Эрго - Алексей Губарев

— Эй, пес-собака, ты кого это пропустил? — поинтересовался я с ехидством, но в ответ не удостоился даже взгляда. — Та-ак! Неужели дикий зверь? Ну и как он туда забрался?

Приблизившись к гаражу, при этом чувствуя волнение, неспешно открыл замок, снял его и, дернув на себя дверь, шагнул в сторону. В этот момент Верный перестал рычать и, заскулив, метнулся мне за спину, словно ища защиту.

— Да твою же в душу, ты нахрена меня так пугаешь?; — выругался я, невольно выставив перед собой мотыгу, словно копьё. — Ну кто там может быть? Крыса или мышь, больше некому.

Разозлившись на себя за внезапное малодушие, перехватил черенок мотыги за середину, и смело двинулся ко входу в гараж. Шаг, второй, переступить через порог, осмотреться…

— Японский магнитофон! — непроизвольно вырвалось у меня, когда разглядел причину шума. — Это что, нахрен, такое⁈

— Оу-у-у! — взвыл снаружи пёс, словно отвечая — да я, мать его, сам не знаю! Ты бы валил оттуда, хозяин!

Расположившись на крыльце с кружкой растворимого кофе, уже остывшего, я докуривал неизвестно какую по счёту сигарету. Напротив, развалившись на тропинке, лежал Верный, преданно глядя мне в глаза. Пёс чувствовал настроение хозяина, и периодически порыкивал, словно пытался поддержать.

— И что мне делать с этой… С этим вывертом реальности? — ни к кому не обращаясь, наконец произнес я. — А главное, кто мне восстановит ущерб? Ну уж нет, сейчас мы разберёмся. И хрен с ним, с инструментом — к нему точно не пробраться из-за аномалии, но машину оттуда вытащить просто необходимо. Мне ж всё-таки на ней работу работать. Как на замеры выезжать?

Затушив окурок, отправил его в железное ведро, и двинулся к гаражу. Снял замок, медленно отворил дверь, и шагнул внутрь. Лампочку даже не подумал включать — все помещение изнутри было освещено алым, тревожным светом, исходившим от большого, не менее двух метров в диаметре, круга. Нет, аномалия не издавала гула, не излучала тепла, и не смотря на ярко-красный цвет, больше походила на спокойную гладь пруда.

Приближаться к порталу — так я окрестил красный круг у стены, не хотелось, да и не за чем было. Надо открыть ворота, и выкатить машину наружу. А гараж наглухо запечатать, от греха подальше. И по хорошему следует вызвать полицию. Но сначала машина — купленный на честно заработанные Хендай Солярис. Новенький, синего цвета — я готов был сдувать с автомобиля пылинки, настолько дорожил им.

Отвернувшись от портала, чтобы его мягкое мерцание не оказывало гипнотического эффекта, прошёл в другой конец гаража, к воротам. Выдернул из бетонного пола металлический штырь удерживающий створки, толкнул правую рукой, и шагнул назад, натолкнувшись ногой на задний бампер машины. Секунда, вторая, и гараж залило дневным светом, полностью убрав инфернальное алое свечение.

— Вот и хорошо. — пробормотал я, убирая штырь на полку, расположенную над воротами.

Обогнув машину с водительской стороны, разблокировал брелоком сигнализацию, и открыл переднюю дверь. При этом мой взгляд не отрывался от портала. Но ничего не произошло, изрядно потускневшая из-за солнечного света аномалия никак себя не проявила.

— Надеюсь, и на двигатель не сагрится. — усмехнулся я, и привычно уселся за руль. Дверь машины пришлось закрыть, с распахнутой из гаража не получится выехать — створ ворот довольно узкий. Достался от прошлого хозяина — у него была старенькая Ока, под которую и строилось это помещение.

Ключ погрузился в замок зажигания, повернулся, двигатель мягко завибрировал. Я плавно выжал педаль сцепления, перевёл рычаг коробки передач в положение «R», и тут же снял ручной тормоз. Машина медленно покатилась назад, и моё настроение начало стремительно улучшаться. Неужели пронесло.

Именно в этот миг аномалия вспыхнула ярким, малиновым светом, и резко прыгнула вперёд, словно не желая упускать добычу.

— Да ну нахрен! — успел произнести я, прежде чем меня захлестнул яркий потусторонний свет. Мгновенная вспышка боли, и беспамятство…

Болело всё и везде. Даже там, где не должно болеть. В легких плескалось жидкое пламя, в глаза вкручивались раскаленные сверла, а через каждый нерв, даже самый маленький, ежесекундно прокачивали гигаватты электроэнергии. И всё же я нашёл в себе силы сделать первый вдох.

И о чудо — поток сухого, режущего глотку воздуха буквально смёл всю боль, что поселилась в теле. На втором вдохе я наконец начал осознавать, что со мной произошло нечто ужасное. А вскоре в голове всплыли последние моменты жизни, до того, как…

— Какого хрена происходит, вашу мать⁈ И где моя машина⁈

Ответ пришёл сразу же, но весьма непривычным способом, и совершенно на другой вопрос, о котором я даже не подозревал:

'Активирован протокол: Испытание.

Цель: заслужить Ксо (чем больше Ксо будет заработано во время испытания, тем лучше бонус получит испытуемый от Упорядоченного)

Отчет времени: 5 галатинов, 90 Махов. 5 галатинов, 89 Махов…'

— Да вы издеваетесь? — возмущенно произнес я, наблюдая, как стремительно тают единицы махов. Мозг в этот момент быстро произвёл расчёты, и сообщил, что у меня до конца некоего «испытания» меньше десяти минут. И что в текущем состоянии за столь короткое время единственное, что можно совершить, это просто лечь, и не отсвечивать — авось никто не заметит.

Только такое поведение не в моём характере, и потому, поднявшись на ноги, я осмотрелся. Кругом, вплоть до горизонта, тянулась однообразная равнина — красно-бордовая глина, местами рассеченная узкими трещинами, местами спекшаяся до такой степени, что на поверхности образовывались огромные рыжие плиты. И растения — чахлые кустарники, с черными ветвями и редкой жёлтой листвой. Не пустыня, но очень близко к ней.

Я уже отчаялся отыскать хоть что-то полезное, когда взгляд завершил круг, и наконец-то зацепился за нечто чужеродное в этом однотипном пейзаже.

— Ты ж моя прелесть!

Воспрянув, я поспешил к единственной родной вещи в этом странном месте — к машине. Преодолев разделявшее нас расстояние, с ходу потянул на себя водительскую дверь. Та послушно отворилась, и через мгновение моё тело попыталось с комфортом расположиться в салоне. И тут же пожалело об этом: — Ох ты ж, душно то как! Это сколько