Отставник 2 - Павел Чук

— С поверхностью связь неустойчивая, но доклады поступают.

— Коротко. Основное.

— Над крупными населёнными пунктами замечены летательные аппараты неизвестной конструкции. Это всё.

— Десант?

— Данные отсутствуют. Есть данные, что после снижения активности летательных аппаратов гражданское население значительно убавляется.

— Тела, их убили?

— Никак нет. Тела отсутствуют. Вероятнее всего, с учётом новой информации, гражданское население куда-то свозят.

— Концлагеря?

— Вероятно, но информация поступает разрозненная, редко кто выходит на связь повторно. Товарищ Президент, разрешите вопрос?

— Слушаю.

— Рассматривать, как один из вариантов, контакт с внеземными существами, если они таковыми окажутся.

— Думаете, предположение ложно? Тогда ответьте мне, товарищ министр обороны, кто, какая страна в мире может такое сотворить?.. Молчите, то-то и оно. Ответ — никто. А контакт, в вашем ведомстве есть психологи?

— Так, точно, есть.

— И как они оценивают ситуацию контакта с врагом, что без особых усилий преодолел оборону и подавил организованное сопротивление буквально за несколько дней? Вы бы, с учётом человеческой логики, пошли на контакт, когда первоочередные цели достигнуты?

— Но…

— Вариант контакта с внеземным разумом рассматривался, — перебил Президент, — но если с нашей стороны будет попытка контакта, то с большой долей вероятности они воспримут наш шаг как признание поражения. Нам нечего им предложить взамен. У нас — людей, нет козырного туза в рукаве, чтобы предъявить его, если контакт состоится. Так что, товарищи, за работу.

Экран монитора погас.

— Товарищи офицеры, указание Президента вы слышали, — взял бразды правления в свои руки начальник Генерального штаба. Разработка планов и инструкций, прерогатива его ведомства. — Первое: создаём рабочую группу. В неё входят все присутствующие. Товарищ Шевцов…

— Даю добро.

— Второе, — продолжал Жариков, — собрать всю поступившую информацию с первого часа вторжения по текущее время. Проанализировать её с учётом открывшихся обстоятельств. Третье: товарищ заместитель министра. Связь. Нам нужна связь с уцелевшими частями, а ещё лучше с руководством сопредельных государств. Не думаю, что в свете открывшихся обстоятельств они откажутся от совместных действий.

— Я понял, — ответил замминистра, курирующий Главное управление связи.

— Четвёртое: установить контакт с гражданским населением. Выяснить, где, с какой целью противник концентрирует мирное население. Разведка, это по вашей части.

— Принято, — ответил замминистра, курирующий разведывательное управление.

— Пятое, и самое важное, проработать сценарий развития дальнейших событий. Аналитическая служба, это по вашей части. Проработайте сценарии от идеального, в том положении, что мы оказались, до… ну сами понимаете.

— Принято, — ответил генерал, руководитель аналитического управления.

— Это основное. Потом, по ходу получения и обработки информации, мероприятия скорректируем. За работу, товарищи.

Без суеты, погружённые в свои мысли генералы покинули малый зал связи. В помещении остались только начальник Генерального штаба и министр обороны.

— Виктор Семёнович, — выдержав непродолжительную паузу, обратился Шевцов, — ваше мнение?

Жариков откинулся на спинку стула, пристально посмотрел на министра. Вопрос не поставил его в тупик, но заставил задуматься ещё раз.

— Не хочу отвечать вопросом на вопрос, но, Станислав Юрьевич, ответьте мне, чем последние три-пять лет занималось Министерство обороны?

Вопрос был животрепещущим, и Шевцов не спешил на него отвечать.

— Помните аналитические записки, докладные, что я подавал, как только вас назначили? — продолжал Жариков.

Министр кивнул.

— За последние годы орбитальная группировка с пяти тысяч спутников различного назначения сократилась до трёхсот, — продолжал бить не в бровь, а в глаз начальник Генерального штаба. Он, как никто другой обладал полной картиной, что происходит в вооружённых силах страны. Министр — не сказать, что номинальное лицо, но скорее выполняет представительские функции, по крайней мере, в настоящее время. И назначают его под конкретные задачи. А после жёсткого, превентивного удара по террористам, поднялась волна и начались политические игры, что привели к сокращению финансирования армии. Как же, говорили политики со всех сторон, особенно из-за океана. Врагов больше нет. Мы теперь дружим «семьями», некого бояться. Давайте, покажите пример, разоружайтесь и мы вслед за вами. На высоком уровне договорились, подписали меморандумы, соглашения и пошло планомерное сокращение. — А силы быстрого реагирования? А сколько военных вузов сократили, объединили?..

