Громче меча - RedDetonator

А в рабочем пространстве второй специалист, Василий Петрович, уже копается в двигательном отсеке BMW ×3.

— Здорова, Петрович, — приветствовал я его.

— О, здорова! — посмотрел на меня Андреев, после чего кивнул на двигатель. — Смотри, что у нас тут.

— Я перекинусь и подойду, — пошёл я в бытовку.

Ветровку в шкафчик, сигареты в карман спецовки — всё, готов к труду и обороне. Только перекурю…

— Ковалёв, рабочий день уже начался! — подал голос Савченко.

— Да знаю! — ответил я и вышел из бытовки.

Заебал он уже меня. Я тут и так, как папа Буратины, пашу почти без сна и отдыха…

— Что там? — спросил я, подходя к движку.

— Ну, Константиныч, тут классика жанра, — вытер руки ветошью Петрович. — Масложор. Колпачки, скорее всего, умерли.

— Колпачки — это будет ещё хуйня, — покачал я головой, — а вот если кольца залегли — это пиздец. Тогда у нас капиталка, прямо в понедельник, блядь…

— Да он ещё и масло лил какое-то говёное, — показал второй специалист фильтр. — Смотри — чёрный, как негра.

— Права и машину купил, а соображать не купил, блядь, — констатировал я. — Моли всех богов, что это только колпачки наебнулись.

Капиталка — это сильно дороже, поэтому выгодно для сервиса, но мне вообще по хую.

— Снимаем ГБЦ, — сказал я. — Проверим поршневые кольца, маслосъёмные… да хули я это тебе объясняю? За работу!

Петрович хмыкнул и ушёл к своему станку, а я взялся за движок. Работа знакомая, настолько, что руки сами знали, куда тянуться, а голова продолжала думать о всякой хуйне.

«Сколько их уже было? Тысяча уже набежала? Колпачки мёртвые, кольца залёгшие, хозяин — конченый долбоёб. Один хуй результат одинаковый: этот еблан через месяц снова вернётся, потому что ему покажется, что хуёво починили, раз оно снова наебнулось от его ебланских действий».

А теперь начинается немецкая порнография…

Чтобы снять головку блока цилиндров с движка N20, надо поработать в роли порноактёра — весь процесс, если делать его в одно лицо, занимает часов двадцать чистого рабочего времени, без перерывов и перекуров. Если кто-то не такой опытный, как я, то все тридцать часов уйдут смело и нахуй.

Чтобы добраться до ГБЦ, сначала нужно снять турбину, патрубки интеркулера, а затем выпускной коллектор. Уже всё? А хуй там плавал! Далее нужно снять впускной коллектор, катушки зажигания, форсунки и всю верхнюю «обвеску».

После этого нужно снять цепь ГРМ. По идее, её можно было бы оставить повисеть, но тут явный водятел-ебанат, поэтому возможно, что она тоже под замену. Посмотрим.

Норматив — шесть-восемь часов, но я управился за пять. За это меня и ценят — я профессионал.

После всех перечисленных порнографических упражнений, снимаю, наконец-то, головку блока цилиндров, смотрю на маслосъёмные колпачки и понимаю, что им уже давно настала пизда. Но это не исключает того, что поршневые кольца тоже уже станцевали танец смерти, поэтому лезу проверять и их.

— Да ёбаный в рот… — произнёс я, увидев, в каком состоянии кольца. — Тут масло течёт прямотоком, нахуй…

Кольца уже давно не кольца, а грустные теневые копии своих прежних форм.

Этот мотор уже устал, почти как я, но замена колпачков и колец поможет слегка продлить его существование. Хотя, с таким ебланавтом во владельцах, это поможет ненадолго.

— Ну чё, как? — крикнул из своего угла Петрович.

— Как? Как в сказке! — крикнул я в ответ. — Всё залегло, всё умерло!

Начинаю трахаться с движком. Эта проблема — не какая-то рептилоидная криптохуйня, а вполне бытовая тема, но работа от этого не становится легче. Занятие на следующие два рабочих дня, короче.

— Константиныч, обеденный перерыв! — оповестил меня Василий Андреев.

«Заебись…» — подумал я и обтёр руки ветошью.

— Я тебе уже заказал — пятихатку мне пожалуйте на «Сбер», — сообщил Петрович.

— Шавуха? — уточнил я.

— Конечно! — усмехнулся коллега. — И изысканный напиток из винного подвала усадьбы на юго-востоке Прованса… Ну, «Спрайт», короче.

— На перекуре закину, — сказал я. — Спасибо.

Только вот беспроблемно пожрать мне не дали — зазвонил телефон.

— Алло? — ответил я бывшей жене.

Эта потрёпанная манда тоже меня затрахала.

Нормально же развелись — я ей честно отдал отцовскую квартиру, которая перешла мне в наследство семь лет назад, чтобы не оставлять детей без крыши над головой, всё по-честному, как у людей…

Башка побаливает непрерывно прямо с утра, но голос бывшей усилил эту боль.

— Алло, Виталя, — заговорила Евгения Фёдоровна Митрохина, исторически не так давно Ковалёва. — Ты забыл?

Вот развелись мы нормально, по-деловому, без лишних скандалов и ненависти, но потом у Женьки что-то щёлкнуло в башке и она начала трахать меня прямо в серое вещество. Где-то месяца через три после того, как уладили всю эту хуйню с судом и разводом. Что, почему, как и нахуя — я не знаю…

— Что я забыл, блядь⁈ — спонтанно включил я агрессию.

— Не ори на меня! — взъярилась Евгения. — Ты должен был распечатать и подписать разрешение на выезд для детей!

Ой, бля-я-я-ядь…

— Я сегодня подпишу, — вздохнул я.

— Бухал все выходные, да? — язвительным тоном поинтересовалась бывшая.

— Это не твоё собачье дело, — ответил я. — Может бухал, а может и бабу трахал всю ночь.

— Всю ночь? — скептически переспросила Евгения. — Вот уж сомневаюсь, ты же…

Она хотела сказать ещё что-то, но я завершил вызов. Попизди мне ещё.

— Чё-то ты жестко с ней, Константиныч, — неодобрительным тоном изрёк Петрович.

— Хоть ты-то не лезь, а? — попросил я его.

— Ладно… — покладисто ответил тот.

Моя бывшая змея хочет отвезти детей в Турцию — копила бабки с алиментов и накопила. Я её за это уважаю, что не на косметику и прочую хуйню деньги ушли, но как же она ебёт мне мозг…

Ещё и разрешение надо подписать, а потом заверить у нотариуса. Блядь, походу у меня сейчас будет разговор с Иванычем.

С телефона захожу на почту, быстро нахожу письмо от бывшей, иду в офис, что над нами, где прошу Марину Игоревну, бухгалтера, распечатать документ.

Подписываю его, после чего иду к Иванычу.

— Иваныч, у меня просьба есть… — начал я.