивает для размещения с комфортом. Нужные прибамбасы и артефакты в нагрузку прилагаются. А я опять босой и без трусов. Мне бы самого завалящего принца — я бы не страдал, что королевство маловато, в любом разгулялся бы.

Чёрной волной тоска накатила, захотелось заорать прямо в небо:

— Ау, инопланетяне! Дайте карту уровня, пожалуйста! Где вход на следующий? Нажмите перезагрузку!

— Ты чего раскричался?

Чёрт! Подскочив с перепугу, я чуть на землянку не запрыгнул. Из-за угла вышла тётка с клюкой, в сером заношенном одеянии, голова по-старушечьи платком обмотана.

— Чего раскричался, спрашиваю?

Я впал в ступор. На инопланетянина эта тётя явно не тянет. Может, бабка пацана?

— Э-э… бабушка…

— Какая я тебе бабушка? Ты зачем встал? Тебе лежать надобно, помрёшь ведь. Что мне отец твой скажет? Машка уже успела ему об улучшениях растрепать.

Еле смог пролепетать:

— Да там блохи.

Тётка не размахиваясь влепила мне клюкой по бедру. Ох ёж твою, больно-то как!