Необетованная - Антон Мамон

– Святые небеса! – Ника Сергеевна сорвалась на резкий шаг. – Если там действительно террагом, нас ждет нереальный скачок в изучении их вида!

– Только прошу, будь осторожна! – Гурьев коснулся плеча старшей коллеги, и, словно испугавшись собственной дерзости, отпрянул.

Ника Сергеевна улыбнулась и, не сбавляя хода произнесла:

– Я четыре года прожила в женском общежитии. Что бы там ни было, я видела вещи пострашнее.

Оказавшись у центрального входа, биоинженер Васютина остановилась. Былая решимость ее покинула. Приложить карточку к магнитному замку и встретить спецотряд лично, или предусмотрительно дождаться их внутри? Ника Сергеевна, известная жестким характером и непримиримым свободолюбием, всерьез размышляла о том, насколько безопасно покинуть здание… Что это, если не злая ирония судьбы?

Собрав волю в кулак, женщина, буквально, вытолкнула себя за порог. Группа крепких ребят в полной экипировке волокла по земле взаправдашнего террагома. Сергеевна впервые в жизни так близко увидела тварь, которой до одури боялся каждый землянин. Даже поверженным этот колос представлялся невыносимо страшным. Около трех метров в длину, узкое тело, мощные кисти, похожие на вёсельные лопасти и жуткое лицо… без малого человеческое, но напрочь лишенное глаз.

От одного лишь вида чудовища в груди предательски заклокотало. Идея доставить террагома в лабораторию «Заслона» внезапно показалась абсурдной, самоубийственной. Нутро ученой противилось изо всех сил, но слова застревали в горле. Один из мальчишек поднял мутное забрало и, кряхтя от напряжения попросил придержать дверь. Ника Сергеевна покорно отошла в сторону, рукой остановив работу доводчика.

– Вы… вы уверены, что оно мертво? – безуспешно храбрясь, вопросила женщина.

– Абсолютно. – бросил Леонид, командир отряда разведки. – Следов ранений не обнаружено, но тварь не дышит.

– Хорошо. Только не снимайте кандалы.

– Не переживайте, работаем по инструкции. Тащим его в лабу?

– Угу. – нервно кивнула Васютина. – Я сейчас подойду.

Едва не сорвавшись на бег, Ника направилась в сторону женской уборной. Ей казалось, что как в самых банальных фильмах, ее стошнит от увиденного, но склонившись над унитазом, женщина лишь закашлялась. К своему изумлению, она поняла, что единственное, чего ей хотелось на самом деле – запереться в кабинке, подальше от бравой команды, волочивших за собой на цепях саму смерть.

– Что же это… – болезненно сморщилась Васютина, прислонившись к холодному кафелю.

Страх прочно сковал конечности. Будто пребывая в кошмарном сне, Сергеевна поняла, что лишается голоса, а заодно – контроля над телом. Полное оцепенение. Паралич сознания. Шок. Оказывается, знать о существовании террагомов и наблюдать их живьем – две разные вещи. Первое способно напугать. Второе – вернуть в прошлое, на самое острие эмоций, в давно забытое детство. Но как позволить себе бояться, если за спиной 20 лет научной и медицинской деятельности? Как признать, что перед лицом серьезной опасности ты превращаешься в ребенка, что ищет спасения под одеялом?

– Считай до десяти и успокаивайся. Ты нужна людям. – неожиданно строго приказала себе Ника.

Внутреннее напряжение заметно спало. Повторив мантру для надежности, женщина толкнула дверь и переместилась к рукомойникам. Окатив лицо ледяной водой она пришла в себя окончательно. Не перестала страшиться чудовища, что дожидалось ее в лаборатории, но взяла под контроль сердцебиение. Никому не положено знать об этой мимолетной слабости. Ведь на самом деле боятся все. Но каждый отлично справляется с ролью героя. На этом и зиждется новый мир.

Глава 2

Плотно сжимая в руке скальпель, Васютина не сводила глаз с террагома. Ее пытливый взгляд въедливо проходил один и тот же маршрут: от мощных, неестественно длинных ступней, с когтистыми пальцами, до крошечных отверстий на лице, заменявших чудовищу нос. А затем обратно. И так по кругу. Плотно сжимая губы, женщина пыталась уловить признаки жизни в том, что с виду казалось бездыханной плотью.

Мерещилось, что от напряжения, зародившегося в пальцах, хирургический нож вот-вот сломается. Но монстр оставался недвижимым. Точно жуткая работа современного художника, он лежал на патологоанатомическом столе в ослепительном свете ламп. Большой. Жилистый. Серый. Даже закованный в цепи, монстр вселял необъяснимый трепет. Одновременно он казался воплощенным божеством и последней мерзостью, при виде которой во рту копится слюна, а желудок сжимается.

В какой-то момент Нике захотелось вонзить инструмент в горло созданию, чтобы окончательно убедиться в том, что оно мертво. Мускул в руке инстинктивно дернулся, но Васютина сдержала животный порыв. Поверженный террагом – большая редкость, можно сказать, чудо. Его полагается изучать с предельной осторожностью, как древнюю мумию египетского царя или останки доисторического зверя. Быть может тогда найдется подсказка, ключ к победе над теми, кто не знал поражения…

– Ну и зверюга! – внезапно раздалось за спиной.

Ника Сергеевна дрогнула, едва не вскрикнув, но вовремя различила голос.

– Гурьев, ты зачем пугаешь?! Я тут с холодным оружием! – женщина в шутку погрозила коллеге скальпелем.

– Извини, вырвалось.

– Ничего страшного. Ты, кстати, что тут делаешь? И откуда у тебя допуск в лабу?

– Меня прислал штаб. Они по камерам наблюдают за твоими действиями и уже волнуются… Ты минут сорок над ним зависаешь бестолку! Может, нужна помощь?

– Обойдусь. Дайте лучше сосредоточиться. Куда вообще спешить? – абсолютно серьезно выдала Ника.

– Да нет-нет, все в порядке. Просто начальство поручило узнать, не нужен ли тебе помощник? – обходя стол с другой стороны пробубнил Вениамин.

– И на роль помощника выбрали, конечно, тебя? – женщина смягчилась и улыбнулась снисходительно.

– А почему бы и нет? Я учился в меде, да и на вскрытиях бывал. В конце концов, могу снимать! Даже камеру, вот, принес.

– Охотно верю. – уважительно кивнула Ника. – Но я тут как-нибудь сама, ок? Возвращайся, передай ребятам, что все в порядке, под контролем. Справлюсь одна. Феликсу привет, кстати…

– Не сомневаюсь! Просто показалось, что тебе тут неуютно, и я вызвался помочь… Извини, если обидел. Можно, все-таки, остаться?

– Ну что я могу сказать? – женщина поморщила лоб. – Если очень хочешь – оставайся. Только под руку не лезь.

– Спасибо! – кивнул Вениамин. – Хоть отвлекусь немного от очередных репортажей. Там дурные новости сплошняком…

– А откуда взяться хорошим? Эти гады чувствуют себя все увереннее. Их численность растет, а нас все меньше. Этот мир захватили террагомы, пора смириться. – Васютина ловко натянула перчатки. – Давай же узнаем, из какого они теста слеплены…

С первым же надрезом лаборатория погрузилась в безмолвие, словно движением скальпеля рассекло акустический кабель. Ника и Вениамин напряженно молчали: одна с усилием вскрывала плотный кожный покров твари, другой снимал это на ручную камеру, кусая губы и раздувая ноздри. Внезапно мужчина отвернулся и сделал пару шагов в сторону, едва не выронив аппарат.

– Все