— Не надо о больном Виктор Семёнович, — попытался остановить Жарикова министр.

— Хорошо, что удалось отстоять и не прекращать разработки новых вооружений, но их всё равно отодвинули на второй план. Сколько длится разработка «Изделия-18»? Вижу, что не помните. Тринадцать лет! Хотя в позапрошлом году вышли на завершающую стадию испытаний, но всё откладывали и откладывали финальный этап. То с членами госкомиссии никак не определимся, то полигон занят тренировкой парада, то…

— Хватит! — резко одёрнул коллегу министр, — я понимаю ваше состояние, но и я, и практически все находящиеся здесь офицеры потеряли семьи. Возьмите себя в руки! — у Жарикова на поверхности остались жена и трое детей и об их судьбе, как и судьбе других членов семей офицеров ничего не известно. В первые часы хаоса пытались провести эвакуацию по плану 'Ковчег [3]", но посланные на поверхность группы не вернулись. А когда отдельные пазлы трагедии стали складываться в единую картину, пришлось особо впечатлительных офицеров отстранить от несения службы. И скрупулёзный отбор по жёстким критериям устойчивости к стрессу не помог. Двоих младших офицеров пришлось на время запереть в отдельном помещении и связать во избежание эксцессов.

— Хорошо, — выдохнул Жариков, — хорошо, я успокоился.

— Тогда повторю вопрос: какой на ваш взгляд, самый вероятный сценарий развития событий?

— Если не произойдёт чего-то экстраординарного, или мы — человечество в самое ближайшее время не получим в свои руки исчерпывающую информацию о пришельцах, а лучше само оружие, способное их уничтожить, то…

— Договаривайте, мне необходимо знать ваше мнение.

— Много неизвестных, товарищ министр обороны и по этой причине слишком много вариантов развития событий, и сейчас мы больше гадаем, чем делам прогноз, — официально обратился Жариков.

— Предложения?

— Сбор информации о противнике, а если дело дойдёт до крайности, предлагаю в ручном режиме подорвать ядерные заряды шахтного базирования.

— Это кардинальное решение, но я его доведу до Президента. А про сбор и анализ информации о противнике вы правильно отметили. Так что, займитесь этим лично.

— Есть! — подобравшись, ответил Жариков, — разрешите преступить?

— Приступайте.

Шевцов смотрел вслед выходящему коллеге. Десять минут откровенного разговора и потерявший надежду, морально разбитый человек вновь обрёл цель в жизни. В последние дни министр замечал, что Виктор Семёнович всё больше погружается в себя. Он стал раздражительным, но одновременно молчаливым. И этот откровенный разговор был необходим. Не хватало, чтобы опытный руководитель с аналитическим складом ума выпал из обоймы в такое трудное время.

Министр взял трубку ВЧ-аппарата.

— Пётр Станиславович, по вашей части есть задача, зайдите ко мне, — произнёс он в трубку, вызывая начальника разведывательного управления.

Глава 2

«Куда пойти, куда податься? Кого найти? Кому отдаться?», — слова незамысловатой песенки крутились на языке. Я брёл подальше от места посадки инопланетного бота. Целенаправленно выводить его из строя не стал, боясь понапрасну потерять время, а оно играло не на моей стороне. С собой прихватил аварийный запас, но без кофра, в который он был сложен, зная, что именно в нём стоит сигнал аварийного маячка, а также кое-какое обмундирование как форменный комбинезон, но без шлема, что сбросил по пути. В нём также устанавливалась система слежения, но самое главное, что не забыл прихватить из захваченного летательного аппарата — оружие. К моей радости, арсенал личного запасного оружия экипажа бота оказался укомплектован согласно штатному расписанию и именно на его вскрытие у меня ушло много времени, и сейчас я торопился, стараясь затеряться в лесу. А задача была не из лёгких. Аппаратура слежения, наблюдения у инопланетян, чьё самоназвание — Анторсы услужливо подсказало сознание, была на недосягаемой для нас — землян высоте. И приходится сильно стараться, чтобы не попасть в поле зрения поисковых систем ищеек, посланных по моему следу. Пока летел, шум в эфире стоял такой, что пришлось снять шлемофон, жалея, что не знаю их языка. Но по эмоциональной окраске понял, вырвавшись из плена и захватив летательный аппарат, натворил я дел, и меня так просто не отпустят. Имелось опасение, что после того, как посажу бот, накроют квадрат с орбиты. Я, по крайней мере, так бы поступил, чтоб неповадно было, но сейчас я третий час